— Тебе не нужно придумывать новых причин, принцесса. Ты и так уже являешься мне и во сне и наяву. — Подняв веревку, он еще раз проверил каждый узел. Потом повернулся к Ноэль и вытянул руки. — Ваш экипаж подан.
— Очень умно, Бэньон, — буркнула Ноэль и ступила в самодельную упряжь, которую Кит опустил к ее ногам. Она неподвижно ждала, пока он как мог приспосабливал веревки, чтобы ей было удобнее.
— Ну, как ощущение? Ничего?
Она кивнула.
— Отлично. — Он помог ей выбраться. — Итак, я лезу наверх. Как только поднимусь на длину веревки, спускаю ее, и ты повторяешь то, что мы только что сделали. Затем я тяну тебя наверх. Запомни: все, что тебе нужно делать, — это цепляться за все, за что только можно, руками и ногами и стараться не удариться лицом о скалы. Не нужно геройства. Мне будет гораздо легче, если ты будешь точно следовать моим указаниям.
Ноэль снова молча кивнула, глядя, как он направляется к скале с веревкой в руках.
— Осторожнее, — шепнула она. Когда он лез на эту скалу в первый раз, у нее чуть сердце не разорвалось от страха.
Кит усмехнулся и подмигнул ей.
— Это цветочки по сравнению с тем, что мне приходилось делать в жизни, — честно признался он и повернулся к основанию скалы.
Ноэль следила за ним, стараясь запомнить каждый выступ, куда он ставил ногу. Она понимала, что даже малейшая помощь с ее стороны на пути наверх уменьшит не только риск, но и его усилия. Солнце, отражаясь от снега, слепило глаза, и следить за каждым движением Кита было очень трудно. Ноэль прикрыла глаза ладонью, твердо решив запомнить все шаги. Внезапно его нога соскользнула с уступа. Ноэль ахнула, прикусила губу и, затаив дыхание, ждала и молилась. Кит удержался на скале и через миг двинулся дальше, а она смогла, наконец, наполнить легкие кислородом.
— Еще пару футов, — прошептала Ноэль. Она считала дюймы до небольшой площадки приблизительно на середине скалы. Кит говорил ей, что остановится там и спустит ей «люльку». Спустя несколько секунд он перевалился через край площадки. Ноэль на мгновение потеряла его из виду, а потом он снова появился с веревкой в руках.
— Твоя очередь, — крикнул он, бросая вниз самодельный подъемник.
Ноэль на корточках подобралась к подножию скалы и схватила свисающий конец веревки. Тщательно повторяя показанные им действия, она ступила внутрь «упряжи» и закрепила веревку. А потом отошла подальше, чтобы Кит смог увидеть, что она готова.
— Только не забудь — следи за камнями! — еще раз предупредил он.
— Не забуду! — выкрикнула она в ответ и, преодолев пару футов, отделявших ее от скалы, начала подъем.
Неровная гранитная поверхность требовала максимальной осторожности. Ощущение связи с Китом, его поддержка добавляли уверенности, но упоры не так-то просто было найти, а воспользоваться ими и того сложнее. Руки у Кита были значительно длиннее, но он, очевидно, на своем восхождении не забывал о Ноэль, и выступы, за которые он хватался, оказались на достаточно близком расстоянии, так что ей не пришлось сильно напрягаться. И все-таки даже с его помощью и тщательным выбором «ступенек» для ног и рук двигаться было страшно тяжело. Первыми заныли от напряжения руки. Ноэль, стиснув зубы, повторяла про себя, что если перестанет помогать Киту, то повиснет на нем мертвым грузом. Возможно, Кит и вытянет ее наверх, но ведь останется еще вторая половина скалы. Через несколько минут она все же приостановилась. Дыхание вырывалось из легких резкими болезненными толчками.
— Как ты? Все в порядке? — тут же раздался окрик Кита.
Ноэль, обеими руками обхватив выступающую каменную глыбу, прижалась грудью к заснеженной поверхности, но голову поднять не рискнула, несмотря на то, что голос Кита прозвучал гораздо ближе, чем она ожидала.
— Мне нужно отдышаться, — отозвалась она как можно громче.
— Не спеши. У тебя отлично получается, принцесса.
Она и не предполагала, что способна смеяться.
— Сейчас я выгляжу скорее нищей оборванкой, чем особой голубых кровей. — Ноэль сделала еще несколько глубоких вдохов и собрала остатки сил для последнего рывка. — Я уже готова.
— Точно?
— Давай тяни свою дурацкую веревку, — крикнула она в ответ и нащупала едва заметный выступ — очередную ступеньку лестницы, которая в конце концов приведет ее к любимому. Ноэль на миг застыла — пальцы на крошечном скалистом зубце, нога неловко вывернута, лицо вжато в снег на последней каменистой преграде между ней и Китом.
— Я люблю его, — пробормотала она, набрав при этом полный рот снега и даже не заметив этого, настолько ее поразила сама эта мысль. — Хорошенькое время я выбрала, чтобы это понять.
— Ты что, застряла? — Кит наклонился над краем площадки, высматривая, где она остановилась.
Ноэль качнула головой и нащупала следующий выступ для руки.
— Я люблю Кита Бэньона. — Она и не заметила, как преодолела еще три фута. — С ума сошла. Это просто секс. — Еще четыре фута долой. — Я прилипла к горе, словно полудохлый клоп, а думаю при этом о своей любви. — Она снова начала задыхаться, но и этого тоже не заметила. С каждым словом цель становилась на полфута ближе. — У меня голова булыжниками набита. Там больше камней, чем на этой скале. — Она неожиданно хихикнула.
— Ноэль? Ты ударилась? Ответь же, черт возьми! Я слышу, как ты бормочешь там, внизу. В чем дело?
Ноэль выплюнула изо рта снег и, подняв голову, увидела свесившегося с края площадки Кита.
— Я хочу, чтобы ты научил меня скалолазанию. По-настоящему, — заявила она в тот самый момент, когда Кит дотянулся до ее руки.
— Ты с ума сошла, принцесса, — прорычал он, подтаскивая ее еще на два фута вверх. Через секунду она уже упала на площадку рядом с ним.
Ноэль, перекатившись на бок, звучно поцеловала его. В ее глазах плясали искорки счастья. Ей казалось, что она способна без всякой страховки покорить Эверест. Она любит Кита. Эти слова симфонией звучали в ее душе.
— Да, я знаю. Я и сама так решила. Но ты говорил, что тебя это не волнует. Так что ловлю тебя на слове.
Кит притянул ее к себе за плечи, заглянул в мокрое, со следами грязных потеков лицо. В ее взгляде появилось что-то новое. Какая-то таинственность, загадка. Квинтэссенция женщины.
— Я не против, принцесса. Ты можешь ловить меня на чем угодно, лишь бы при этом ты смотрела на меня так, как сейчас, — отозвался он и склонился над ней с поцелуем. Каждая секунда ее подъема на этой ненадежной веревке стоила ему долгих страшных лет. Он и не представлял себе, что может до такой степени волноваться за другого человека. Риск всегда был частью его жизни — но ему вдруг захотелось, чтобы Ноэль ничего подобного больше никогда не коснулось. — Одно я могу пообещать тебе наверняка. Самая большая опасность, с которой тебе придется столкнуться, когда мы выберемся отсюда, — это переход улицы, — сказал он, оторвав от нее губы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
