— Да, я читал ее когда-то очень давно. Но с зеленой магией у меня никогда не ладилось, поэтому книжонка просто пылилась на полке, — ответил Ридли.
— Стоп. Погоди, это как «не ладилось»? — спросил Эрик. — Неужели ты об этом совершенно ничего не знаешь?
— Ну… эм… — замялся наш учитель. — Не думаешь же ты, что я знаю и умею ВСЕ на свете? Я ограничен в магии, как и любой другой человек. Видишь ли, пусть мы — маги универсалы, это не значит, что все будет получаться в равной степени. Это, можно сказать, у нас с вами прописано…
— В каком смысле, прописано? Где?
— Ну, раз уж мы заговорили об этом, вот вам очередная лекция, — Ридли прокашлялся. — Помните, как пять лет назад я взял вас в ученики?
Мы кивнули.
— Так вот, просто сказать, что вы ими являетесь, недостаточно. Как вы помните, я каждому из вас поставил метку.
Это было так. Татуировка телесного, только чуть более темного цвета, словно от ожога, четко была видна на наших ладонях.
— И что? Ну, эмблема преемственности, ты говорил…
— Дай договорить. Я не просто так ставил эту эмблему. Даже так — если бы я ее не поставил, вы бы ничего сейчас не умели!
— Вот как! И почему же это?
— Хм, это не простая церемония, да и вообще, тема отдельного урока но… Существуют разные линии магов, у которых есть основатели. Этакие династии, в каждой из которых имеются различия в заклинаниях, их использовании и прочее. И самое главное то, что ни один человек не может сам, без наставника и принятия одной из линий овладеть даже самыми простыми заклинаниями.
— Но разве это не очевидно?
— Да, вроде бы так и должно быть.
— Вы не совсем меня поняли, — ответил Ридли. — Вспомните, как вы учились чувствовать магию. Я давал вам камни для улучшения чувствительности и объяснял некоторые моменты. Суть в том, что даже если бы все было точно также и я говорил вам все тоже самое, но при этом на вас не было метки, то у вас бы ничего не получилось с самого начала!
— Интересно. И что же такого особенного в этой татуировке? — спросил я, всматриваясь в свою правую ладонь, пытаясь найти в ней что-то необычное. — Как это работает? Янко, ты знал об этом?
— Ха, в этом-то все дело! — продолжал Ридли. — Я еще не рассказывал вам, а в книгах этого не написано практически.
— Почему?
— Обычно маги не пишут книг для общего ознакомления, ну, знаешь, чтобы сохранить свои секреты. На самом деле есть целые библиотеки о магии и заклинаниях, но доступ к ним очень ограничен. Так, например, книги, которые у нас дома, вы вряд ли где-то еще отыщите. Их писал я, а до меня мой учитель, несколько — дед, какие-то — отец. Вся моя родня — приемники одной и той же линии.
— А напомни, как она называется? — попросил я, потому что действительно об этом не вспоминал, да и коснулись этой темы настолько глубоко мы только сейчас.
— Ну, названий у линий не было никогда, насколько мне известно, — задумался Ридли. — Их называют по имени их основателя. Наша называется Гранг, по имени мастера.
— А как давно он жил?
— Да он и сейчас, возможно, жив. Никто его уже не видел больше тысячи лет, но это не значит, что он уже мертв, такие люди, знаете ли, совершенно не нашего уровня.
— Неужели еще жив? Верится с трудом, должен отметить, — сказал Эрик. — Нет, я, конечно, понимаю, что это сборная долгожителей, но все же…
— Я же говорю: не знаю, — пожал плечами Ридли. — Может и мертв, но если и так, то только телом. Скорее всего, его дух, в таком случае, либо вселиться во что-то и будет находиться в спячке, либо он сейчас где-то в астральном пространстве, наблюдает за своими последователями.
— Тогда давайте передадим ему привет! — я помахали рукой куда-то вверх.
Ридли засмеялся.
— Подождите еще немного, я закончу объяснение, а то мы куда-то не туда уже ушли, — попросил он. — В этой церемонии приема учеников я пожимаю вам руки, тем самым отпечатывая на них эмблему. Что я при этом делаю: я тем самым передаю вам часть своего опыта в виде энергии. Мой опыт и некоторое количество энергии идет к вам, что позволяет и вам научиться чувствовать магию. Без опыта того, кто уже это умеет, вам, особенно из измерения без магии, не удастся даже левитировать предметы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Вот оно что. Но почему?
