В общем одни вопросы и никаких ответов. Все разошлись по своим комнатам, а меня ожидал Кузя, у нас были свои дела.
Первым делом были новости из поместья Мак-Коннея. Аллилуйя! Семьи поверили и уже сидели на узлах, практически. Но самое интересное не это! Самое интересное то, что семья второго охранника, не Рэнальфа, они же корову прикупили!! Ой-ей, как же они животину поволокут!! Вроде как здесь коров нет. Хотя тех животных, с равнин, не сравнить с нашими горными полукоровами — полукозами, у них и удойность выше и весом, соответственно и мяса с них больше. Но и кормов им больше надо.
По моим подсчётам, солдаты со дня на день уже должны приехать в поместье, отдохнуть день-два, решить за это время вопрос с пополнением и двинуться в обратный путь. Конечно, я была рада, что пока все хорошо складывается с охранниками и их переездом в мое поместье. И все это благодаря умнице Кузе. Вот теперь ещё найти бы общий язык с его дедом. Что-то Кузька и меня запугал суровым характером своего сварливого деда. Но делать нечего, без него никак не обойдёмся. Посидев немного и занявшись аутотренингом "Спокойно, Люся, ты абсолютно спокойная, ты ничего не боишься и это надо сделать, потому что надо! Хватит тянуть, вставай и иди!". Я всё-таки решительно выдохнула, встала и твердо сказала.
— Идем, Кузя! Отступать некуда, за нами Москва! Веди, я здешние подвалы не знаю, буду блудить, и орать, народ пугать!
Взяв с собою пару свечей, на всякий случай, закутавшись в плед и надев крепкие ботинки, мы двинулись проходить крайне увлекательный квест — «Разбуди дедушку и не потеряйся в подвалах" называется.
Спустившись по черной лестнице и нырнув в неприметную дверь под лестницей, мы начали спуск по довольно крутой и с какими-то поворотами лестнице. Потом шли по подвалам, сворачивая то в одну сторону, то в другую. Если честно, то я потеряла ориентировку уже на четвертом повороте, и теперь вообще не представляла, под какой частью замка мы находимся. Впрочем, я и в прошлой жизни этим же страдала, топографический кретинизм называется. Я почему-то шепотом, жалобным голосом позвала.
— Кузя! Кузь, а мы сейчас где? Нам ещё далеко идти? А то я уже назад хочу! Я не трус, но я боюсь!
Кузька отозвался тоже шепотом, но вполне бодрым голосом.
— Да почти пришли уже, Люся! Вот за тем поворотом маленькая кладовая, там сундуки старые, сломанные стоят, вот в одном из них дедушка и спит. Только я не помню, в каком именно!
Ну, так себе вводная. И впрямь, вот и кладовая с хлипкой дверцей, толкни — упадет. Подняв свечу повыше, я осматривала помещение. Да, пыли здесь знатно! Но что гораздо хуже, сундуков было много. У каждой стены кладовки стояли горкой сундуки, по два, а то и три в высоту. Некоторые, от того, что сломанные, некоторые просто доски истлели до трухи, но стояли перекошенные, просевшие друг в друга. Мдя… и где же мы будем искать, этого старого пер… простите, пожилого джентльмена? Ведь, по словам Кузи, он может спать в любом из них! Но что делать? Сама настаивала на побудке, вот и получай, фашист, гранату! То есть себе работу на ночь.
Укрепив вначале на выступе у двери ровно свечу, чтобы руки были свободные, для очистки совести прошла вдоль всех сундуков, внимательно прислушиваясь. Ни храпа, ни мелкого покашливания, ни ворочания, ни прочих звуков я, разумеется, не услышала. Вздохнув, полезла наверх. Опираясь одной ногой о подозрительно кряхтевшие доски нижнего сундука, а вторую поджимая под себя, с натугой начала поднимать крышку верхнего сундука. Внезапно она легко пошла вверх. Это Кузя тоже вскарабкался и помогал мне. Ничего, кроме паутины и засохшей лет сто назад мумии мыши, в сундуке не было. Кое-как стащили сундук вниз. Но и в последующих двух тоже ничего и никого не обнаружили.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
На третьей стопе из четырех, когда количество сундуков посреди кладовой уже грозило перекрыть нам обратный путь, мои изрядно уставшие руки не выдержали, сундук с грохотом полетел вниз, а крышка нижестоящего сундука просто провалилась вниз вместе с моей ногой и я почувствовала, что наступила на что-то мягкое. От неожиданности и испуга я завопила. А когда поняла, что это что-то мягкое ещё и держит меня за лодыжку, мой вопль и вовсе перешёл в визг в ультразвуковом диапазоне. Визжала я самозабвенно, закрыв глаза, пришла в себя, только когда Кузя мне чуть подол не оторвал, дёргая меня за него и пытаясь что-то сказать. Резко захлопнув рот и оборвав визг на середине особо высокой звуковой волны, услышала.
— Люся, Люся, успокойся! И убери ногу с дедушки! Ты же ему дышать не даёшь! И выбраться не даёшь!
Я обессиленно шлёпнулась на сундук, что стоял позади меня, и вытянула ногу из другого сундука. Следом, из этой же мебелины поднялось нечто крайне пыльное, всклокоченное, все затянутое паутиной. Хотя при некотором воображении, просматривалось что-то человекообразное, опять в таком же странном колпаке, в грязной и пыльной одежде, с торчащей во все стороны бородой. Выглядело это нечто немного больше, чем наш Кузя. Он, кстати, стоял рядом со мной, настороженно посверкивая глазами в сторону деда. Тот наконец, с кряхтеньем распрямился, прокашлялся и просипел.
— Ну и здорова же ты орать, девка! Вот чего полезли? Я бы и сам вскоре проснулся бы, через год — другой… Рахнис, я же тебе говорил, что я буду спать в сундуке, у которого сбоку в стенке дырка! А ты все забыл, голова пустая!
Кузька чуть не плакал.
— Дедушка, так за столько лет, тут в почти каждом сундуке дырка есть! Вот сам посмотри!
И верно, дырки были. Я постаралась незаметно перевести дух и вытереть мокрые ладони об юбку. Вроде сильно не буянит дед. Надо вмешиваться в беседу.
— Дедушка, так нет у нас этого года — другого, совсем замок пропадет тогда! Не сможем мы выжить без вашей помощи!
— А ты кто такая будешь-то, девка? Вроде и походишь на нашу Маргрет, да не она. И душа у тебя не тутошняя, чужая… Как принял тебя замок, раз ты тут, не прогнал?
Кузька заспешил рассказать все деду, перескакивая с одного на другое, периодически и я что-то вставляла. Не знаю, как понял все это дед, я сама на втором витке повествования запуталась — набеги, мародёры, сгоревшая часть замка, обнищание, запустение, как Кузька остался один со старыми слугами. Как приехала я со всей компанией, как взялась за ремонт и обновление замка, как нашла источник доходов… В общем, всю нашу историю. Ну и я честно сказала о себе, что душой я из другого мира, а так я дочь той самой Маргрет.
Дед вздохнул.
