Однако это ознаменовало начало новой эри магии. Альтэндо объявил об этом на общем собрании и предложил с этого момента начать новое летоисчисление.
14 афенде 1 г. Новой эры магии
В последний месяц лета у нас наметился прорыв с кристаллами. Проводя опыты с манной, я задался целью создать оружие для нашего господина.
Чтобы он не таскал в руках громоздкий кристалл, я сразу подумал про посох. Однако, как только я делал его длину больше метра, связь рвалась. Укороченный вариант напоминал больше палицу.
Господину понравилась моя идея. Тогда мы приступили к созданию многозарядного посоха с тяжеленным кристаллом. Такой мог носить только Альтэндо. В боях ему приходилось стоять с ним далеко позади и после атаки ждать пока подтащат новый заряд.
Пробуя разные породы деревьев и металлов, я искал новые виды и когда уже совсем отчаялся, господин достал из походного сундука небольшую чёрную ветку. Ближе к сердцевине она была тёмно-фиалкового цвета.
Это было оно. Радостный я забежал в покои господина, совершенно забыв, что он проводил это время с одной из своих женщин. Извинившись и выбежав наружу, я смиренно дождался, когда меня позовут. На удивление он не рассердился, лишь шутя пригрозил, что заставит меня сделать сэппуку. Звучит грозно, чтобы это ни значило.
Когда я ему рассказал про удачный опыт, он сначала глубоко задумался, но после улыбнулся и сказал, что завтра мы отправимся на вылазку, и что он знает, где достать больше подобного материала.
Мы потратили четыре дня, прежде чем нашли нужное дерево. Господин приказал ждать, а сам вышел вперёд и остановился неподалёку от ствола. Он замер минут на пятнадцать и в это время я даже дышать лишний раз боялся. Пугало ещё кем-то вырезанное на коре плачущее солнце с лучами-щупальцами.
У меня пересохли глаза, настолько этот рисунок притягивал к себе, а ещё я почувствовал ужасное чувство пустоты и страха. Мне хотелось поскорее отсюда уйти. Будто что-то давило на мои мысли. Во рту пересохло и прошибло на пот.
Напряжение достигло предела, когда вдруг господин с лёгкостью отскочил назад и прикрыл нас всех огромным щитом от водных копий. Я почувствовал неладное и отскочил в сторону. Несколько наших людей так сильно придавило к земле, что я услышал хруст костей. Они умерли мгновенно.
Нам приказали отступить назад и в десятиминутной битве Альтэндо и хавори расправились с деревом-магом. Да, я оказался настолько слаб, что пришлось за всем наблюдать издалека. От меня не было пользы, и лучшее что я мог сделать — это не мешаться.
После победы нам разрешили подойти, и я увидел, что всех изрядно потрепало. В первый раз на моей памяти Альтэндо истратил весь запас маны, а с ним и его хавори. Поэтому моё отступление оказалось не бесполезным. Ведь я был единственным оставшимся целителем с приличным сосудом.
Мне доверили лечить нашего лидера! С чем я успешно справился. От дерева больше не исходило неизвестной силы. Наполовину выкорчеванное, оно безжизненно склонилось на бок.
Разделать магией его было невозможно. Поэтому в ход пошли обычные топоры, благо они у нас были. Сменяя друг друга, мы закончили к ночи и разбили лагерь.
6 ранделя, 1 г. Новой эры магии.
Первый месяц зимы начался с неожиданного открытия. Мы научились управлять маной внутри кристаллов при помощи древесины оккапури (так назвал то страшное дерево господин).
Мне удалось уменьшить размер кристалла до ноготка. При этом цифры объёма маны доходили до нескольких тысяч. Специально для господина Альтэндо мы отобрали самые большие натуральные кристаллы из шахт и согнали всю ману в одну точку. Их цвет при этом сильно потемнел.
