– Перепрыгивай, порог высокий, – предупредил Маркус, забираясь внутрь таверны.
Порожек был не просто высоким, его как будто специально делали для эльфов с вампирами – самых высоких рас. Но не оценить подобный подход я не могла – до нашего прихода в таверне было сухо. Ни один ручеек не проник внутрь, хотя на улице… У ребят брюки были по колено мокрые, что уж про обувь говорить – жалкое зрелище!
– Хм, гости. Юные, новые, – пробасил кто-то, стукая о стол кружкой. Судя по запаху – пили здесь брагу. – И чего дома в такой потоп не сидится?
– Сидится, да только разве можно упустить шанс такое памятное место посетить, – отсалютовав редким зрителям, доплывшим до таверны или попросту не выходящим из нее с самой ночи, заявил Маркус. – У нас практика на носу, препод – монстр, сказал маршрут составить заранее, все точки обойти и подписи у градоправителей собрать – вдруг не хотят они нашествия студентов.
– А это нас спасет?
– Если градоправитель напишет официальный отказ – вполне. Только нам до него еще доплыть нужно. И карту города составить. Переписать – не выйдет. Препод – маг, обещал прийти и лично сверить все до последней точки.
– Так воду нарисуете и шпили. Что смогли разглядеть – то и обозначили, – принялись советовать постояльцы.
– И кладбище зарисуйте. Оно во‑о-о-он там стоит.
– И дом Старухи.
– Порт не забудьте.
– А в эльфийские подвалы полезете?
– Услуги проводника – недорого.
– И сколько? – заинтересовался последним предложением Маркус. У меня бы в таком балагане что-то вычленить не получилось бы, а он смог. Профессионал. – Проводник нам бы пригодился…
– Серебрушка за день, – озвучил свою цену полукровка, поднимаясь из-за стола. – И за мою выпивку заплатите.
– А ты такой проводник хороший?
– Лучше не найдете.
– Категоричное заявление. И чем же ты лучше?
Я вот тоже хотела узнать чем. Платить за острые уши не хотелось: у нас на троих таких ушей и так два, а это выше среднего по стране. Ими нас не удивишь.
– У меня лодка есть, – хмыкнул, как и его предки, полукровка. – До гостиницы довезу. На обычной – снесет вас в море, детки. А на моей – целы будете. И не намокнете больше того, что уже набрали.
Маркус быстро глянул на меня, как бы спрашивая: подходит ли? Я кивнула.
– Идет. – Рыжий протянул руку теперь уже нашему проводнику, а я бросила пару монет хозяину. И он даже отсчитал мне сдачу. Честный все же люд в Клязе. Пусть и выглядят как проходимцы.
Выходили через запасной выход на втором этаже таверны. От него вниз вели ступеньки, доходившие до самого второго этажа. Сейчас половины из них было не видно. Впрочем, за то время, что мы разговаривали, дождь усилился, и теперь я с трудом различала Алеста с Маркусом.
– У вас всегда так? – стараясь не захлебнуться дождем, спросила я, на ощупь перебираясь в лодку.
– Сезон дождей – пару недель в году. Повезло вам, ребята.
С рук проводника сорвались чары, и мы поплыли. Большой легкий тент над головой укрывал от капель, и мы рискнули вздохнуть с облегчением.
– Еще как, – простонал Алест, стягивая капюшон.
Полукровка дернулся, разглядев его острые уши.
– И куда мы плывем? – Маркус не придал значения поведению проводника. Его больше интересовал маршрут. Впрочем, для меня тоже было важно знать, куда и как мы плывем. Но в магической составляющей двигателя я не разбиралась, а потому оставалось только выпытывать маршрут.
– Зависит от ваших финансов. В городе одна гостиница и два постоялых двора. Если подешевле, то лучше на постоялый. «У старухи Нэн» весьма пристойное заведение. И, что важнее, крышу никогда не сносит. Сколько гроз было – не сосчитать, а крыша держится. Честное слово или какое иное, но помогают заговоры владелицы.
– Старухи Нэн? – переспросила я, извлекая из сумки блокнот и ручку. Все же молодцы гномы – пером в дождь, да еще и на раскачивающейся лодке, не попишешь.
– Нет, сейчас там совсем другие владельцы. Старуха уехала с Тель-Арлеями еще тогда, после войны.
– Вы говорите об этом, как будто те времена застали, – не смолчала я.
Полукровка внимательно на меня посмотрел, но не ушел от ответа.
– В те годы я был еще ребенком. Но память – лучшее, что мне досталось от отца.
– Кроме ушей, поднимающих стоимость ваших услуг? – съехидничал Маркус.
– Не без этого, – фыркнул проводник. – Так куда вас прикажете?
