Кроме того, появился охранник Рой. Здоровый детина в синей униформе должен был не пускать тех, кому не положено. В какой-то момент Джон спросил себя, не предвосхищает ли фирма прибытие озлобленных клиентов или кредиторов, затем отогнал эту мысль. Многие фондовые дилерские фирмы, включая "Нью маркет секьюритиз", нанимают охранников – просто для порядка.
Тем временем дилеры вовсю названивали своим клиентам, рассказывая о том, что Генри назвал "большим кушем".
– Акции "Скэйлстоун ойл энд гэз" размещаются в частном порядке, – сказал Ронни. – Это будет быстрая спекулятивная операция, своего рода приветствие вашим клиентам от "Джеймисон Пэйн". Если они будут быстро поворачиваться, то успеют купить по 6,00 долл. Через месяц продать по 7,25 долл.
Дилеры сообщали клиентам эти условия и посоветовали своим клиентам в следующий понедельник утром в половине девятого или чуть позже находиться у телефона, чтобы участвовать в размещении акций. Было бы еще проще, если они разместили бы свои ордера заранее.
– Возьмите «Скэйлстоуна» на 12.000 фунтов, – сказал Алан Роберту Масгроуву. – Я знаю, что это в три раза выше вашего обычного размера инвестиции, но вы свяжете деньги только на месяц.
С подобным же рвением Генри стремился уговорить на предстоящую сделку Салли-Энн.
– Бери на это все свои свободные деньги из строительного общества.
Джон хотел инстинктивно вмешаться, но мысленно пожал плечами. Салли-Энн больше не его девушка. Кроме того, он не мог логически обосновать, почему акции "Скэйлстоун ойл энд гэз" не принесут обещанной прибыли.
Исходя из этих же соображений, он считал возможным представлять будущую сделку своим собственным клиентам. Они не проявляли ни особого энтузиазма, ни подозрения. Указываемый лимит краткосрочной прибыли создавал впечатление, что, даже если сделка и не особенно привлекательна, она добросовестна.
– Я сделаю только 1,25 долл., – сказал один клиент. – Вряд ли это заслуживает внимания.
– Это больше, чем вы сделаете, оставив свои деньги на депозите в строительном обществе, – сказал Джон.
– Что, если обменный курс пойдет против нас?
– Мы подождем, пока он снова не станет благоприятен прежде, чем продавать ваши акции, – сказал Джон.
Некоторые из клиентов Джона спрашивали, могут ли они оплатить сделку двумя или тремя отдельными чеками от различных строительных обществ. Джон ответил, что да, при условии оплаты без задержки.
В глубине души Джон чувствовал себя неловко, пересказывая клиентам легенду, данную ему Ронни. В отличие от большинства своих клиентов, он не совсем в нее верил. Лакмусовым тестом служило, будет ли он лично покупать эти акции? Ответ был "нет". Он испытывал болезненное ощущение, что купившие акцию клиенты не смогут ее продать месяцем позже, как обещалось.
Джон говорил себе, это не его проблема. "Джеймисон Пэйн" отвечала за то, чтобы давать ему добросовестные предложения по инвестированию. Его работа состояла только в продаже акции. Но ради собственного спокойствия он спросил Ронни, действительно ли клиенты, вкладывающие капитал в "Скэйлстоун", смогут продать акции через месяц. Дилинговый менеджер заверил его в этом.
Джон все еще испытывал сомнения. Стараясь отбросить их подальше, он стал особенно напорист с клиентами. Честно говоря, ему вообще очень хотелось снова начать вести дела со своими клиентами, и это, возможно, оказывалось сильнее его суждения. Он не пользовался своими коммерческими навыками в течение нескольких недель. Они немного заржавели. 10-процентные комиссионные со всех проданных акций также немало соблазняли.
В понедельник, когда должно было начаться размещение акций, дилеры пришли на работу к семи часам. Ронни немного поговорил о "Скэйлстоун ойл энд гэз" и ее бизнес-плане.
– Но вашим клиентам не нужно знать всю эту муть. Если они захотят слишком глубоко погрузиться в технические детали, напомните им, что держать акцию придется только в течение месяца.
Джон вспомнил комментарий Уоррена Баффетта об инвестиционной политике его собственной инвестиционной компании "Бёркшир Хатавэй":
– Если вы не хотите держать акцию в течение десяти лет, даже не думайте о том, чтобы владеть ею в течение десяти минут. Мы намерены владеть навсегда компаниями, которые мы покупаем. Очевидно, Баффетт не стал бы вкладывать капитал в "Скэйлстоун", – заключил он.
– С другой стороны, успешные трейдеры, включая Тэрри, покупали и продавали акции в рамках коротких периодов времени, и часто с прибылью, – возразил он сам себе.
