Демонстрация уважения к практике убийства людей, оставивших веру, – это гротескно неуместное использование ценности «толерантность», которую мыслители эпохи Просвещения превозносили во времена Джона Локка и Томаса Хилла Грина. Это не толерантность, это скорее идеологическая слепота и моральная трусость.
Надежда
Левизна современного академического общества спровоцировала нарастающую социальную, моральную и эпистемологическую катастрофу. Она разрушила ценность рационального мышления и создала условия для процветания веры, религии, суеверий, псевдонауки и ошибочных эпистемологий всех видов. Она несет прямую ответственность за целое поколение студентов, не использующих свою способность к критической рациональности и верящих, что это делает их более хорошими людьми.
Я надеюсь, что современная левая политика вернется к либерализму и будет освобождена от релятивизма, субъективности, мультикультурализма и испорченного мышления – следствий смешивания достоинства человека и идеи. Харрис, Хитченс, Деннет и другие убедительно говорят об ограниченности нового либерализма и необходимости воскресить классический и социальный либерализм, чтобы он снова стал живым и эффективным проводником перемен.
Религиозные утверждения в аудитории
Когда в научной среде кто-то притворяется, будто знает то, чего не знает, его поднимают на смех.
Мэтт Торнтон, общественный деятель
Все студенты вашего вводного курса по философии прилежно учились до экзамена в середине семестра.П17 После всех экзаменов вы объявляете студентам, что теперь будете оценивать их знания по говорящей доске для спиритических сенсов: вы будете класть руки на дощечку, а духи подскажут вам оценку.
Какая реакция будет у студентов? Злость? Недоумение? Потрясение?
Конечно, пара групп сочтут эту идею отличной: студенты со слабыми знаниями будут надеяться, что кубик выкинет проходной балл, и небольшая группа людей, которые искренне верят, что доска «уиджа» – это надежный механизм для определения честных оценок. Все остальные будут ошарашены и не преминут об этом заявить.
Эта ситуация напоминает ту, в которой находятся сами профессора, когда критикуют ход мыслей студентов, но только современная академическая среда не позволяет этого сделать. Благодаря этой среде они до смерти боятся усомниться в конкретном ненадежном процессе мышления – не в любом процессе. Религиозные верования занимают уникальное завидное место, защищенное культурным, социальным и интеллектуальным щитом непроницаемости.
В гуманитарных науках (социологии, философии, антропологии и т.д.), если студент утверждает, что верит в высказывание, поскольку оно соответствует его религиозной традиции, оно – и процесс мышления, который к нему привел, – рассматривается как оправданное утверждение о знании, базирующееся на неуязвимой логике. Считается само собой разумеющимся, что религиозные утверждения имеют иммунитет против критики и дальнейших расспросов.
Это интеллектуальное «окоченение» характерно не для всех дисциплин. Опять же, в гуманитарных науках вопросы о механизме формирования убеждений у студента подлежат табу, но в точных (математике, химии, биологии и т.д.) сомнения в утверждениях и мыслительных процессах – неотъемлемая часть учебного процесса, необходимая, чтобы научить студентов мыслить эффективно.
Чтобы продемонстрировать, как выглядело бы использование веры в качестве оправдания в точных науках, давайте рассмотрим гипотетическую дискуссию между преподавателем биологии и студентом:
Профессор: [Х] случается, когда вирус гриппа заражает клетку.
Студент: Нет, это не моя теория.
Профессор: Какая же ваша теория?
Студент: [Y] случается.
Профессор: Почему вы так думаете?
Студент: Я верю в то, что моя теория правильная.
Всего одно слово «вера» – и рациональной дискуссии приходит конец.
В гуманитарных науках преподаватели притворяются, что рациональный диалог не был прерван. Апелляция к вере в качестве обоснования для умозаключений рассматривается как охраняемая и даже привилегированная практика. Базовая позиция – уважение чувств верующего и социальная легитимность.
С этим пора покончить. Коррекция процессов мышления у студентов и отсутствие поддержки религиозных ответов должны стать академической, культурной и педагогической нормой во всех академических дисциплинах.
Вера – это попытка познать мир, которая снижает вероятность нахождения истины или, выражаясь философическим языком, использование веры не приводит к обоснованному убеждению. Почему мы это знаем ? Потому, например, что различные религии делают противоречащие друг другу заявления, и они не могут быть все верны, однако они все могут быть ошибочными.
К сожалению, и в академической среде, и вне ее вера не рассматривается как ложная эпистемология. Вера покоится на прочном фундаменте моральной системы, которая дает ей моральную действенность и культурную и социальную легитимность. Что особенно интересно – высокое моральное положение веры имеет место не только в умах верующих; в системе образования оно стало институционализованным таким образом, что другие, даже те, кто не использует веру в качестве эпистемологии, вынуждены соблюдать неприкосновенность основанного на вере мышления.
Если профессор корректирует религиозные утверждения студента, это считается невежливым, грубым, агрессивным, навязчивым и даже антидемократичным. Причем ожидается, что преподаватель поставит студенту на вид, если тот выскажет антиэгалитарные или принижающие другую национальность убеждения. (Это показывает, что в отношениях между преподавательским составом и студентами нет ничего такого принудительного или насильственного, что не давало бы преподавателям права избавлять студентов от определенных убеждений; скорее, здесь играют роль социальные, культурные и даже политические факторы, решающие, какие убеждения подлежат тщательной проверке. Это очевидные двойные стандарты.)
Преподаватели гуманитарных наук должны усвоить подход, который столь важен для точных наук: не поощрять обоснования, основанные на вере. Не принимать религиозные утверждения всерьез. Донести до говорящего, что вера – неприемлемый базис, чтобы на его основе сделать надежный вывод. Требовать у студентов доказательства, аргументы и причины их умозаключений, в случае их отсутствия говорить, что такие утверждения нельзя воспринимать серьезно, – и обратно в песочницу!
Точно так же как доска «уиджа» – ненадежный процесс выставления оценок, религиозные утверждения – неприемлемая основа для надежных умозаключений, и преподаватели должны стоять на этом.
За гранью релятивизма
Вступление
Когнитивный, эпистемологический и моральный релятивизм – это токсины, которые студенты гуманитарных направлений получают в больших дозах чуть ли не каждый день. Их учат воздерживаться от суждений касательно других эпистемологий, культурных практик и моральных систем. Как следствие, их способность к критической оценке сильно повреждена.
Прежде чем развенчать веру как ошибочную эпистемологию, жизненно необходимо освободить людей от релятивистского представления о том, что все эпистемологии равны – странный и противоречивый «эгалитарный релятивизм» – или что их нельзя оценивать.
Цель этого раздела – научить читателей, как избавлять других от эпистемологического релятивизма. Сначала я кратко опишу свой опыт, основываясь на котором я создал педагогический антирелятивистский шаблон. Затем я объясню, как уличные эпистемологи и преподаватели могут использовать шаблон для того, чтобы помочь другим людям справиться со своим эпистемологическим релятивизмом (см. приложение В).
«Это истинно только для вас»
Более двадцати лет назад, когда я только начинал вести курс критического мышления, мои попытки ослабить позиции релятивизма наталкивались на общее возражение студентов: «Это истинно только для вас». Любой аргумент, который я приводил, встречался либо этой мантрой, либо схожим высказыванием: «Вы смотрите сквозь призму своей культуры» или: «Вы не можете увидеть дальше своего западного, господствующего, империалистического, ситуативно обусловленного взгляда белого мужчины». Сначала эти ответы ставили меня в тупик. Неважно, какие примеры я приводил или каков был путь моих размышлений, на все следовала эта линия «возражений».
