Читаем без скачивания Двойная жизнь - Мари Хермансон

Когда в конце августа она снова появилась в офисе «Твоего времени», внезапно у нее возникло ощущение, что прошлое осталось позади и она стоит на пороге нового этапа в своей жизни.

То время, когда она под именем Норы Брик работала домработницей у Бернхарда Экберга, казалось ей настолько далеким, что складывалось впечатление, будто этого никогда и не было. Неужели такое возможно, чтобы она, Ивонн Герстранд, преуспевающий консультант в такой узкой области, как управление рабочим временем, востребованный организатор семинаров по повышению квалификации, в трикотажных брюках и растянутом свитере с чужого плеча убирала бы в доме какого-то мужчины? Неужели такое возможно, чтобы она доверила свое стройное, заботливо ухоженное тело этому человеку? И неужели она преодолела столько километров, чтобы встретиться в тюрьме с его женой?

Ивонн подумала о том, что, должно быть, она переживала очень сложный период в своей жизни, возможно, даже некое подобие кризиса среднего возраста. Наскучившая работа, неудавшийся брак – в ней образовалась настоящая пустота. Состояние вакуума – вот подходящее слово, в котором одни предметы могут притягиваться к другим, подобно стеклянному стакану, прилипшему ко рту. Разве она не слышала об этом в чьем-то докладе? А может, это был ее собственный доклад?

Отныне все осталось в прошлом. Сидя в своем очень скромно обставленном офисе, в простом, но при этом очень элегантном льняном костюме, Ивонн вновь превратилась в прежнюю обычно сдержанную и трудолюбивую деловую женщину. Вместе с тем ее преследовало особое ощущение, возникающее у человека, который, пробудившись от ночного кошмара, снова видит себя в своей спальне. И она воскликнула:

– Господи, как же здорово!

В этот самый момент в дверь постучали. Одна из молодых девушек, занимавшихся уборкой письменных столов, выглянула в коридор.

– К тебе пришли, – сказала она.

Поморщив лоб, Ивонн бросила взгляд на календарь. Неужели повестка в суд, о котором она за время отпуска совсем забыла?

В комнату вошла женщина лет пятидесяти с коротко стриженными седыми волосами и обветренным лицом. Не дожидаясь приглашения Ивонн, она села в кресло для посетителей.

– Добрый день, – растерянно произнесла Ивонн.

– Ивонн Герстранд? – спросила женщина. У нее был низкий осипший голос, по всей вероятности, от длительного курения.

Ивонн кивнула.

Гостья представилась именем, которое Ивонн тотчас же забыла, поскольку в следующий момент та добавила:

– Криминальная полиция.

Ивонн испуганно ответила стандартной фразой, которую в подобных обстоятельствах эта женщина наверняка слышала уже тысячу раз:

– А что случилось?

– Я расследую одно дело, – ответила женщина-полицейский. – Ивы, пожалуй, можете мне в этом помочь.

– Охотно, если смогу, – любезно ответила Ивонн.

– Мне бы очень хотелось пообщаться с одной женщиной по имени Нора Брик. Вы ее знаете?

Это имя скользнуло между губ женщины-полицейского стремительно и внезапно, словно укус змеи.

– То есть как? То есть я хотела сказать, как ее зовут?

Женщина-полицейский повторила имя.

– Нет, я никого не знаю с таким именем, – ответила Ивонн.

– У нас есть один подозреваемый. Нора Брик работала у него домработницей. Она может располагать очень ценными сведениями, и нам бы очень хотелось разыскать ее.

Значит, полиция начала новое расследование. Но почему тогда они пришли именно к ней?

И гостья, словно читая мысли Ивонн, протянула ей маленькую карточку. Женщина с удивлением и растерянностью посмотрела на нее. Это была визитная карточка агентства «Твое время» с логотипом в виде капельки росы и ее именем.

– Эту визитную карточку мы обнаружили в бумажнике подозреваемого, – пояснила женщина-полицейский. – К нему она попала от Норы Брик, когда тот принимал ее к себе на работу. Она дала ему эту визитку в качестве рекомендации. Эта женщина утверждала, что работала у вас. Быть может, у вас есть ее адрес или номер телефона?

Ивонн отрицательно покачала головой:

– Сожалею. У меня никогда не было уборщицы по имени Нора Брик.

– Я не занимаюсь расследованием налоговых преступлений, и если эта уборщица официально не числилась у вас, то вам вовсе не стоит беспокоиться по этому поводу. Это дело меня не интересует, – сухо заметила гостья. – Возможно, что ее зовут по-другому, а Нора Брик, по всей видимости, ее ненастоящее имя.

– Вот как?

