Рефлекс спецслужб — не комментировать посторонним свои действия и избегать их огласки. Что вообще согласуется с российской властной традицией. Исходящие из Кремля демократические лозунги уместны на русской ниве, как павлинье перо в свином заду.
Политика существует реальная и декларативная. То есть власть делает что ей надо, говоря при этом что ей выгодно для сопровождения действий. Бездарность и профнепригодность нынешней российской власти уже в том, что ее декларативная политика полностью отсутствует. Ее просто нет. Савсэм нэт, панимаиш. Не считать же таковой шизофренические заявления, что чеченская война — это происки мирового терроризма.
Что власти требуется от народа? Верноподданность, управляемость, послушание. Чтобы люди — боялись, уважали, верили, любили. Чтобы — строга, справедлива, мудра, заботлива, своя — полагалась людьми власть над ними.
Что мы из этого имеем? Фигу мы из этого имеем.
Внимание. Сейчас я не подвергаю критике или сомнениям нынешнюю политику Кремля. Сейчас я пытаюсь пролезть через эти красные зубчики на ту сторону, внутрь, влезть в ихнюю честную шкуру и взглянуть на все их чистыми неподкупными глазами. И от того, что я вижу, у меня делается идиосинкразия и разлитие желчи. А особенно я прихожу в бешенство от того, чего не вижу при всем желании.
ГДЕ НАШЕ МИНИСТЕРСТВО ПРОПАГАНДЫ?
Вот только нельзя создавать новое министерство путем назначения министра и придания ему штатов на бюджете. Один человек, одна концепция, одна разработка — четыре комнаты и десять человек всей команды.
Господа, у вас же болтанка мозга, господа! Удержание в кресле стало русским национальным спортом типа родео! Вы же игнорируете элементарные законы власти — на что же вы рассчитываете? Смыться вскоре за бугор к своим слитым бабкам?
1. Закон уличения и наказания виновных. От бедности и беззакония народ всегда звереет. Процветание верха при нищете низа делает народ врагом власти. Недовольство неизбежно превращается в озлобление. Кто украл наш кусок хлеба? Кто устроил так, что мы обездолены? Кто нажился, пока мы страдали? Кто, кто нагло попрал справедливость да еще доволен собой?! Государь! Выдай бояр-лихоимцев на расправу народу! А то ведь можно и того… самого на вилы или лучше уж к ляхам под власть.
(Вот только не опускайтесь до банальной пошлости называть «Кто виноват?» и «Что делать?» «типично русскими вопросами». От скудоумия и малограмотности говорят так. Эти вопросы — вечны для любого социума.)
В нищем, угнетенном, ограбленном, бесправном человеке неизбежно зреет агрессия (если он не генетический раб). Эта агрессия — нормальная реакция психики на нежелательные, дискомфортные, угрожающие самой передаче генофонда внешние условия. Изменить! Сломать! Сокрушить! Оторвать головы!
Что делает правитель разумный? Отдельных высокопоставленных воров — выдает: суд, огласка, конфискация, виселица (ну, Колыма).
Что делает правитель мудрый? Если даже никто не виновен — такового назначают как бы громоотводом.
Что делает правитель великий? При этом он спешно меняет положение вещей, не выпуская из рук вожжи управления — твердой рукой правит в сторону улучшения жизни народа.
Что делает правитель ничтожный? До последней крайности старается не замечать зреющего взрыва, уговорами воздействуя на народ: мол, все хорошо.
Всем привет от идиота Карла I Стюарта, всем привет от идиота Луи XVI Бурбона, от идиота Николая II Романова.
Брат мой! Если подданные говорят, что король добр, это значит, что царствование не удалось!
Государь должен читать Наполеона, а не на лыжах кататься. Ежедневно изучать и вдумываться в судьбы и дела бывших прежде великих государей, а не японской борьбой заниматься. Развелось вас там мизераблей на наши головы.
Нам необходимы показательные порки показательных воров. Не тех, что угрожают власти (с теми сами тихо разбирайтесь), а тех, что наиболее осточертели народу. Типа воскресного шоу «Большая Порка»!
2. Закон показательного возвышения достойных из низов.
Все фигуры нынешнего российского истеблишмента успели и сумели наловить золотых рыбок в мутной воде реформ. В условиях дикого рынка проявили «умение жить». При разделении народа по сословиям оказались в сословии волков — в противовес большинству блеющих травоядных. Пусть не волк — и овчарка овце не друг, хотя защищает ее интересы. Власть дистанцирована от народа, чужая ему.
Где торговец пирогами, взлетевший во дворцы мановением царя?