– В гостиницу, – оценив состояние своего эльфа, решила я. – Переночевать мы и на постоялом дворе сможем, но поговорить – по опыту знаю – не дадут.
– Что ж… Осмотр города начнем сегодня или завтра с утра?
– Оплатим гостиницу, оставим вещи, и можно будет начинать, – я решительно пресекла попытку стрясти с нас серебрушку за обычное катание. – Дождетесь нас у входа.
– Как будет угодно леди, – хмыкнул полукровка. Больше он ничего не сказал. Вероятно, приберегал для экскурсии или думал, как бы нас потерять по дороге. По крайней мере, на нас с Маркусом он косился весьма неодобрительно, а вот на Алеста напротив – с детским любопытством и каплей зависти.
Гостиница была не слишком дорогой. Приготовившись к столичным ценам, я была приятно удивлена, когда за золотой – полукровка точно себе цену ушами набивал! – нас пообещали приютить в трехместном номере с двумя спальнями и гостиной. Завтрак в цену включен не был, но мы и в городе прекрасно бутербродами обойдемся.
Проводник ждал нас у выхода с обреченностью эльфа, которого заставили работать. Дождь утих, и по улицам поплыл туман. Если сейчас еще и потепление ударит – я решу, что здесь маги постарались.
– Не без этого, – подтвердил проводник. – Постараться – постарались, а убрать за собой – никто им за это не заплатил. А нынешние отказываются. Говорят, не осталось никаких сведений о старом колдовстве. И раз уж не смертельное оно, так лучше смиритесь, иначе чары друг на друга наложатся и дождь огненным станет. Тогда уже лодкой и сливом не обойдетесь.
– Ясно… – Алест, кажется, все больше радовался, что эльфам кусок земли не достался. Тогда бы раз в десять лет навещать бы приходилось. Эльфийский Владыка – не человечий император, должен свою территорию осматривать и расположение подданным выказывать.
– Так, может, снимете, если ясно? Маги говорили, что из-за эльфов так случилось. Хотели остроухие что-то с погодой сотворить, чтобы боевой дух княжеской армии сломить, а вот как оно получилось.
– А вы не помните?
– Мелкий был. Помню, в небе гремело – а что? Обычная гроза или наведенная, кто же отличит?
– Это же сколько вам лет, – выцепил главное Маркус.
– Много, – кивнул полукровка. – Даже для эльфа срок изрядный, а уж для человека…
– Не живем мы столько, – согласилась я. И задумалась.
Век обычного полукровки – три-четыре столетия. А наш собеседник этот срок уже пару раз превзошел. И до сих пор старым не выглядит. Молодое, ухоженное лицо, тонкие черты. Если бы не глаза, довольно узкие для эльфа, и отличить-то сложно было. Да уши немного короче и не такие узкие.
– А кем был ваш отец? Или мать?
– Мне об этом не говорили. Но даже если бы и поведали, неужели я бы первым встречным о своей семье докладывал?
– Прошу простить мое любопытство, – охотно извинилась я. Вопрос и впрямь был личным, чтобы на него отвечать. Я бы промолчала вовсе, но, видимо, полукровке хотелось с кем-нибудь поговорить. Например, с Алестом. Друг поежился, заметив мой настойчивый взгляд, но ради дела… Думаю, он справится. А пока:
– Мы могли бы начать путешествие с мануфактур Лемана, если от них что-то осталось?
От мануфактур Лемана осталось удручающе много и в то же время почти ничего. В распоряжении туристов имелись здания, портреты владельца и его семьи, их личные вещи, вплоть до столового серебра… и ничего из того, что пролило бы свет на их шкатулки, покупателей и технологию изготовления. Все это как в воду кануло. Мастера знали, как с ними работать, как заряжать, как вселять духа-хранителя, если придется, но как создать еще одну шкатулку – нет. Впрочем, за свою долгую жизнь под руководством Лемана их вышло столько, что до сих пор они оставались на складе, если верить нашему проводнику.
Сам Леман исчез из города после все той же злополучной Валенской кампании. Жители горевали недолго: свое немаленькое состояние он оставил на нужды города. А потому даже столовое серебро из буфета никто не крал. Для восстановления города после войны и так хватило. Семья Лемана переехала еще раньше. Чувствуя приближавшуюся катастрофу, глава семьи отправил домочадцев подальше от эпицентра. В Ле-Скант, если говорить точнее. Но сам там так и не появился. Но и супруга страдала не долго: новый муж для красавицы Лоретты нашелся весьма быстро. А дети… Дети жили в пансионе, а потом тратили оставленное им содержание, которое отец перевел им заранее. Больше ничего об их судьбе Далар не знал: не доходили в Клязь слухи.
