Тогда-то дядя Слава и начал говорить о том, что стар, преемников нет, а свой бизнес передавать абы кому не хочет. А мне жену содержать, детей рожать и воспитывать. Голова на плечах, дело его продолжу, еще и преумножу. Как-то так резко вязли в оборот, стали давить, что я по привычке заднюю врубил.
Во многом старики были правы. Свою семью я собираюсь сам содержать, а не висеть на шее брата и деда. Идея бизнеса мне нравится, есть перспективы. Можно пару гектаров под теплицы запустить. Ближе к склонам гор виноград посадить. При союзе там как раз находились виноградники. Заводик винный построить…
Но спешить не стоит, успею. У меня и так жизнь круто изменилась. Сейчас главная цель – забрать из родительского дома воробушка.
— Ничего не забыли? — спросил дед, когда мы отъехали от дома.
— Цветы здесь. Торт, конфеты, шампанское, коньяк… — с заднего сиденья произнес дядя Слава, перебирая пакеты.
— Кольцо не забыл? — спросил дед.
— Нет, — сухо ответил этим двум наседкам. Кольцо лежало в кармане, ждало, когда окажется на пальце своей хозяйки. Буквально через три минуты езды мы подъехали к дому Лены. У ворот полно машин. Видимо, не только семья, но и родственники пожаловали. Мне было все равно. Я подождал, когда старики выйдут, заберут презенты. Решил немого переставить автомобиль, чтобы не загораживать выезд, вдруг кому-то срочно понадобится уехать. На улицу уже вышли родные Лены, она сама стояла в нежно-голубом платье. На лице минимум косметики, на губах лишь блеск, который я уже скоро слижу. Волосы распущены. Люблю зарываться в них пальцами. Блин, выходить из машины надо, а у меня плащ-палатка в штанах. Будто не мучил хрупкую девочку всю ночь. Пришлось выходить, прикрываясь пиджаком. Шаг…
— Да ну!!! — нога утонула в свежей коровьей лепешке! Вот вам и жених!
Четвертовать собственными руками годов тупое животное, которое гадит где попало! Сам виноват, под ноги смотреть надо! Но когда воробушек рядом, я ничего вокруг не замечаю. Вот и поплатился. Закон подлости – когда ночью бегал к ее дому, даже будучи босым ни разу на мину не нарвался, а днем – пожалуйста.
— Хорошая примета, — первым пришел в себя дед, довольно ухмыляясь.
— К богатству и процветанию, — поддержал его друг. — Скоро аграрием станешь, — не упустил возможности предложить свой бизнес.
Я медленно вытащил ногу, чтобы вдобавок ко всему не забрызгать брюки. Мысленно посылая корову в преисподнюю, принялся вытирать подошву о траву.
— Лена, богатая жизнь тебя ждет!
— А жених-то молодец, не глядя нашел самую большую кучу!
— Фартовый, — веселились гости, перестав себя сдерживать. Готов был всех тут осчастливить и обогатить, измазав в этой куче драгоценностей, но одного взгляда на Лену хватило, чтоб недовольство улеглось.
Расстроенная, потерянная, смотрит так, будто готова расплакаться. Это я, козел, ее в первый день знакомства напугал. Тогда мое суперэго было не готово к встрече с навозом. Привык к роскоши, чистым ухоженным дорожкам у дома и отсутствую естественной природной вони.
— Я сейчас упаковку тряпок принесу, — виновато произнесла воробушек, подходя ко мне.
В прошлый раз отказалась мне помогать, а я ее поцеловал. Сейчас я уже не злился, как раньше, а вот поцеловать Лену готов был прямо здесь.
— Гости дорогие, заходите в дом, — произнесла мама Лены.
— Я быстро, — обгоняя родню, она скрылась в доме.
Вернулась через минуту с рулоном тряпок и перчатками. Туфлю отмыл, но запах все еще щекотал ноздри.
— Может, духами туфлю побрызгать? — сморщила носик.
Мы во дворе у крана стояли, а гости в доме находились. Праздновали, пока жених и невеста… обувь отмывали. Скинув перчатку, вымыл руки с мылом, понюхал. Порядок.
Притянул к себе воробушка и впился в сладкие губы. Вони я и до этого не чувствовал, а теперь мои рецепторы напитывались ароматом вкусной девочки.