Хороший человек лестницу власти не осилит. Слишком много грязи и жестокости.
Чтобы народ доверял власти и ощущал ее своей, наверху должны быть «свои парни». Которые не крали (а во власти крали у нас едва ли не все). Которые ничем не замараны (все они замараны). Которые на пиру во время чумы не жировали (все они жируют).
А для этого надо, чтобы время от времени брался обычный человек — инженер, учитель, врач, известный коллегам и соседям как хороший человек и деловитый работник — и волею ответственного кремлевского лица возносился непосредственно во властные чертоги. Не через продажный и управляемый механизм выборов в бесполезную Думу — а на реальный пост в верхних эшелонах администрации. И — эти люди должны быть вывеской народной власти, ее визитной карточкой. И их связи с «малой родиной» должны постоянно светиться прессой.
И любой человек должен знать, что — не делая миллионов, не лижа зады, не услуживая ворам и бандитам — он тоже может стать властью. Ибо мудр и зорок взор Кремля, всех лучших стремится принять в себя, радея о благе народа.
3. Закон облагодетельствования бедняка государем. Неожиданно, решительно, отечески! А не раз в год по телевизору два вопроса в рамках двухчасового сеанса «дружбы со своим народом». В любой поездке — царю вручали крестьяне челобитные, а до президента демократического хрен доберешься. Свернуть (ну, с охраной) в любой ДЕЗ, в любую больницу, в любую тюрягу под названием «следственный изолятор», вытащить из кучи папку наудачу — и приказать дать квартиру через два часа — и через два же часа доложить! Просрочен законный срок предварительного заключения? Через два часа освободить, следователя уволить, начальника тюрьмы понизить в должности. Зарплату не дали? Завтра в девять все получают зарплату — или завтра в десять губернатор снимается и идет под следствие. И т. д.
Показуха? Э нет, граждане, не совсем. Допустим, через месяц начальника тюрьмы вернут в должность и т. д. Но. Но. В народе должна быть вера в справедливость. В разрубание властью гордиевых узлов.
Вот бездомные офицеры. Дай ты хоть одному квартиру прямо сейчас, из губернаторского фонда, из резерва города! Сейчас, перед телекамерой, чтоб жена несчастная офицерская от благодарного умиления заплакала! Чтоб хоть надежда у прочих офицеров появилась! Чтоб армия и народ знали — нет, не равнодушна власть к тяжестям жизни защитников наших!
БОЖЕ МОЙ! Если бы у меня была одна в мире доза эликсира воскрешения из мертвых — я бы оживил Мао Цзэ-дуна, чтобы он отправил всех кремлевских и охотнорядских парней лет на пять в деревню на перевоспитание. На рисовые чеки! По щиколотку в воде! Под автоматами! А утром и вечером — гимн, строевая подготовка и политзанятия.
У тебя, власть любезная, нет крыши над головой для твоих офицеров?! А в любом городе: четыре часа чиновникам на сборы — и в офицерские общежития, казармы и съемные углы. А офицеров — в их квартиры! Ничего, чиновники себе быстро новое жилье организуют. Три такие акции — и власть любима народом и армия ей предана.
Вот ты в больнице — и лежит человек (а хоть и не в больнице), у которого нет и не будет денег на операцию. Дай ты ему тут же, перед прессой, сумму из средств хоть кремлевской, хоть губернаторской администрации. И будешь ты легендой, и у людишек забитых в груди потеплеет.
Власть, не желающая считаться с народом, когда она наверху — бесполезно пытается договориться с ним, когда он свернет ей шею.
4. Закон создания национальных героев. Должны быть образцы духа и патриотизма — для подражания! Памятник геройски погибшим подводникам! Памятник ликвидаторам Чернобыля! Памятник несчастной десантной роте — высокий, гранитный, торжественный! И чтоб цветы и почетный караул юных друзей армии! Телевидение, журналисты, генералы и депутаты!
Страна должна иметь своих героев. И страна должна знать своих героев.
И семья и родные героя не должны нуждаться больше ни в чем. Он отдал жизнь за родину — и Родина берет на себя заботу об его близких. Квартира! Пенсия — большая, реальная! Обучение детей, лечение! Приглашения на торжества и встречи с оплатой проезда и подарками!
И только тогда люди начнут говорить вместо «эта страна» — наша страна. Потому что «эта страна» — не наша. От нас в ней ничего не зависит. О нас она не думает. Мы ей нужны только как рабсила и материал для выдавливания из нас денег. А принадлежит она сворам жадных и лицемерных хищников, захватывающим власть друг у друга.
