- Ты идешь завтракать? – кричу, чтобы было слышно в комнате.
- Сейчас.
Возвращается через минуту и в смешанных чувствах.
- Что случилось? С кем ты разговаривала?
- С мамой.
- И она услышала мой голос?
- Да. Ничего страшного не произошло, я же большая девочка, имею право с утра находиться рядом с кем-то. Просто я маме о тебе еще не говорила.
- И это понятно, я бы скорее удивился, если бы уже успела.
Достаю бутерброды из микроволновки, снимаю с тарелки крышку, и в нос бьет чудесный запах еды. Почему-то я чувствую себя нереально голодным, хотя вчера, казалось бы, на пятьдесят процентов состоял из шашлыка.
Таня почему-то не садится, а облокачивается на столешницу, и тогда мне ничего не остается, как кормить принцессу самому. Хватаю один бутер с тарелки и даю ей укусить. Ну Боже, что за кусочек? Я могу одним укусом весь бутер заточить, а она тут еще перед кем-то этикет соблюдает. Хотя мне очень нравится, что делает Таня дальше: она берет с тарелки второй бутерброд и кормит им меня. А потом схема повторяется по второму кругу. После чего мы набрасываемся друг на друга, как одержимые, а наши языки творят что-то невообразимое. Целовать, целовать, целовать… Пока вся она не будет состоять из меня, а я – из нее. Пока не прорастем друг в друга так, чтобы пустить корни по-настоящему. Пока мнение друзей, родителей, знакомых, да кого угодно уже не станет условностью. Чтобы весь мир знал, а мы были счастливы, что все знают. Что-то там говорят, что счастье любит тишину, но пусть свои советы при себе оставят, мне нужно, чтобы весь мир понял: эта принцесса – моя, и плевать, что там мы думали в самом начале.
Я люблю ее. Люблю. Люблю и точка. И все, что знаю в ней, и все, что еще не успел узнать. Не подходим? Бред. Подходим, как никто другой. Идеально совпадаем. Чувствами, телами, дыханием, всем, чем хотите. Мне ничего другого не нужно, только она.
Глава 36
Таня
«Таня, ты что, с мужчиной?»
Да, мама. Я с мужчиной. Он – не просто мальчик с сережкой в ухе, он – тот, рядом с кем мне удивительно спокойно и при этом до мурашек сладко.
Мне стыдно, что совсем недавно я говорила маме про разрыв с Быстрицким, а теперь уже она слышит в трубке голос Лёши? Нет. Почему я должна стыдиться своих чувств?
Я не знаю, хорошо ли это, но за те дни, недели, сколько там уже натикало? За все это время Лёша как будто пробудил во мне то, что давно заснуло и перешло в спячку. Я вспомнила, как это круто, когда находишься рядом с человеком и совсем не думаешь о работе, а только о нем. Когда теряешь счет времени, начинаешь утро с поцелуев, от которых можно схватить инфаркт, когда просто видишь его лицо и уже улыбаешься.
Я влюбилась? Кажется, это называется именно так, и поиск синонимов в данном случае – дело неблагодарное. Не хочу пока думать, что будет дальше, хочу думать, как прожить этот день и не сойти с ума от передозировки Филипповым.
Ни в коем случае не принижаю Стаса, с ним было хорошо в плане близости, но всегда мало.
Филу вообще пофиг, на работу завтра или нет, сколько времени и насколько мы устали. Этот парень – ходячий секс, и он меня не отпустит, пока у меня слезы от оргазмов не потекут, это я уже поняла. Кажется, Алена была права, и засранцы, особенно молодые, в постели просто крышесносны.
И крышу у меня уже точно снесло от этого парня.
После выходных начинается странная неделя. Фил почти не работает в автосервисе, может, пару раз всего. Зато каждый день у него дурацкие ночные смены в «Престиже», и видеться на этой неделе – тот еще квест. После не очень продолжительных внутренних бесед с самой собой я решаю отдать ему ключи от домофона и квартиры, чтобы мог приезжать хотя бы ночью. Да, в четыре часа, а что делать? Я не хочу и не могу целую неделю провести без него! В итоге мои ночи теперь разбиваются на две части: в первой я засыпаю одна, а потом, когда сквозь сон слышу появление Лёши, меня обнимают, целуют, сон смешивается с явью, и эта половина ночи проходит значительно лучше. А утром меня будят так горячо, что как-то раз даже самой после этого на перекур захотелось.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И да, в этом Аленка была права, – утренний секс все решает. Правда, если у подруги от этого просыпается производительность, я, наоборот, ничего делать не могу, только сидеть с глупым видом и улыбаться монитору, на котором открыты совершенно не интересующие меня документы.
