Вместе мы подходим к приемной ректора. Охранник остался в коридоре, а вот Шен зашел. Секретарь, увидев меня, широко распахнула глаза и рукой показала, чтобы срочно шла в кабинет.
Открываю дверь кабинета, заглядываю, в изумлении застываю. Тут столько народа! Маги! Преподаватели и не только. Люди в форме, причем, судя по виду, немалые чины, Милира, Нелида. Ведическая сила подсказывает, что и избранник какой‑то тут.
На меня обернулись, кажется, все присутствующие. А я в платье танцовщицы.
Нервы не выдержали. Малодушно захлопнула дверь, оставшись в приемной. Один ректор и мое платье, еще можно как‑то пережить, но вот такое собрание и платье…
– Что? – недоуменно спрашивает Шен. – Идем, я тебя прикрою, быстро уйдешь переодеваться, и не вернешься.
– Не получится, – истерически хохотнула.
Вот сейчас мне совсем жутко. Страшнее, чем было идти на дело по спасению Милиры. Там все просто и понятно для чего рисковала и в платье перед всеми себя демонстрировала. А тут нет.
– Ну не хочешь, не ходи, сейчас я сам с ректором объяснюсь, что в этом платье тебе тут не место.
Шен отстраняет меня, заглядывает в кабинет и тут же закрывает дверь.
– Ух, ты ж… – дальше из уст Шена последовало неприличное слово.
Я уже не могу сдержаться, истерический смех прорывается.
– Уходим. Быстро, – командует маг. – Охранника я беру на себя.
Все. Я истерически хохочу в голос. Это еще и последствия вчерашнего длинного напряженного дня и полной впечатлений ночи.
Шен тащит меня к выходу. Ко мне подлетает секретарь и без лишних слов накидывает на плечи свой короткий приталенный бархатный пиджачок бордового цвета. Спасибо ей огромное за это.
– Адептка Ниока!
Мы с Шеном и секретарем одновременно поворачиваемся на голос. Возле двери стоит пожилой мужчина в военной форме.
– Зайдите в кабинет.
– Иди, – тихо говорит Шен, мягко подтолкнув меня в спину. – Не успели. Это глава тайной канцелярии.
– Мы и до этого не успевали, – также тихо заметила я.
Экстренно пытаюсь взять себя в руки и успокоиться.
Наверное, мне помогло то, что, с открытой дверью я стала сильнее чувствовать избранника. В этот раз я этому обрадовалась. Когда ведическая сила просыпается, я куда увереннее и целеустремленнее, во всяком случае, по поведению.
Вот и сейчас, несмотря на то. что в кабинете, возможно, собралась, предположительно, магическая и военная верхушка края, и я готова провалится сквозь землю от смущения, ведь жизнь меня совсем к такому не готовила, телу все равно, ему главное, что там есть избранник.
Плечи расправила, спину прямо подбородок высоко вверх. Не пошла, а поплыла танцующей походкой. Монетки на бедрах мелодично колышутся, так что лечу я, чуть поднявшись на носочки под собственную музыку.
В тишину кабинета и вовсе вплыла королевой. В мыслях у меня только паника и крик: “А‑а‑а!”, но внешне, уверена, сама невозмутимость. Не знаю, Шен зашел за мной или нет. Голову не могу повернуть. Главное сейчас, танцевать не начать. А то вдруг тело по каким‑то причинам решит, что именно сейчас пора. Я тогда не буду учиться в академии, даже если оставят. Уеду от такого позора подальше. Без всякой учебы. В глушь, в леса, отшельничать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Наверное, мне помогло то, что, с открытой дверью я стала сильнее чувствовать избранника. В этот раз я этому обрадовалась. Когда ведическая сила просыпается, я куда увереннее и целеустремленнее, во всяком случае, по поведению.
Вот и сейчас, несмотря на то. что в кабинете, возможно, собралась, предположительно, магическая и военная верхушка края, и я готова провалится сквозь землю от смущения, ведь жизнь меня совсем к такому не готовила, телу все равно, ему главное, что там есть избранник.
Плечи расправила, спину прямо подбородок высоко вверх. Не пошла, а поплыла танцующей походкой. Монетки на бедрах мелодично колышутся, так что лечу я, чуть поднявшись на носочки под собственную музыку.