Мы создали посох с уймой таких чёрных кристаллов и подарили нашему лидеру. Это был великий момент. Оружие было достойно своего хозяина. Оно ознаменовало начало нового этапа войны. Наши умельцы наладили огранку кристаллов, и теперь воинам не приходилось носить с собой неудобные булыжники. Мы стали сильны как никогда и готовились к наступлению.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Хавори носили кристаллы в поясе, браслетах, серьгах, кольцах и других украшениях. Бесстрастные лица слуг напоминали хозяина и если бы не пугающие ярко-синие глаза, то их можно было спутать. Именно хавори обучили людей шаблонам магии.
До этого каждый человек натыкался на ограничения в попытке отыскать нужные значения для заклинаний. Обучение могло сильно затянуться, так как запас маны не всегда позволял всё проверять самостоятельно. Могли пройти целые года, прежде чем усваивалось два-три простеньких заклинания.
Однако всё поменялось, когда хавори показали, как пользоваться магией, не тратя при этом большого количества маны. Не нужно было нарабатывать свой опыт, а лишь перенять чужой. Ведь нешаблонная магия требовала огромного сосуда. Найденные закономерности позволили людям эффективней воевать, а слуги, несмотря на устрашающий вид, пользовались огромным уважением.
Временами мне кажется, что они не испытывают никаких чувств, но всем на это плевать. Они внесли неоценимый вклад в развитие магии и помогали человечеству выбраться из-под гнёта высших рас. За людей должны говорить их поступки, а не внешний вид...
На этой ноте Марк закрыл книгу и потянулся. Он в библиотеке уже четвёртый час. В отдалённых закромах удалось найти интересный потрёпанный дневник очевидца тех самых событий.
Обычно они всегда были с налётом легендарности, но здесь настолько живое описание, что у него складывалось ощущение, что он читает художественную литературу. Автор не гнушался даже описывать собственные чувства и довольно правдиво. Без перегибов в собственный героизм и гениальность. Для той эпохи это редкость.
Прочитанное на многое проливало свет и вызывало ещё больше вопросов. По дворянству ладно — это его не сильно интересовало. Хотя параллель между его «родственничками» и их жаждой наживы в виде монструозной фермы прослеживалась. Странно, что потомки Карпиц и Анарика по итогу разосрались.
Сегодня им дали выходной, но Марк всё равно отправился в библиотеку. Посмотрев на часы, он засобирался. К шести у них был смотр. Академию решил навестить король.
Всем устроили большой нагоняй. Драили полы, стены, убирали территорию, даже сменили черепицу на крышах общежитий. Начальства боялись все.
По коридорам сновали туда сюда люди, и Марк вклинился в один из потоков студентов.
В последнее время ему приходилось тяжко. Гейдельберг назойливо следовал за ним везде, где только можно. На занятиях по магическим боям теперь приходилось полагаться только на базовый манапул и естественную силу мышц. Он боялся даже просто управлять сердцебиением, чтобы не выдать себя. Мало ли что тот почувствует опять.
А давать надежды этому живодёру Марк не хотел. Выяснилось, что здешний инвестиго не совсем был чист на руку и позволял себе довольно спорные эксперименты, которым мог позавидовать Менгеле, Вернет, Рашер и другие известные айболиты.
Толпа потихоньку выходила из открытых настежь внушительных дверей, где их уже ждали преподаватели, регулирующие потоки учащихся. Группы аккуратно расставляли вдоль сквера. Марк увидел массивного Ар-Хаанга и подпрыгивающего Пабло. Тот активно махал ему рукой.
— Привет, ты где был? Скоро всё начнётся, — поправляя свой наряд, спросил Пабло.
Чуть позже к ним прибился и Йохим Зелле, тоже одетый с иголочки. Марк как-то не подумал про внешний вид, ну да ладно. Станет во второй ряд — ничего страшного.
— Едут! Едут! — передавалось нервное по рядам.
Преподаватели призывали к тишине и порядку, старосты шикали на слишком шумных сокурсников.
Ворота академии открылись, и въехал королевский эскорт. Украшенные большими перьями лошади величественно везли главу государства мимо почётного караула учащихся.
Марк выпрямился вместе со всеми по стойке смирно и приложил к сердцу правую руку пистолетиком из среднего и указательного пальца, чтобы он смотрел наискось вверх.