— Да потому что так было всегда! Великие личности, конечно, рождаются. Такие способны и сами, без учителей все познать, но таких один на тысячелетие, среди нескольких десятков измерений.
— Понятно. То есть мы переняли часть твоих умений, когда стали учениками? — уточнил Эрик.
Ридли кивнул.
— Но это еще не все, — продолжил он. — Каждая линия, как я говорил, друг от друга отличается. Например, есть такие линии, где практикуется вообще только одно, два или три заклинания. Обычно это искусства управления стихиями, одной из них, или же силы передвигать предметы. И вот чем меньше спектр изучаемых заклинаний, тем…
— Лучше искусство с их обращением?
— Правильно малыш. Есть еще маги, которых можно назвать друидами, или же такие, которые мастерски умеют работать с сознанием других живых существ. Направлений и видов великое множество! Магия может принимать такие чудные формы, что вам и не снилось! Мы называем их упрощенно, но другие маги, вот увидите, будут пользоваться своими способностями несколько иначе. И вот какой вопрос надо задать сейчас?
— Чего умеем мы такого, чем можно похвастаться? — спросил Эрик. — А то я уже чувствую себя неполноценным!
— Правильно! — похлопал в ладоши Ридли. — Мы тоже можем кое-чем гордиться. Мы с вами — маги-универсалы, нам подвластны многие заклинания, и с их помощью мы можем выполнять гораздо больше видов работы, выбраться из самых необычных ситуаций… обычно. Тут, конечно, есть некоторые минусы, как то, что я плохо чувствую зеленую магию, но… все это незначительно.
— А почему это так необычно? — спросил я. — Разве другие маги не могут стать универсалами и изучить другие заклинания?
— В том-то и дело, что практически это невозможно, — улыбнулся Ридли. — У них совершенно другой опыт и направленность, они могут, в основном, лишь то, что им дали их учителя, а вот мы с вами можем гораздо, гораздо больше. У нас это предрасположенность, наше тело, ум и магия приспособлены к познанию нового и охватыванию большого спектра умений с самого начала, мы гибкие и легко можем изучить что-нибудь сами. Понимаете, теперь? Если какой-нибудь огненный маг и может вызвать шквал пламени очень высокой температуры, но он никогда не сможет освоить защитный барьер или же магию другой стихии в более менее приемлемом размере. Одолеть даже очень сильного противника всегда можно хитростью, а если вы удивите его, сделаете то, чего он не ждет, то проигрыш возможен только в случае вашей собственной ошибки.
— Все, самооценка восстановлена, — лег на землю Эрик. — Давайте вернемся к другим вопросам, да побыстрее, а то спать охота.
Эрик был прав, как всегда или же в первый раз… я решил не шутить, потому что тоже очень устал. Сделав маленькую растяжку, мы решили все-таки разобрать большую часть всех моментов сейчас, чтобы не думать об этом слишком много.
— Так, мы не дослушали Янко, — вспомнил Ридли. — Извини. Прошу, продолжай.
«У меня есть предположение, что деревья могли как-то поглощать нашу магию»
— Думаешь? О таком не слышал, поясни.
«Я долгое время всматривался в чащу. Движение магических потоков не обнаружил, но у тех деревьев была слишком сильная аура для обычных растений».
— Твое предположение не лишено смысла, — задумался наш учитель. — Кажется, мне предстоит учиться вместе с вами, — он вздохнул. — Снова учеба…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мы засмеялись, так печально-смешно выглядел огромный грузный мужик, который сетует на то, что вновь придется учиться. Но это он, конечно, в шутку, я знал, насколько серьезно и с интересом относился Ридли к своим исследованиям.
— Ммм… Хорошо. Что дальше… — задумался он, почесывая бороду. — Мне хочется знать две вещи: Что такого было нужно от кареты этим шаманам, и как Синдейн отбился от твоего дяди. Люцифер, есть мысли, ты теперь, как бы, часть нашей команды.
