— Лира, зови свою команду, пусть стаскивают церкачей в одно место.
Лира вызывает Сэма, лейтенанта, и из замка тянется цепочка факелов. Связываюсь с Титом. Он сообщает координаты разведчиков церкачей. Облетаю эти точки, обильно поливая землю сонным газом. Потом облетаю вторично, на этот раз приземляюсь у каждого спящего. Лирина команда проворно загружает уснувших на верхние койки. Возвращаемся к лагерю церкачей. Здесь работа кипит. Церкачей стаскивают в кучку и плотными рядами укладывают на расстеленный на земле шатёр. Лира, взяв с меня слово, что без неё не улечу, ходит среди рядов, ищет кого-то. Потом подзывает двух человек, которые подхватывают церкача и волокут к вертолёту.
— Коша, этот из замка Тэриблов. Его надо отвезти туда.
— Если надо, отвезём. Только дай ему вдохнуть из этого баллончика. Пусть забудет всё, что сегодня произошло. Иначе он нам весь спектакль испортит.
— А я не забуду?
— Ты горькую пакость для чего пила? Не забудешь.
Погрузка закончена. Лира забирается в кресло второго пилота, взлетаем. Машина перегружена. Беру курс на замок Тэриблов. Рядом с ним по-прежнему пасутся два ёжика, вполне заменяют радиомаяки. Сажаю машину в километре от замка, почти бесшумно веду на шагающем шасси к самому рву. Лира выбирает сухое место под кустиком, стелет дерюжку. Её люди укладывают церкача. Тем временем Лира ловит десяток жаб, рассовывает спящему по карманам, за пазуху.
— Лира, пожалей зверюшек!
Подбегает ко мне, целует в нос, занимает своё место. Закрываю грузовой люк, бодрой рысью веду машину по земле подальше от замка. Потом разгоняю винты, поднимаюсь на двести метров, задаю курс автопилоту. Машина разгоняется, тяжело набирая высоту. Вскоре начинается болтанка и кошмарный ночной полёт в горах. Слава автопилоту, я бы так не смог. Машина петляет по ущельям, гребни скал проносятся в метре под брюхом. Упираюсь покрепче всеми четырьмя лапами и закрываю глаза. Из салона доносится мат и жалобные стоны. Лирину команду укачало. Наконец, заложив красивый вираж, машина садится рядом с надувным ангаром.
— Мужики, слушай мою команду. Выгружаем всех церкачей, раздеваем, укладываем в колыбельки и накрываем вот этими мешками. Рядом с каждым кладём бутылочку с молоком. Молоко в той жёлтой бочке. Бутылки в ангаре. Молоко экономьте, его только-только на всех хватит. Да, чуть не забыл, каждому на шею вешаем соску на бечёвке. Соски в ящике у стенки. Когда кончатся колыбельки, попросите двух железных гномиков. Они ещё сделают. Колыбельки ставьте подальше, под теми соснами. Вопросы есть?
— Сэр Дракон, совсем раздевать?
— Совсем.
— А что с одеждой делать?
— Складывайте в кучу, потом всё увезём. Чтоб ни одной вещи здесь не осталось.
— Сэр Дракон, малышей принято в подгузники заворачивать. Я знаю, у меня четверо.
— Вас дюжина, а их пять сотен. Если хочешь, заворачивай, а я считаю, не маленькие, не описаются.
— Колыбельки маленькие.
— Одну ночь поспят подогнув ноги.
— Мешки зачем?
— Дурак ты, совсем о людях не думаешь! Что они утром наденут? — Жду, когда стихнет смех. — Ещё вопросы есть? Нет. Тогда за работу. Я лечу за остальными.
Наблюдаю, как раздевают и укладывают первых церкачей. Сажусь за управление. Куда же делась Лира? Ага, выходит из-за кустов.
— Лира, ты летишь, или остаёшься?
Молча лезет в кабину и занимает своё кресло. Взлетаю, задаю курс, включаю автопилот.
— Коша, меня киберы в Замок пустят?
— Пустят. Они снова смирные.
— Мне в замок надо. Хотя бы на час.
Меняю курс, вызываю главный компьютер, приказываю опустить подъёмник, ждать Лиру.
— Коша, если магистра увидишь, оставь мне.
— Оставлю, — сажаю машину на склоне, поближе к подъёмнику. Наблюдаю, как Лира идёт к кабинке. Что-то в походке изменилось. Лечу к замку Деттервилей. Принимаю на борт вторую партию спящих. Все церкачи уже стащены в одно место, следы лагеря, по возможности, уничтожены.
— Сэм, хочешь прокатиться?
— Хочу. А Лира где?
— В Замке.
Взлетаем. На этот раз загрузка на двенадцать человек меньше, всего сорок восемь плюс Сэм. Вроде бы, невелика разница, но насколько легче управлять! Задаю курс автопилоту и выспрашиваю новости у Сэма. Оказывается, в первые две-три недели в замке Деттервилей Лире пришлось не просто трудно, а невероятно трудно. Вплоть до того, что они с Сэмом спали по очереди. Было два неудачных покушения, что позволило Лире выкинуть за ворота замка всех подозрительных. Помогло, что свеженабранным солдатам было в принципе всё равно, за кого стоять, но платила им Лира, захватив не без боя казну Деттервилей. Самое страшное заключалось в том, что после расправы над оруженосцем, в открытую никто не выступал. Боялись. Перелом наступил дней через двадцать. К этому времени две трети людей в замке сменилось, остальные или приспособились, или стояли за Лиру. Сменилось также общественное мнение. Крестьяне любят порядок и твёрдую руку наверху, если рука эта не выжимает из них последнее.
Вертолёт заходит на посадку. Заждавшаяся разгрузочная команда вытаскивает спящих. Пока они работают, осматриваю первую партию. Всё как надо. Колыбельки стоят плотными рядами, в каждой голый бородатый младенец с соской на шее.
Успеваем сделать ещё рейс, прежде, чем Лира вызывает меня из экранного зала и просит захватить по дороге.
— Лира, зайди в инженерную базу и захвати пяток ёжиков. Только простых, без огнемётов.
— Пять? Они колючие.
— Скажи компьютеру, чтоб шли за тобой.
— Иду. Конец связи.
— Коша, с ней опять что-то случилось, — говорит Сэм.
И на самом деле, к вертолёту Лира идёт как сомнамбула.
— Лира, что с тобой сегодня случилось?
— Сегодня? Ничего… Теперь всё будет хорошо.
Поднимаю вертолёт и думаю над её словами. Есть в них какой-то второй смысловой слой.
Погрузка. Сэм остаётся погреться у костра, Лира, похоже, не собирается покидать вертолёт. Всю дорогу молчит, то хмурится, то улыбается загадочной улыбкой Монны Лизы.
Разгрузка. Неожиданно раздаётся взрыв лошадиного хохота. Вылезаем из кабины, идём к столпившимся мужикам.
— Мужики, что случилось?
— Сэр Дракон, баба…
Смотрю через их головы. На груде одежды и на самом деле лежит женщина. Короткая стрижка, хорошая фигура, четырёхцветная татуировка на груди и животе. На первый взгляд, лет тридцать. И тут замечаю, что у неё нет кисти правой руки. Давно нет. Кожа культи не красная, а естественного цвета. Лира расталкивает мужиков, смотрит, кусая губы, потом оттаскивает меня в сторону.
— Коша, помнишь, мы договаривались, что людей для базы отбираю я.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
