Оставив "летучку" на соседней с пансионом улице, Мюррей Лепски неторопливо зашагал к нужному ему дому. К утру город наконец затих, фестивальные толпы разбрелись, и раньше десяти утра едва ли кто высунет нос из гостиницы. Спешить было некуда. Лорик наверняка дома, он вообще не слишком любит выходить без дела. Мюррей это знал - он давно уже отлично изучил привычки и характер чревовещателя.
Лепски повернул за угол - и замер.
Впереди, на пустынной улице, прямо перед пансионом, в котором жил Кхон Лорик, стояли на мостовой два Мрачных Карлика...
Лепски осторожно попятился, боясь привлечь к себе внимание опасных существ, и, высунув голову из-за угла дома, стал наблюдать за Карликами.
Проклятье! Им нужен Лорик...
Значит, они все-таки вышли на след Камня Мудрости. Через столько лет...
Но если они знают, что в одной из кукол скрыта половина камня, - они знают и то, как она туда попала.
Карлики что-то обсуждали, глядя, похоже, на окно Кхона Лорика, хотя, конечно, проследить направление их взгляда никто бы не мог. Но они, кипя злобой, размахивали руками, тыча пальцами в сторону именно этого окна и громко ругаясь на своем странно звучащем, щелкающем и свистящем языке. Мюррей не изучал специально их речь, но несколько лет назад ему достался ум ученого языковеда... однако сейчас он стоял слишком далеко от маленьких людей, и до него доносились лишь отдельные слова. Впрочем, и этих слов хватило для того, чтобы основательно встревожить Мюррея Лепски.
- ...все равно надо искать...
- ...проклятый кукольник... кто мог знать, что он зомби...
- ...там, на поляне...
- ...пустим по следу сам знаешь кого...
- ...ты просто не соображаешь, что говоришь, дубина!..
- ...дьявольщина, нам же не добраться до...
- ...идиот, нам бога нельзя трогать! Нам нужен скульптор...
- ...от Лепски нам никакого проку...
Мюррей на цыпочках отошел подальше, а потом бегом бросился к своей "летучке". Что-то случилось с Кхоном... что?
Лепски давно уже подозревал, что с чревовещателем что-то неладно. Несмотря на все усилия, Мюррею не удалось выяснить, откуда Кхон родом, как он стал артистом...
Он помчался домой, и всю дорогу клял себя за то, что в свое время не приложил должных усилий к этой теме. Ведь ему всегда чудилось в Лорике нечто... нечто чужеродное. А теперь Карлики назвали Лорика зомби... Нет, Мюррей был уверен: зомби тут ни при чем. И все же в сознании Кхона таилось нечто постороннее. Теперь Лепски не сомневался в этом.
Но что это было? Или кто?
И при чем тут был его Камень Мудрости?
Чревовещателя необходимо было не просто найти, а найти как можно скорее. Пока до него не добрались рассерженные малыши. Наверняка он спрятался где-нибудь, обнаружив, что им интересуются Мрачные Карлики. К этим странным человечкам все относятся с большой опаской. И если Лорик знает о том, кто скрыт в глубине его ума, и знает о возможностях Камня... да откуда ему это знать? Впрочем, о сущности Камня Мудрости мог догадаться тот, кто живет в Лорике...
Лепски бросил "летучку" на лужайке перед домом, бурей ворвался в свой кабинет и потребовал у своей личной наблюдательной системы сведения о передвижениях чревовещателя за последние сутки.
И через несколько секунд он уже знал: Лорик лежит в госпитале в состоянии полного беспамятства. Знал, что в пансионе побывали инспектора.
И что одна из кукол чревовещателя - Дорис - исчезла.
3.
Эрик Бах сидел в своей мастерской, тупо глядя на валявшиеся перед ним инструменты, куски пластика и эскизы. Скульптор не в силах был приняться за работу.
Эрика замучили мысли о камне Мюррея.
И он совершенно не понимал, почему не заподозрил ничего дурного раньше.
Ведь все было слишком очевидно!
Лепски вел грязную игру. Конечно, Эрик понятия не имел, в чем суть задуманного Мюрреем, но, само собой, на что-то этот бес рассчитывал. На какую-то немалую выгоду для себя. И как-то все это связано с тем камнем, который Лепски уговорил Эрика запрятать в "Лотос пришлого бога", не объяснив, зачем это ему нужно. То есть что-то он наплел, конечно, только Эрик совершенно забыл, что именно говорил ему много лет назад странный заказчик. Но Эрик, взяв у Мюррея деньги, разбил камень, невольно сорвав тем самым непонятные, но явно не слишком добрые замыслы Лепски.
Эрику снова захотелось выпить. Предыдущая порция давным-давно уже выветрилась из его вечно жаждущего организма.
Он встал и пошел к инкрустированному перламутром угловому шкафчику, где была припрятана одна из бутылок. Он уже ощущал на языке жгучий вкус рома... но, едва приоткрыв маленькую застекленную дверцу, с криком отшатнулся.
Вокруг пузатой черной бутылки обвились чьи-то окровавленные кишки.
Эрик захлопнул шкаф и обессилено опустился на пол, обхватив руками внезапно разболевшуюся голову.
Опять... опять на него нападают! Это все не просто так. Это чей-то жестокий план. Кто-то, какие-то неизвестные враги хотят лишить Эрика способности творить, отнять у него великий и неповторимый дар... мерзавцы...
Эрик на четвереньках выполз на середину мастерской и задумчиво остановился, уткнувшись лбом в подставку, на которой по-прежнему стояла незаконченная фигура Мудреца.
Кто же подсылает к нему все эти отвратительные штуковины?
Еще недавно вокруг болтались только чьи-то ноги. Потом появились руки. А теперь вот - кишки. Интересно, кому они принадлежат?.. Это надо же - не остановиться перед тем, чтобы выпотрошить кого-то... лишь ради того, чтобы напакостить ему, великому Баху!
А еще интереснее - есть ли сейчас какая-нибудь деталь постороннего организма на кухне? Может быть, все же удастся добраться до рома? К тому же имеется еще третья бутылка - в спальне, и четвертая - в гараже... к одной из них путь наверняка свободен.
Скульптор, стараясь не делать лишних движений, чтобы не вызвать нового приступа головной боли, отправился на кухню. Ради экономии сил он не стал подниматься на ноги. На четвереньках он чувствовал себя гораздо более устойчиво.
На кухне ничего подозрительного или пугающего не оказалось. И Эрик прильнул к бутылке с обжигающей влагой, радуясь удаче. Но почему-то на этот раз любимый ром не помог Баху избавиться от реальности. Наоборот, Эрик, сам того не желая, вдруг снова вспомнил тот день, когда он выбрал свой путь.
...Тогда он не сомневался, что творчество - превыше всего. И хотя он был совсем еще юн, он был уверен, что не ошибся, что его выбор единственно возможный.. Да, Учитель сказал ему о кармических причинах его заболевания. Гордыня... в предыдущей жизни Эрик страдал огромной, безумной гордыней. А в этой - мог стать просто безумцем.
Но мог и избежать подобной участи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