В тишину кабинета и вовсе вплыла королевой. В мыслях у меня только паника и крик: “А‑а‑а!”, но внешне, уверена, сама невозмутимость. Не знаю, Шен зашел за мной или нет. Голову не могу повернуть. Главное сейчас, танцевать не начать. А то вдруг тело по каким‑то причинам решит, что именно сейчас пора. Я тогда не буду учиться в академии, даже если оставят. Уеду от такого позора подальше. Без всякой учебы. В глушь, в леса, отшельничать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
За своим столом сидит ректор, вокруг стола, да и по всему кабинету сидят и стоят еще много людей. Вот зачем вызывать скромную веду из провинциального королевства в такое общество?
Глава 53
– Адептка Ниока, – после долгой, невыносимо мучительной паузы, обратился, прокашлявшись, ко мне ректор. Сама я из‑под ресниц все больше на магистра теоретической магии поглядываю. Он сидит неподалеку от стола ректора, немного в стороне от всех. Смотрю, ну просто потому что ведическая сила, наверное, требует. По фигуре магистра в мантии, ничего не понять, но… почему‑то есть ощущение, что он напряжен.
– Да, господин, ректор?
– Потрудитесь, пожалуйста, объяснить, где вы провели эту ночь.
Кинула взгляд уже на Милиру с ее мамой. Думаю, они многое уже объяснили, а может и нет. Даже не знаю, стоит ли прямо все рассказывать или нет. Страшновато почему‑то. Пугают серьезные лица собравшихся тут без капюшонов людей. Я словно на суде. Угу, на суде, еще и как будто голая, из‑за этого платья.
– Почему вас так интересует мой ночной досуг? – осторожно спрашиваю я. Очень напрягает эта тишина в кабинете.
– Возможно потому, что вас почти всю эту ночь искала городская стража и маги. И что самое удивительное – не нашли, даже несмотря на академический браслет адептки.
Невольно взялась за запястье. Да, знаю, что в браслете есть следилка. Драконы как‑то сами мне эту функцию отключили, когда мы летали, хотя скорее сломали, дунув мне на руку своим особым, необжигающим огнем, и не факт, что можно будет ее починить. На самом деле браслет после драконьего огненного дыхания вообще перестал работать, словно из него вся магия пропала.
Молчу. Я, конечно, предполагала, что меня может кто‑нибудь искать, поэтому драконы и помогла с браслетом, но что масштаб поисков будет такой – даже не предполагала.
– Адептка Ниока, отвечайте, – давит ректор. – Где вы были?
– Я прошу прощения, но совсем не понимаю. Зачем вы меня так усердно искали? – тяну я время. Рассказывать про досуг с драконами не стоит. Вообще хотелось бы скрыть, что я вообще с ними общаюсь. Но как? Что отвечать?
– Я прошу прощения, но совсем не понимаю. Зачем вы меня так усердно искали? – тяну я время. Рассказывать про досуг с драконами не стоит. Вообще хотелось бы скрыть, что я вообще с ними общаюсь. Но как? Что отвечать?
– Действительно, зачем? – ехидно произнес ректор. – Наша адептка участвовала в ночных беспорядках с участием драконов, а потом неожиданно пропала. Что мы должны думать? Где вас искать? Академия за вас в ответе. И это один момент. Вас еще так усердно искали потому, что возникло много других вопросов. В результате расследования происшествия на театральной улице, открыло много неожиданных подробностей. Найдено подпольное увеселительное заведение, кишащее преступными вооруженными элементами, рабыни‑танцовщицы, среди которых были найдены бесследно пропавшие наши бывшие студентки и даже абитуриентки. И в центре всего этого вы – по показаниям свидетелей, за полдня организовавшая рискованную самостоятельную операцию спасения студентки. Что самое изумительное – успешную операцию. Вы правда считаете, что нам было неинтересно, где вы, и что с вами? Итак, давайте все‑таки по порядку с вопросами. Где вы были ночью?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– После того, как на улице начались массовые беспорядки и драки, я попыталась убежать как можно дальше от опасности, забежала в темную подворотню, запнулась обо что‑то, упала, потеряла сознание, очнулась за городом, – ушла в несознанку я. По коже бегут мурашки. Почему ректор общается со мной, как с преступницей? Тон именно такой. Но я ведь организовывала спасение студентки, хорошее дело.
