Он шагнул к ней, но Фэллон положил ладонь ему на грудь и остановил. Лукан оттолкнул руку брата, но тот схватил его.
— Лукан, — прорычал Фэллон.
Он резко повернул голову.
— Я нужен ей.
— А тебе надо сначала услышать, что произошло.
Он застыл на месте.
— Она что, ранена?
Фэллон покачал головой:
— Нет, к счастью, невредима.
— Если ты сейчас же не скажешь мне, что с ней случилось, я повыдергиваю тебе руки и ноги. — Лукан удерживал свой гнев на тоненькой ниточке. Что-то произошло с Карой, и, видит Бог, он узнает правду.
— Ну по крайней мере мы знаем, как заставить его проявить эмоции, — сказал Куин, подходя. — Я Куин, — представился он Гэлену. — А тот, что сверлит Лукана свирепым взглядом, — Фэллон.
— А я Гэлен Шоу. Рад, что наконец нашел всех вас.
Лукан понимал, что должен был представить братьев Гэлену, но все его мысли были заняты Карой.
— Фэллон.
Фэллон кивнул.
— Она пропалывала сорняки, когда я пошел сказать ей, что ты отправился за Гэленом.
— Растение было зеленым, — пробормотала Кара.
Лукан перевел взгляд на нее. Она поставила локти на стол и держала руки ладонями к себе, снова и снова проводя большими пальцами по подушечкам остальных.
Куин шагнул к Лукану.
— Кара рассердилась, что мы отпустили тебя одного. Сказала, что нам надо держаться вместе, что разделяться для нас небезопасно.
— Она права, — вставил Гэлен.
Лукан бросил на Гэлена мрачный взгляд.
— Что было дальше?
Фэллон пожал плечами.
— Она вскрикнула. Когда мы подбежали посмотреть, что стряслось, то увидели, что растение, вокруг которого она пропалывала сорняки, скрючилось и почернело.
Лукан растерялся.
— Я не понимаю.
— А по-моему, все понятно, — сказал Гэлен. — Я предупреждал тебя, что она друид. Просто пока еще не знает, как управлять своей магией.
— Ты можешь ей помочь?
— Могу попробовать.
Они вчетвером прошли к столу. Гэлен сел напротив Кары, а Лукан опустился на лавку с ней рядом. И потянулся к ее руке. К счастью, она позволила ему взять ее за руку, но продолжала потрясенно смотреть на другую.
— Привет, Кара, — сказал Гэлен.
Она слабо улыбнулась ему:
— Я рада, что Лукан нашел тебя.
— Ты ведь понимаешь, что произошло в саду, не так ли?
Она часто-часто заморгала, но слезинка все равно скатилась по щеке. Лукан привлек ее к себе и вдохнул запах вереска и земли.
— Я убила растение. — Она говорила так тихо, что Лукан едва расслышал.
Гэлен кивнул.
— Ты друид.
— Объясни, — коротко бросил Лукан.
— Друиды — дети земли, которые имеют магическую связь с природой. Наслаждаться ощущением земли на своих пальцах, наблюдать, как растут растения и даже помогать им расти — это у друидов наследственное. Многие маи ходят босиком, чтобы быть ближе к земле.
Кара положила свободную руку ладонью на стол. Тепло Лукана помогло остановить водоворот мыслей. Теперь, слушая Гэлена, она начинала понимать.
— Маи получают свою магию из земли, — сказала она.
Гэлен кивнул.
— Также, как драу получают свою магию из преисподней и от крови других друидов.
— Означает ли это, что я способна не только убить растение, но и оживить его?
— Ты была сердита и при этом дотрагивалась до растения. Трава забрала на себя твой гнев и оттого завяла.
Кара прикрыла глаза.
— Как это возможно? Друиды, Воители, вирраны и драу? Всего несколько дней назад ничего этого не было и в помине.
Лукан сжал ее руку. Она заглянула в его сине-зеленые глаза и выдавила улыбку. Это так странно и непривычно — обнаружить, что мужчина стал тебе близок и дорог за такое короткое время, но нельзя отрицать, что Лукан действует на нее так же успокаивающе, как и земля в руках.
— Не уходи больше, не попрощавшись.
Он кивнул:
— Даю тебе слово.
Она повернулась к Гэлену:
— И что теперь? Я ничего не ведаю о том, что значит быть друидом.
