Он мысленно приказал Крайенн приземлиться прямо у входа. Та послушно спланировала на дорогу перед закрытыми воротами. Следующее повеление обратило драконицу в посох. Чародей ударил черным наконечником в дубовые доски.
– Кого еще принесла нелегкая? – спросил кто-то изнутри.
– Известие для Магистра, – кратко ответил Инеррен.
Боковая дверь открылась. Подозрительно оглядев чародея, привратник решил, что пришелец также принадлежит к Черному Клану. Потому он знаком предложил Инеррену пройти внутрь, что тот немедленно и сделал.
– Магистр в библиотеке, – объявил привратник и бесшумно растворился в темных коридорах.
– Магистр Гартел? – поинтересовался чародей, приоткрывая дверь в библиотеку.
– Ты еще кто такой, во имя… – Гартел поднял глаза и внезапно замолчал. Он лихорадочно схватился за посох, одновременно призывая на помощь Белеза.
– И зачем так кричать? – спросил Инеррен, подготавливая три теневые оболочки – просто так, на всякий случай. – Я сюда пришел не для того, чтобы убивать тебя. Пока.
– Ты – призрак Герскила Первого?! – Голос чернокнижника дрожал от неподдельного страха.
Чародей моментально сообразил, что к чему. Ведь его лицо представляло собой точную копию лица его брата Герскила, первого короля Иссинора, прозванного Победителем Гигантов. И Гартел, безусловно, посчитал, будто бы призрак намерен отомстить за покушение на своего потомка…
– Твои действия завели слишком далеко. – Инеррен не собирался в данный момент подтверждать или опровергать предположение чернокнижника. Пусть сам думает, если он на это способен. – И поэтому я предлагаю тебе выбор: или ты и твой Черный Клан покидаете территорию цивилизованных государств и немедля отправляетесь, скажем, на Южный Континент – или…
– Или что? – В спину чародея внезапно уперлось нечто острое. Он почувствовал, как это нечто раздвигает теневые оболочки, прорезает накидку и касается кожи.
Инеррен обернулся. Позади, естественно, стоял Белез. А в правой руке… нет, только не это!
Молодой чернокнижник небрежно держал тот самый серебряный кинжал, который был изготовлен чародеем для общения с волшебным зеркалом, висящим в королевских покоях. Этот кинжал имел власть над Тенью – и теневые оболочки не могли задержать его…
– Это, Мастер, вовсе не призрак Герскила Первого, – сообщил Белез, нагло улыбаясь. – Он вообще не призрак.
– Но это значит…
Посох в руках Инеррена внезапно изогнулся подобно змее, и резкий удар отбросил серебряный кинжал к стене. Затем волшебное оружие сверкнуло в мерцании факелов и легло в левую руку чародея.
– Верно, – согласился он, – я известен также как Повелитель Теней, брат-близнец Победителя Гигантов.
Оба чернокнижника словно окаменели. Инеррен легко читал их мысли – там был лишь один вопрос: как?
– Как – неважно, – объяснил он. – Для вас сейчас важнее сохранить собственные жизни. Вы согласны, что отобрать их я могу? Прекрасно. Тогда сделайте то, о чем я попросил.
Внезапно чародей почувствовал давление на свой разум со стороны Гартела. Тот пытался подчинить его волю…
– Глупо, – заметил он, направляя посох на Магистра.
Сконцентрированная огненная струя прошила силовой покров и превратила чернокнижника в груду пепла.
– Мне что, покончить с каждым из вашего Черного Клана? Начну я, пожалуй, с тебя…
Белез замотал головой.
– Тогда действуй, пока я совсем не потерял терпение! Вечером ни одного чернокнижника не должно остаться на территории Иссинора. И запомни: еще раз попробуешь напасть на короля – я напущу на тебя Легион Теней. – Последние слова Инеррен выделил особенно зловещим тоном. – Хотите заниматься вашим Черным Искусством – бога ради, у каждого свой путь. Но не мешайте жить остальным!
Убеждать чародей умел неплохо. С наступлением ночи Черный Клан прекратил свое существование: все его представители переместились в Аркан, на землях которого они могли творить все, что им вздумается, не мешая при этом ни одному из человеческих королевств. Общество орков, гоблинов и великанов было для чернокнижников самым подходящим…
Надо сказать, Белез до самой смерти не нарушил договора: на Иссинор его войска не нападали никогда. На Северную Державу – да, в Десяти Княжествах чернокнижники действовали, сколь душе было угодно, в Левалии – также, хотя и менее открыто. И все же – за несколько дней до наступления 666-го дня своего рождения Глава Черного Круга (так назывался Белез впоследствие), находясь в нетерпеливом предвкушении захвата Ардокана – сие событие специально было приурочено к знаменательной дате и должно было стать вершиной жизненного пути чернокнижника, – пал от рук какого-то белого мага, ученика Оинора. Превратности судьбы – иначе не скажешь.
– Ты сделал большое дело, но как же быть с молодыми? – спросил Оинтерат. – Они не желают проходить формального обучения, оно им кажется слишком скучным… А Черный Путь очень притягателен.
– Тогда следует изменить саму систему обучения, – ответил Инеррен. – Я ведь тоже не проходил формального обучения, так что не вижу ничего особо сложного.
– Изменить систему? Но лучшие мудрецы минувших времен…
– Как ты сам сказал, эти времена минули. Обстоятельства изменились. И необходим новый путь. – Чародей дождался кивка мага, после чего спросил: – Где главная школа волшебства?
– На Острове Магов, в Таинесте. Ее организовал Оинор около трех сотен лет назад.
– Тогда я поговорю с ним – может, что и получится.
– Но о чем? Ты, конечно, умен, но что такого знаешь ты, что неизвестно нам?
– Кое-что знаю, – усмехнулся Инеррен. – В частности, что представляет собой Черный Путь…
Путешествие на Остров Магов заняло два дня – Крайенн не желала перетруждать крылья быстрым полетом, а чародей не собирался расходовать магию по такому мизерному поводу.
Мраморные стены Белой Твердыни блестели на солнце почище серебра. Драконица приземлилась у открытых ворот и снова обратилась в посох.
– Никогда не видел, чтобы дракон настолько подчинялся кому-нибудь, – заметил вышедший навстречу человек. Высокий рост, странный, устремленный куда-то вдаль взгляд, длинный белый посох, украшенный серебряными листьями; в сочетании с чертами лица Древнего все это говорило о том, что перед ним – Оинор собственной персоной.
– Мы в некотором роде сотрудничаем, – сказал чародей. – Однако меня привели сюда более важные дела.
– Я слушаю тебя, Повелитель Теней, – произнес маг на безукоризненном Древнем Наречии.
Инеррен также перешел на этот язык, который употреблялся в простом разговоре только в особых случаях. Даже волшебниками.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