— Мы, вообще-то, вас там ждем, — прозвучал недовольный голос с крыльца.
— Жениться ему надо, — шепнул на ухо Лене. — Пусть за своей женой следит, а не за моей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Я тебе еще не жена.
— Жена, воробушек, остались лишь юридические формальности.
Если дед с дядь Славой за столом, то остальным остается только слушать и соглашаться. А еще смеяться над анекдотами, которых он знает немеренно. Гости были настолько довольные и веселые, что готовы были смеяться над любой ерундой. Даже бабка воробушка улыбалась.
— Минутку внимания, мой внук хочет что-то сказать, — громкий голос деда заставил всех замолчать. Я еще с начала вечера пытался «что-то» сказать, но мне не давали, а тут неожиданно вспомнили. Дед, наверное, догадывался, что я хочу окольцевать свою девочку и утащить в свою берлогу праздновать наедине.
Готовил, готовил речь – и все забыл. Дальше – как в тумане. Даже не думал, что так могу разволноваться. С другой стороны, такой важный момент. Хоть бы кто-нибудь записал, чтобы я мог посмотреть и закатить от ужаса глаза. Помню, что обратился к родителям, благодарил за воспитание, признался, что люблю их дочь и хочу на ней жениться. Готов нести ответственность за семью. Обратился к бабушке. Напомнил, что прокляла она меня и сказала, что только искренняя любовь меня излечит. Вот, все сложилось, как она и хотела. Старушка только хитро улыбнулась.
— Ты выйдешь за меня замуж? — вытащил из кармана коробочку, открыл. А воробушек с какого-то хрена начала реветь. Закусила губу и всхлипывает. Лучше бы розами по морде дала. Я бы так не растерялся. Ее слезы – как удар под дых. Все внутренности внутри выжигает. Я уже готов был коробку на стол бросить и кинуться ее утешать, когда услышал тихое:
— Я согласна, — и руку протянула, чтобы кольцо надел. — Ты так красиво говорил, — оправдываясь за слезы, пока я ее окольцовывал.
Дома за попу укушу, чтобы не пугала. А потом оратор хренов поцеловал свою девочку при всех. Пьяные гости кричали «горько», а мне только это и надо. Дорвался.
— Э, харе, — один только никак не угомонится. Невесту бы ему такую, чтобы голову взрывом рвало, а тронуть не мог!
— Надеюсь, Лена теперь может переехать ко мне? Свадьбу сыграем в ближайшее время, — обратился к родителям, но ответила за них подвыпившая бабушка.
— Забирай! А то шею себе свернет, если будет и дальше по ночам через окно убегать.
Гости громко хохотали. Матвей хмурился. Воробушек краснела… но мы с ней были счастливы. Сегодня же вещи перевезем!
Эпилог
Лена
Пять лет спустя
— Я что сказал, когда уезжал?! Не использовать больше гербициды в теплицах! — крик моего мужа раздавался из-за двери.
— Вадим Андреевич, у нас несколько тонн на складе лежит, выкидывать, что ли? — упирался главный агроном. Мужик взрослый и простой, он единственный, кто мог спорить с Вадимом.
— Выкидывать!
— Тогда ни о какой прибыли не может быть и речи! Удобрения на свалку, урожая не будет, даже рабочим нечем будет заплатить!
— Вы мне зубы не заговаривайте! Думайте, как без химии получить хороший урожай, для этого я вас нанял!
После того, как у нас родился Олежка, Вадим ревностно принялся следить за тем, что ест его сын. Он и во время моей беременности ездил в ближайшие от Москвы села и привозил домашние продукты. Теперь решил сам поставлять на рынок экологически чистые продукты. Но не все были согласны с такой политикой. Партнерам моего мужа хотелось делать минимум вложений и получать максимум прибыли. Знали ведь, что Робнера не удастся переубедить, но продолжали настаивать. Из-за двери грозно позвучало:
— Уволю всех нахрен!
Пора спасать мужиков. Вадим в бешенстве. Может и правда всех поувольнять. Жалко технологов, агрономов, инженеров… А ведь они еще при Вячеславе Игоревиче работать начинали. Некоторым до пенсии немного осталось.
— У нас огромная ферма, почему нельзя перерабатывать биологическое удобрение и использовать его в теплицах? Я ведь дал четкие указания – подготовить проект. Где он? Где, я вас спрашиваю?