— Я расскажу тебе все, что знаю, — пообещал Гэлен.
Куин оперся ладонями о стол, скривив губы в презрительной ухмылке.
— И откуда же тебе так много известно о друидах?
Гэлен перевел глаза на Куина и не отвел взгляд.
— Мне известно так много, потому что я сидел в узилище Дейрдры с одним из них. Она пытала его каждый день. Когда его приносили назад в темницу, он сходил с ума от боли. Чтобы не лишиться разума и хоть немного притупить боль, он говорил со мной.
От истории, рассказанной Гэленом, Каре сделалось нехорошо.
— А чего хотела от него Дейрдре?
— А чего она хочет от всех нас? — Гэлен покачал головой. — Как я уже вам говорил, маи знают заклинание, которое может связать злых духов, живущих в нас. Дейрдре нужно это заклинание, и ей нужно удостовериться, что никто из маи не помешает ее планам.
— Зачем ей это? — спросил Фэллон. Он стоял у другого конца стола, скрестив руки на груди. — Она знает, как отпускать духов, разве этого не достаточно?
Гэлен пожал плечами:
— Черт ее знает.
— Разве что это не она отпустила духов. А кто-то другой.
Куин фыркнул.
— Поверь мне, Кара. Нашего духа отпустила она. Я был там и испытал это на себе.
Она повернулась к Лукану:
— А что, если все-таки не она, по крайней мере не полностью? Что, если она только разбудила их? Разве не ты рассказывал мне, что Воители переставали быть людьми и превращались в чудовищ?
Лукан кивнул.
— В них не оставалось ничего человеческого. После ухода римлян они уже не могли отличить своих от врагов.
Кара покусывала губы, глядя на мужчин.
— Мне кажется, я знаю, зачем Дейрдре нужно заклинание.
— Зачем? — нетерпеливо спросил Фэллон.
— Когда злых духов только поселили в мужчин, драу отдали им приказ прогнать римлян с наших земель. Но когда римляне ушли, эти Воители обратили всю ярость на своих сородичей.
— Вот-вот, — согласился Гэлен. — Они убивали всех подряд. Не могли перестать драться, даже если бы захотели.
Она сжала большую руку Лукана, в которой он держал ее ладонь.
— Дейрдре — драу, а это значит, она знает, как вызывать заклинания. Однако я догадываюсь, и драу, и маи решили, как только им удалось привязать злых духов, что будет лучше навсегда избавиться от заклинаний.
Не успела она закончить, а Куин уже качал головой.
— Не думаю. Друиды поняли бы, что обладают властью в любое время использовать очень мощное оружие.
— Так почему же они его не использовали? — возразила она. — Когда пришли саксонцы, почему они не призвали Воителей? Думаю, друиды ужаснулись того, что сделали, испугались так сильно, что больше не захотели прибегать к подобному средству.
— Даже драу? — вопросил Гэлен. — Драу мало чем испугаешь.
Кара взглянула на Лукана и увидела, что он хмурится, слушая ее. Фэллон постукивал пальцем по столу, опустив глаза. У нее не было фактов, подтверждающих то, что она сказала. Но она чувствовала, что права.
— Думаю, — продолжала Кара, — что Дейрдре, сама будучи драу и очень сильной в черной магии, нашла способ выпустить духов, но не отпустить полностью. Если бы она освободила злых духов так, как это сделали древние друиды, никто из вас не сидел бы здесь сегодня.
Лукан с шумом выдохнул.
— Черт побери, думаю, она права. Во всех преданиях, которые я слышал о Воителях, говорится о том, какими они были неуправляемыми. А я могу управлять своим духом.
— Не могу поверить, — сказал Гэлен. Его голубые глаза сделались круглыми, а выражение лица удивленным. — А я все никак не мог взять в толк, зачем Дейрдре нужно заклинание, чтобы связать нас, когда она знает, как выпустить духа.
Куин опустился на лавку рядом с Гэленом.
— Разрази меня гром.
— Теперь я понимаю, почему она не спешит с нападением, — подал голос Фэллон, заходив взад-вперед перед столом. — Я-то думая, что на этот раз она хочет быть уверенной, что поймает нас.
— Она хочет быть уверенной, что поймает Кару из-за «Поцелуя демона», но еще и потому, что Кара может знать, как связать наших духов, — высказал предположение Лукан.
