Она стояла на широкой круглой площади, вымощенной снежно-белым камнем, с гладкой, словно отполированной поверхностью, нестерпимо сверкавшей при ярком солнечном свете.
От площади, подобно лучам, отходило множество узких улочек, по обеим сторонам которых рядами стояли небольшие двух- или трехэтажные домики самой разнообразной расцветки, начиная от бежево-коричневой и заканчивая ярко розовым или лимонно-желтым. То ли от такой окраски стен, то ли от того, что все домики были почти одинаковыми — маленькими и аккуратными, с изящными балкончиками, увитыми бело-голубым плющом, и небольшими зелеными садиками, все они казались какими-то ненастоящими, словно игрушечными.
«Неужели в них кто-то живет?» — подумала Кэрен. Осматриваясь, она уже который раз ловила себя на мысли, что где-то уже видела все это раньше.
Девочка обернулась… и замерла, потрясенная увиденным.
Позади нее, величественно и гордо возвышаясь над землей, стояло огромное, словно вырезанное из цельного куска белого мрамора, огромное здание, полукругом расположившееся у площади. Искусная резьба, белоснежные колонны и ярко сверкающие при солнечном свете башенки — все это не могло оставить Кэрен равнодушной, и она продолжала стоять на месте, замерев от восторга. А вокруг здания, направленные на четыре стороны света, пронзали небо ослепительными пиками четыре башни, казалось, касавшиеся вершинами облаков.
— Это — ЛэрАнт, наша столица, — послышался голос Китнисс. — Здание, на которое ты смотришь — Дворец Антэррель, где раньше хранились Кристаллы Жизни. Именно в их честь и названо само здание. Кстати, Дворец Совета в нашей Долине является маленькой копией этого. Так что не удивляйся, если он покажется тебе знакомым.
— Здесь тоже проводили собрания Хранителей? — поинтересовалась Кэрен.
— Собраний тогда не было, — ответ Кит прозвучал немного резко. — Это сейчас нас больше сотни, а тогда сила Кристаллов была доступна лишь единицам. Лишь пятеро этрионцев могли называть себя хранителями!..
— Понятно, — задумчиво протянула девочка, хотя на самом деле все обстояло с точностью до наоборот.
— Хотя… — снова произнесла Китнисс. — Иногда мне кажется, что именно из-за этого мы и проиграли… тогда, во время Восстания… Если бы нас было больше, мы, может быть, смогли бы дать отпор. Но, увы…
Она замолчала, видимо, обдумывая сказанное. Вновь мысленно переживая какие-то события.
Кэрен терпеливо ждала, пока Хранительница снова заговорит, но, вместо этого, опять раздался резкий сухой щелчок, казалось, заглушавший все прочие звуки, и видение улиц Лэранта потухло.
Вместо этого девочка вдруг оказалась посреди равнины, заросшей высокой, раскачивающей из стороны в сторону, травой с тонкими гибкими стеблями.
Равнина была не слишком широкой, может, около полукилометра, и, как казалось с первого взгляда, бесконечно длинной, растянувшейся с севера на юг прямой зеленой полосой.
— Долина Юнг, — произнесла Китнисс. — Это название тебе ничего не скажет, однако, с нашего языка это переводится, как «одинокая».
Кэрен огляделась.
И правда: равнина, огороженная с одной стороны глухими, почти отвесными скалами, а с другой — заканчивающаяся резким обрывом, выглядела пустынно, одиноко и заброшенно. И еще почему-то очень тоскливо.
Лишь пронизывающий ледяной ветер, неожиданно накатывающий резкими надрывными порывами то с одной стороны, то с другой, высокая качающаяся трава, отдающая при свете заходящего солнца серебром, и серые, угрюмые глыбы гор.
Рядом послышался тяжелый вздох Хранительницы.
— Такой Юнг была раньше, — голос девушки соответствовал атмосфере долины: такой же печальный и тоскливый.
— Китнисс?.. — осторожно позвала девочка. Она все-таки решилась задать давно вертевшийся на языке вопрос. — Почему ты постоянно говоришь об Этрионе в прошедшем времени?.. Неужели все эти чудесные места… Неужели их больше нет?..
По затянувшемуся молчанию Кэрен поняла, что попала в «яблочко».
«Вот зачем? Зачем я это спросила? — мысленно ругала она себя. — Ведь знала, что не стоит!..»
— Ки-и-ит…
Вместо ответа снова раздался резкий щелчок. Повинуясь ему, видение потускнело, мгновенно теряя всю яркость цветов, а потом и вовсе — погасло.
Вокруг снова воцарилась непросветная темнота. Пустота вне времени и пространство.
— Эта история, — тихим голосом внезапно начала рассказывать Хранительница, — случилась около десяти лет назад. Дату никто не запомнил: день, который начинался также, как десятки и даже сотни таких же, не нес с собой никаких запоминающихся событий. А потом у нас были проблемы по-важнее, чем вспоминать, какой сегодня день недели или число.
Девушка замолчала, словно давая Кэрен время осознать всю серьезность и значимость своих слов. Потом глубоко вздохнула и продолжила, перейдя почти на шепот:
— Нашу планету еще с древних времен населяли две расы.
Главной чертой этрионцев можно было назвать спокойствие и умиротворенность. Мы умели жить без этой лишней спешки и вечного беспокойства, так подобного людям Земли, находиться в гармонии с окружающим миром. Любить, понимать и ценить природу. Трепетно относиться к ней. И она отплатила нам тем же, доверив все свои секреты и тайны. Дала нам возможность управлять своими возможностями…Так и появились Кристаллы Жизни, в которых и заключена вся эта могущественная сила.
Китнисс снова сделала паузу, потом продолжила, но уже совершенно другим голосом. Уже совсем не таким восторженным, каким рассказывала про собственный народ.
— Вторая раса — варги, — в голосе Хранительница слышалась неприкрытая неприязнь, — были очень непохожи на нас. Точнее даже, совершенно другими, если не сказать, противоположными нам. Слишком резкие, слишком вспыльчивые и жестокие!.. Любители высоких гор, крутых склонов, ущелий и темных пещер… Порой мне кажется, что тьма и породила их. — голос девушки заметно дрогнул; она глубоко вздохнула, словно собираясь с силами. — Наши народы никогда особо не ладили друг с другом — уж слишком непохожими мы были. С очень разными ценностями и идеалами, — но и откровенной вражды никогда не затевали. Те события стали для нас большим «сюрпризом»!..
Опять молчание. На этот раз долгое неприятное… и почему-то пугающее. Словно за ним скрывалось что-то очень — очень — страшное.
— Так что же все-таки произошло? — нетерпеливо спросила Кэрен, прерывая затянувшуюся тишину.
Девочка не видела Китнисс, не могла бы разглядеть ее лица, но сейчас ей почему-то казалось, что Хранительница смотрит на нее вопросительно-печальным взглядом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
