– Сандра, – объявила баронесса, – мы выйдем в садик. К нашему возвращению согрей вина.
– Да, госпожа. – Камеристка была совсем молоденькой. Раньше у Марианны была другая служанка.
– Ваннина меня покинула, – женщина ловко сунула ножку в меховой сапожок, – Сандра – дочка кондитера. Бывшего кондитера… Увы, герцог, наш садик зимой вряд ли вас порадует. Цветы спят, а статуи Коко велит закрывать.
– Я надеюсь увидеть их летом, – соврал Робер, подавая даме руку.
Может, сад и был небольшим, но ночь, иней и луна превращали его в зачарованный лес. Серебряные стволы, черные тени, холодный, равнодушный блеск. Если б не полускрытые кустами мирные ящики, здесь было бы страшно.
– Пройдемте к беседке. – Марианна указала на прозрачное, словно светящееся строеньице и замолчала. То ли обдумывала предстоящий разговор, то ли просто устала. Эпинэ вел третьим за зиму садом третью женщину, готовясь к третьему разговору, а сверху глядел недобрый прищуренный глаз. Раньше Мэллит не путала ночь Флоха и ночь Гоха, а читает ли гоганни по луне сейчас?
– Осторожней, здесь водосток.
– Благодарю вас, – первым говорит тот, кто хочет разговора, – но меня извиняет ваш сад. Он хорош, даже зимой.
– Монсеньор. – Марианна остановилась и, отняв у спутника руку, встала к нему лицом. – Вы хотите узнать, почему я вас ударила, а я хочу спросить, почему вы меня не выдали.
– Баронесса, – Робер был готов к чему угодно, но не к достойной Айрис откровенности, – я… Вы правы, я хочу знать, кто и почему на меня напал. Я не мог выдать вас, не зная ответа. Надеюсь, мне не захочется это сделать, и когда я его получу.
– Решать вам. – Женщина смотрела твердо. – На вас напали «висельники», которых по моей просьбе нашел Салиган. Он давно с ними водится, а я имею дело с ним. Я поняла, что вы решили остаться на ночь, и вызвала разбойников через вора, которого взяла на место сбежавшего слуги. Мы не хотели вас убивать.
– Я это понял. – Марианна говорит правду. Не потому, что неспособна лгать, как Катари или Айрис. Баронесса все обдумала и решила, что так лучше. И так на самом деле лучше.
– Поняли? – Изо рта женщины вырвалось облачко пара. – Конечно… Нас выдала сеть.
– И дубинки. И то, что убить меня мог и один человек. Вы.
– Могла, – она и не думала отпираться, – однажды я убила. В юности. Это вышло случайно, но я не жалела. Совсем не жалела. Я убила бы еще раз, но обстоятельства изменились…
Кого она прикончила? Насильника? Соперницу? Влезшего в дом вора?
– Сударыня, вы не могли не знать, что Раймон Салиган выступит свидетелем на суде, но вы остались в городе. Вас это не испугало?
Марианна склонила голову набок. Она не походила ни на Айрис, ни на Катари, ни на Мэллит. Тем хотелось целовать руки, а не губы. Баронесса тронула мантилью:
– Салиган плутует в карты, путается с гайифским послом, не чурается краденого, но по-своему предан мне, а я – ему. Без необходимости он меня не выдаст. Ручаюсь, он врал так, как хотел Ракан. Он и гайифцам говорил не что есть, а что те хотели слышать.
– Салиган и вправду шпион?
– Он – свинья, – припечатала баронесса, – но мы росли в одном хлеву, и это он нашел мне барона.
– Вы были неосторожны…
– Я была глупа, – спокойно признала женщина, – мне давно следовало отослать Ваннину в Рафиано, а я жалела, хоть и знала, что она – дура. Причем злобная.
– Значит, вас выдала служанка?
– Не выдала, – полные губы искривила усмешка, – наврала из ненависти к Раймону и угадала. У мерзавца нашли ворованное, но он как-то вывернулся. Раймон всегда умел путать следы. Да и кто бы после ваших слов поверил, что виновата я?
– Но служанка у вас новая, я заметил.
– Коко, когда вернулся, был вне себя. Можете не верить, но он умеет злиться. Он был очень… не смешным. Ваннина вылетела из дома в чем была.
– Значит, вы уверены в Салигане?
– Раз он молчит, значит, ему это выгодно, – отмахнулась красавица, – да и сказать ему нечего. Он знает, что я искала помощников среди городского отребья, только и всего. Если б все всплыло, я бы сказала, что наняла «висельников» для охраны от мародеров, а они решили поживиться. Окделл бы мне поверил, уверяю вас…
– Не сомневаюсь, – поклонился Робер, – но мне вы скажете, зачем вы все затеяли?
– Разве вы не догадываетесь?
– Вам понадобился заложник? – Впутывать в свои игры Катари – преступление, но Марианна понимает, на что идет. Это ее выбор.
– Да. Я собиралась заполучить Окделла, но пришли вы. Это было намного лучше. Без Окделла Ракан обойдется, без вас и ваших южан – нет. В обмен за вашу жизнь мы потребовали бы Алву.
– Маршала за маршала? Рокэ Алва сто́ит дороже, чем я.
– Вы не просто маршал, вы – друг. – Где бы записать: знаменитая куртизанка верит в дружбу Ракана, а Эпинэ – нет.
– У Альдо нет друзей, только подданные. – Эта женщина – твой союзник, и она настоящий боец, с ней можно быть откровенным. – Вы зря рисковали.
– Нет. – Женщина придвинулась ближе. – Не зря. Я узнала вас. Вы помните, кому обязаны жизнью, это радует.
– Вы знаете и это?
– Окделл много говорил о Сагранне. – Лицо Марианны стало злым. – Гаденыш бывал у меня, и я его принимала. По просьбе его господина.
– Марианна, – он должен спросить, хотя ответ ясен и так, – вы понимаете, что и кому говорите?
– Понимаю. – Спокойный голос, спокойный взгляд. – Кэналлийский Ворон избавил меня от самого отвратительного из известных мне мужчин. Я в долгу перед ним, хоть и не в таком, как вы.
– Я это помню. – Больше, чем Алве, он должен лишь Лауренсии, но этот долг не вернешь.
Баронесса поправила мантилью, метнулась черная тень.
– Коко думает только о морискиллах и антиках, но он умеет видеть и понимать. Он чуть не убил меня, но я сказала, что Алву казнят только через мой труп. И барон согласился привести вас в гости. Почему вы не пришли?
– Не получалось, – не стал вдаваться в подробности Эпинэ. – Вы снова хотели натравить на меня «висельников»?
– Я не столь глупа, – Марианна торопливо облизнула губы, знатная дама подобного бы себе не позволила, – я хотела раскрыть карты. Вы меня не выдали, вы обязаны Алве, вы могли его убить у эшафота, но не убили и не дали это сделать другим. Вы дружны с Левием и помолвлены с девицей Окделл. Вы бы нам помогли.
– С вами трудно спорить, – попытался пошутить Робер, – но при чем здесь моя невеста? Вы же ее не знаете…
– Я о ней слышала, – женщина холодно улыбнулась, – от Салигана и не только от него. Монсеньор, я видела таких девиц. Айрис Окделл согласилась на ваше предложение только потому, что вы обещали спасти Алву. Я права?
– И как же я должен был вам помочь?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
