Гагарин говорил правду: он искренне радовался успеху друга и гордился, что «лунатик» Шонин перешел на «новую технику».
2 января.Участвовал в лыжном кроссе. Десять километров прошел с отличным результатом.
— В рекордсмены готовишься? — спросил командир соседней авиационной эскадрильи.
— Как учили, товарищ майор: бегать так бегать.
С этого дня Юрий возобновил регулярные занятия лыжами. И не напрасно. Спорт займет в будущей системе подготовки космонавтов весьма значительное место.
3 января.Адъютант эскадрильи просил подумать об очередном отпуске, нужно составлять график отпусков.
Какой график? Ведь он далеко не всегда учитывается. В отпуск надо ходить поэскадрильно! Эта идея будет позже поддержана, решением командующего внедрена, но Гагарин уже будет жить по другому графику.
4 января.После полетов в гости пришел Шонин. «Прибежал погреться у семейного очага. Не прогоните?» — жалобно попросил он.
— Не прогоним. — Валя гостеприимно показала на стол. — На Украине говорят: сидайтэ!
— А у нас в Одессе… — Шонин с торопливой поспешностью перешел на причерноморский жаргон.
— Знаем, как у вас в Одессе.
— Чтобы знать — надо побывать. Летом увезу вас в Одессу, отогрею на золотых пляжах Аркадии. Я к тебе по делу, — признался Георгий. — Хочу позаниматься, жаль время попусту тратить, но не знаю, с чего начать?
Юрий задумался. А разве он знает, с чего начать?
— Я сейчас читаю Эйнштейна, должен тебе сказать… — Юрий Алексеевич засмеялся, — да что тебе говорить, ты и так знаешь… Гениален старик.
— Читал, знаю, — Шонин, как говорят, был в теме. — Очень мне понравилась оценка научных достижений Альберта Эйнштейна, которую высказал Бернард Шоу.
— Нас в мире мало, — повторил Гагарин слова великого английского писателя, — а вас еще меньше. Вас только восемь: Пифагор, Птоломей, Аристотель, Коперник, Галилей, Кеплер, Ньютон, Эйнштейн.
5 января.Начались теоретические собеседования в вечернем университете марксизма-ленинизма. Пригодились тщательно написанные конспекты работ Маркса, Энгельса, Ленина. Большое внимание обращалось на военный аспект теории, на проблемы защиты социалистического Отечества. Тогда, готовясь к очередному занятию, Юрий Алексеевич еще не знал, что ему на нем присутствовать уже не придется.
9 января.Началась пурга. Программа воскресного дня из-за метели и сильного ветра была нарушена.
Лене уже девять месяцев, ома ходит, кое-что выговаривает и, как казалось папе, прекрасно его понимает. Юрий читал ей сказки. К удовольствию родителей, она молчала, была занята, на языке родителей, — увлечена, не плакала.
10 января.Пришли некоторые уточнения отдельных положений в НПП. Начальник штаба распорядился проработать их со всеми летчиками и инженерами авиационных эскадрилий. Конечно, жизнь не стоит на месте, стремительно изменяется авиационная техника, изменяются и организационные формы и структуры. Наставление по производству полетов документ стабильный, свод мудрых советов практиков, но ведь клан практиков все время пополняется.
11 января.Полеты прекращены из-за метеоусловий: вихревая поземка, тяжелые облака низко нависли над аэродромом. Даже мастера и те не решались летать, хотя смельчаки были. В ожидании погоды вспоминали разные случаи. Неожиданную словоохотливость проявил Юрий Гагарин. Он был неистощим на прибаутки.
— Ну, ты выдаешь, Гагарин, — сказал кто-то из летчиков.
— Ну, а как же, готовился. Лучшая самоподготовка — в Заполярье, — шутливо парировал Юрий.
Истинная веселость его объяснялась другим: сегодня Алене исполнилось десять месяцев.
14 января.Пришло распоряжение из штаба авиации флота: командировать старшего лейтенанта Юрия Алексеевича Гагарина в Москву. Зачем и на сколько дней не сообщалось. Размышлений было много. Юрия поздравляли, ему завидовали, сожалели.
Предполагая, что отсутствовать придется долго, Юрий сделал дома запас дров, продуктов. Валя молча собрала мужа в дорогу.
20 января.Началось многонедельное «заточение» в военном госпитале. Медики, психологи, баллистики, авиаторы настойчиво искали формулу: человек — космос.
«Для полета в космос, — писал Юрий Алексеевич Гагарин, — искали горячие сердца, быстрый ум, крепкие нервы, несгибаемую волю, стойкость духа, бодрость, жизнерадостность».
Обеспечить безопасность полета человека стало основным требованием к созданию космического корабля. Ученые искали, экспериментировали, пробовали. Известный советский военачальник Герой Советского Союза Николай Петрович Каманин, возглавивший подготовку космонавтов, писал: «Космонавт — это человек, деятельность которого в процессе полета протекает в необычных условиях, оказывающих на его организм сильные нагрузки, нередко близкие к предельно переносимым».
22 января.Первые процедуры, проверки, анализы. Они проводились по особой, экспериментальной схеме, не имевшей ранее аналогов. Обобщенный опыт отбора и тренировки космонавтов очень скоро станет ценнейшим научным материалом.
23 января.В воскресенье процедур, анализов нет. Психологами предусмотрены подобные «окна», способствующие внутреннему расслаблению людей, дающие возможность им осмотреться, обменяться мнениями. Были массовые эксперименты, а были уникальные, в единственном варианте, требовавшие огромного напряжения человеческих сил. В такие дни отдыха летчики облачались в валенки, драповые пальто, серые офицерские шапки и отправлялись гулять. Свирепствовал ветер, снег засыпал расчищенные дорожки, сугробы, подобно барханам в пустыне, перемещались по парку, а авиаторы, привыкшие к аэродромным сквознякам, совершали круги, за которые их не наказывали, как на полетах.
У многих появилась неутомимая жажда к откровенности, объяснению своей жизни, своих поступков. Старший лейтенант Гагарин, не имея на то никаких полномочий, званий, силою пока неведомых обстоятельств, оказался в центре внимания. Он подбадривал, помогал, ходатайствовал, советовал, и эти люди, собранные со всей нашей страны, избравшие своей профессией опасный и изнурительный труд военного летчика, потянулись к нему.
Именно тогда Алексей Леонов, которого Юрий Гагарин попеременно называл Блондин, Кучерявый, Карандаш, Художник, рассказал Юрию о себе.
— Рисовать стал, когда еще не умел писать, не знал азбуки. Так что рабочий стаж мой исчисляется десятилетиями, — шутливо сказал он.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