– Она забыла свое пальто в доме подозреваемого. К его воротнику пришита этикетка с вышитым на ней машинным способом именем Норы Брик. Скорее всего, это торговая марка производителя, и она могла побудить ее взять себе вымышленное имя.

– Но зачем ей потребовалось чужое имя?

– Это нам не известно. Наверное, у нее не было разрешения на работу, и она находилась в нашей стране нелегально.

– Получается, что она не была шведкой, – заключила Ивонн.

– У нее карие глаза и темные волосы. Но в наше время среди шведок встречаются и такие. Вот как вы, например.

Ивонн охватил страх.

– И она безукоризненно говорила по-шведски, – продолжала женщина-полицейский. – Это вам никого не напоминает?

Ивонн неистово закачала головой:

– У меня никогда не было уборщицы по имени Нора Брик. У меня вообще никогда не было уборщицы. Я предпочитаю свою грязь вычищать сама. И полагаю, что и другим следует поступать точно так же, – сказала она, при этом ее голос прозвучал несколько резче, чем ей того хотелось.

И впервые за все время женщина-полицейский улыбнулась, – по крайней мере, Ивонн предположила, что легкое подергивание в уголках губ было улыбкой.

– Абсолютно с вами согласна, – кратко заметила гостья.

– Мне очень жаль, что я так и не смогла ни в чем вам помочь и что вы напрасно приходили сюда.

Наконец Ивонн вновь обрела свой обычный самоуверенный голос и с облегчением рассмеялась своим обычным самоуверенным смехом. Она снова почувствовала под ногами твердую почву и явственно представила себе, как в следующий момент гостья встанет с места, протянет ей свою руку с извинениями за то, что отняла у нее время. Ивонн в свою очередь пожелает ей удачи в расследовании и проводит ее не только до двери агентства, но даже до входной двери в это здание. Мысленно Ивонн уже стояла возле красивых двухстворчатых дверей старинного помещения, в котором располагался офис агентства «Твое время», и поэтому она несколько растерялась, увидев, что ее гостья продолжает сидеть, обращаясь к ней своим спокойным осипшим голосом:

– Я нигде не бываю понапрасну. У нас в руках есть пальто Норы Брик. Увидев его, вы, вероятно, сможете вспомнить женщину, которая его носила. Даже если она никогда не работала у вас в качестве уборщицы, то у нее была ваша визитная карточка. Следовательно, раньше вы где-то пересекались с ней.

– Мои визитные карточки есть у тысяч людей. Я раздаю их вместе с необходимой информацией во время проведения мероприятий по повышению квалификации, а уже потом люди передают их дальше своим друзьям и знакомым. В моем деле нужно постоянно быть на виду. Таким образом, мне совсем не обязательно было лично встречаться с этой женщиной.

– Было бы неплохо, если бы вы по возможности съездили в управление полиции и взглянули бы на пальто.

– Сегодня у меня много работы, – с озабоченным лицом заметила Ивонн.

– Это не займет у вас много времени: только туда и обратно. Через час вы снова будете здесь. Я бы действительно была вам искренне благодарна, если бы вы поехали со мной.

– Самой собой, я поеду с вами, только быстро дам указания своим сотрудникам.

В некотором смысле Ивонн и самой было немного интересно. Получается, что Хелена поговорила с Бернхардом и убедила его во всем признаться. Возможно, что от следователя она узнает еще кое – какие детали, но ей вовсе не следует проявлять к этому чересчур пристальный интерес и быть слишком любопытной.

В управлении полиции женщина– полицейский завела Ивонн в свой кабинет и, попросив ее подождать некоторое время, вскоре вернулась с завернутым в целлофан пальто. Сняв чехол, она без слов приподняла его вверх вместе с вешалкой.

Ивонн и сама не ожидала от себя такой реакции. Безо всяких сомнений, это было оно. Но при виде этого слегка покачивавшегося на вешалке пальто уже после того, как следователь вынула его из целлофана, с рукавами чуть согнутыми в локтях, с небольшими вмятинами спереди на уровне груди, у Ивонн возникло такое ощущение, что она видела перед собой не бездушный предмет одежды, а настоящего человека. Ей показалось, что в этом пальто она видит совершенно четкие очертания человеческого тела, почти такие же осязаемые, как гипсовый слепок.

Ивонн чувствовала, как женщина-полицейский внимательно следила за выражением ее лица.

– Вы узнаете это пальто?

– Нет, – решительно ответила Ивонн.

«Так, должно быть, чувствует себя бабочка, когда после превращения из гусеницы смотрит на свою пустую куколку, – подумала она про себя. – Неужели эта серая помятая вещь – это и есть я?»