Алена спрашивает, как дела, а я даже не знаю, что именно ей ответить. Все вроде бы и отлично, хотя такой график сна я долго не выдержу. Лёша говорит, что пока так надо, чтобы он освободил все выходные на работе, но для чего – не колется, я так и живу в догадках.
Этот разорванный ночной сон перекрывается шикарным утром, и в пятницу перед работой я особенно радуюсь предстоящим выходным. Особенно с тем учетом, что наши большие боссы ничего не планируют, а значит, никаких выездов с прессой не будет. Дел у меня хватает, но меня очень удивляет и подбешивает, что за весь день Фил не написал ни одного сообщения. Я понимаю, что чинить машины и писать статьи – совсем не одно и то же, но Фил сам приучил меня к тому, что без переписок с ним день невозможен. Когда я пью второй за день кофе, потому что мозг уже плывет, а работать еще надо, мне вдруг приходит сообщение от него.
Фил: «Заеду в начале седьмого, выходи на парковку».
Это не может не радовать, правда, он не говорит, куда поедем. Но главное же, что увидимся? Последний час рабочей пятницы пролетает для меня намного легче, наверное, мысли имеют свойство окрылять.
Вылетаю из дверей здания, на этот раз совершенно не задерживаясь (чтобы, не дай Бог, Стасу не приспичило набухаться и заявиться ко мне еще раз), ныряю в тень парка, мчу через него к парковке и почти сразу вижу машину Филиппова. Кивнув кому-то из знакомых, кто уезжает домой, сажусь к Филу на пассажирское и тянусь за поцелуем.
И когда мне стало так глубоко пофиг на общественное мнение? Ведь раньше тревожилась бы, что они все скажут? Я только-только рассталась с одним мужчиной, при том каким известным в городе и конкретно в Правительстве, а уже целуюсь, не сильно прячась по углам, с другим.
- Привет, а куда мы едем? – спрашиваю, убирая сумку на заднее сиденье, чтобы не мешала.
- На море, – совершенно буднично выдает Фил, заводя машину и трогаясь с места.
- В каком смысле на море?
- В прямом, Алехина. Забыла, где мы живем? Напомнить?
- Но ведь ты не предупреждал.
- Сюрприз, – он пожимает плечами и улыбается.
- Да у меня купальника с собой нет!
- Искупаешься голышом.
- У меня даже сменного белья нет!
- Так, все, не кипишуй. Сейчас заедем к тебе, быстренько соберешь вещи, только самое нужное, прошу, а не весь свой шкаф. Заедем куда-нибудь взять еды с собой, а то жрать хочу, умираю, и поедем к морю на все выходные.
- А куда?
- К моим. Я ведь говорил? Пора показать тебе домик бабушки.
- Леш, ну ты бы хоть предупредил как-то.
- Зачем? Чтобы ты отказалась? С тобой только так и можно, Тань. Поставил перед фактом и всё.
- Спасибо за честность, очень приятно.
- Ну реально же так, – он бросает на меня быстрый взгляд, а потом так же быстро отворачивается. – Если я бы сказал тебе, ты отказалась бы по-любому, разве я не прав? Предложила поехать просто на море, снять отель, все такое.
- Разве так не лучше?
- Блин, ну чем? Тебя не задолбали люди на работе? А там чисто глушь. Домики у моря, беседки, клумбы. Есть общий пляж, куда весь поселок ходит, а есть дикий, я его в детстве разведал.
- И мы, конечно, пойдем на дикий? – можно даже не спрашивать, ответ уже понятен.
- Само собой.
За этими разговорами как-то незаметно пролетает время, и вот уже Филиппов тормозит у моего дома.
- Даю пять минут на сборы, – максимально серьезным тоном заявляет он. – Иначе плавать будешь голышом, отвечаю.