Сейчас, однако, не время взвешивать за и против "Скэйлстоуна". Повариха Джейн внесла подносы с яйцами, беконом, сосисками и поджаренным хлебом и стопку нагретых тарелок. Было также две стойки с тостами и полный кофейник. Дилеры набросились на еду.
– В "Нью маркет секьюритиз" у нас такого никогда не было, – сказал Генри.
Ронни услышал его и улыбнулся.
– И при этом вы не получали по своим сделкам комиссионные в 10 процентов.
Когда дилеры взялись за телефонные трубки, все снова стало так, как в былые дни в "Нью маркет секьюритиз". Сделки следовали одна за другой. Джон обнаружил, что его клиенты сидели и ждали у телефонов столь же возбужденные, как и он сам. В большинстве случаев дилерам оставалось только закрывать заранее согласованные продажи. Джон сумел убедить некоторых клиентов увеличить – иногда удвоить – суммы, обговоренные ранее. Несколько клиентов сами попросили об этом.
Джон слышал, как рядом с ним Генри убеждал Салли-Энн увеличить свою инвестицию в «Скэйлстоун» с 5.000 до 10.000 фунтов. Генри положил трубку и рассмеялся.
– У твоей бывшей девушки есть сила духа, а также немного свободных денег. Эта инвестиция – проверка. Если все получится, она даст мне в управление портфель своего покойного отца.
– Не радуйся раньше времени, – сказал Джон.
Тем временем Алан, улыбаясь, заполнял еще одну форму сделки.
– Роберт Масгроув только что подтвердил свой ордер на акции стоимостью двенадцать штук.
К середине утра дилеры пристроили акций на 1,2 миллиона фунтов – рекорд даже по их стандартам. Во время ланча все отправились в местный винный бар. В момент триумфа они забыли все проблемы. Больше уже не казалось важным, что "Джеймисон Пэйн" не член фондовой биржи и что оборудование для дилинга акциями, котируемыми в Великобритании, еще не установлено.
– Деньги – единственное, что имеет значение ("Money talks, waffle walks"), – заключил Ронни, когда они подняли за свой успех бокалы с шампанским.
После обеда Джек пришел в дилинговый зал с маленьким человечком в сером костюме и представил его как Пола Уайта – морщинистого и сутулого, вдвое старше дилеров. Он был управляющим директором фирмы "Уайт инвестментс", специализировавшейся на инвестициях в паевые инвестиционные фонды. Его фирма, работавшая уже десять лет, имела несколько тысяч клиентов.
– Мы сделали м-ру Уайту предложение, от которого он не может отказаться. Мы вливаемся в его компанию, – объявил Джек. – Мы не можем дольше ждать членства на фондовой бирже. Вместо этого мы теперь, согласно Закону о финансовых услугах, будем считаться частью "Уайт инвестментс". Можете сообщить своим клиентам, что "Джеймисон Пэйн" изменила свое название на "Уайт инвестментс". Они будут получать контрактные извещения под новым названием компании.
Пол Уайт выступил вперед.
– Я рад присоединиться к новой команде. – Улыбка его была натянутой. – Мой офис прямо по коридору. Буду рад помочь каждому, имеющему дело с моими старыми клиентами.
– До этого пока дело не дошло, – сказал Ронни. – В данный момент пусть каждый концентрируется на своих собственных клиентах.
Гром грянул уже на следующее утро. Джону позвонил Питер Батлер от имени национальной воскресной газеты. На сей раз "Уайт инвестментс" была для него не источником информации, а целью.
– До нас дошли некоторые жалобы в связи с "Скэйлстоун ойл энд гэз". Что это за компания? Сколько вы выручили от продажи ее акций?
– Поговори лучше с Ронни, – сказал Джон.
Ронни сначала попробовал приветствовать Питера как старого друга. Когда это не сработало; стал краток.
– Ты, должно быть, общался с дилерами из "Нью маркет секьюритиз", – предложил он. – Не будешь же ты верить тому, что они говорят.
Наступила продолжительная тишина, пока Ронни слушал.
– Нет, мы не продавали акции "Скэйлстоун", – сказал он. – Мы только принимали ордера. Ты ведь не собираешься срывать нам эту сделку, не так ли? Наши юристы будут следить за тобой.
Он бросил трубку.
– Некоторые наши клиенты говорили о сделке «Скэйлстоун» с "Нью маркет секьюритиз". Теперь эта фирма натравила на нас прессу. Мы должны будем пересидеть это. Старайтесь не говорить по телефону с незнакомыми людьми.
Двумя днями позже "Уайт инвестментс" получила свежеотпечатанные проспекты размещения акций "Скэйлстоун". Глянцевый бледно-желтый документ был полон предупреждений о риске.
