Это уже через два дня, а у них пока на дурковедов ничего нет. И какие же после этого из них следователи? Да никакие!
Грустные мысли роились в склоненных к земле головах. Скоро уже стемнеет, а преступник, интересующий группу курсантов, до сих пор промышлял только днем. Значит, после заката они при всем желании его не поймают.
От сознания безысходности никто из товарищей даже не подумал о том, чтобы рассредоточиться, на манер незнакомых друг другу автономных граждан, чего они придерживались всю последнюю неделю. Ребята, выйдя из двора, в котором находилось так называемое модельное агентство, так и держались вместе, прокладывая путь к школе.
– А я сегодня ни одной бутылки не собрал, – попробовал завести разговор Пешкодралов, но ему никто не ответил, и парень замолчал.
Шли молча, не глядя друг на друга, потому что знали, что встретят во взгляде каждого из них пустоту и отчаяние. Дело медленно, но верно проваливалось, переходя в разряд нераскрываемых.
Курсанты свернули на Пролетарскую. Здесь они два дня подряд старались выследить коварного преступника. Вон, справа, да и слева немного, измученный Утконесовыми асфальт на пешеходной части. И сейчас через образовавшиеся рытвины спортивно прыгают многочисленные прохожие.
Некоторые из них оступаются, поражая остальных богатством и многообразием российской лексики. Ребята без вдохновения посмотрели на развороченный тротуар и пошли вдоль дороги.
Мимо проносились машины. Иномарки выкатывали из-за спины с порядочной скоростью и исчезали где-то у горизонта во мгновение ока. Старенькие отечественные автомобили не спеша и степенно проползали мимо, словно попутно любуясь красотами вечереющего города, без суеты притормаживали на перекрестках, а потом долго и со знанием дела заводились. Размереннее их преодолевал расстояние разве что одинокий велосипедист, меланхолично покручивавший педали. Он с трудом обогнал пятерых курсантов и потом долго еще маячил впереди, прежде чем скрыться за поворотом.
Леха подотстал немного от остальных, по привычке высматривая под ногами пустые бутылки и жестяные пивные банки. Если какая-нибудь из них находилась близко, парень подбирал ее и складывал в неизменную свою сумку, рассуждая, что запасливость никогда вредной еще не была.
– А где это наш Пешкодралов? – первым заметил отсутствие Лехи Кулапудов и, приостановившись, оглянулся назад.
Пешкодралов в это время как раз ошивался у скамейки, подбирая два неплохих экземпляра из зеленого и коричневого стекла.
Братья тоже притормозили подождать. Только Санек, погруженный в мысли о количестве извращенцев и нетрадиционно ориентированных людей на душу населения, продолжал идти дальше, не замечая внезапного одиночества.
Он не заметил также, как за спиной особенно свирепо взревел мотор, скрипнули на повороте тормоза и черный мотоцикл с лысым наездником-рокером пронесся мимо, обдав Дирола попутным ветром. Плечо резко дернулось, и Зубоскалин, отшатнувшись, прошел несколько шагов, чтобы не упасть.
Курсант обомлел, догадываясь, что секунду назад произошло. С него сорвали сумочку! Какой-то недоросток байкер в черных очках и уделанный блестящими заклепками только что сорвал с него сумку! Дирол оторопел.
– Караул! – завопил он что есть мочи, привлекая в первую очередь внимание своих однокурсников. – У меня украли сумку!
Пара мгновений – и ребята уже были возле него.
– Кто? Где? Когда? – лихорадочно спрашивал Кулапудов.
– Байкер. Вон он! – Санек пальцем указал вслед удаляющемуся мотоциклу.
Медлить нельзя было. Венька пулей выскочил на дорогу, перерезав путь серебристой «Ауди». Тормоза противно заскрипели. Не дожидаясь, пока водитель опомнится, Кулапудов, открыл переднюю дверцу, попутно доставая из кармана красную корочку студенческого.
– Милиция, – махнув ею перед носом шофера, выкрикнул парень.
– Следуйте за этим мотоциклом.
– Вай, ради дорогих органов хоть за реактивным самолетом, – сказал сидящий за рулем гость из солнечного Кавказа, заводя машину.
Остальные курсанты тоже не теряли времени даром. Утконесовы, просекая уловку командира всей операции, вытащили из-за пазухи прихваченные ради такого случая удостоверения студентов и присмотрели для себя два неплохих мотоцикла, стоявших на обочине неподалеку.
– Милиция, – так же коротко поставили они перед фактом молодых парней, стоявших рядом. – Нам потребуются ваши мотоциклы для задержания особо важного преступника. Найти вы их сможете завтра в участке, в котором они зарегистрированы.
Выдав всю эту информацию, братья оседлали железных коней и рванули вослед серебристой «Ауди». Только тинейджеры их и видели.
Самая большая жертва всего маскарада, Дирол, единственный из всей компании сообразил, что дело приняло такой оборот, когда не мешало бы поставить в известность настоящих ментов, а не только их, студентов.
Он пошарил глазами по видимой части улицы, однако, как назло, стражей порядка поблизости не наблюдалось. Хотя нет.
Санек обратил внимание на дорогу, по которой степенной рысью продвигался представитель нового для города, но очень перспективного отделения конной милиции. Зубоскалин в три прыжка очутился возле апатичной лошадиной морды, а в двух словах успел рассказать суть возникшей проблемы.
– Этого так оставлять нельзя, – сдвинув брови, рассудил лейтенант конной милиции и предложил Саньку запрыгивать на круп сзади.
Оставшись один, Леха растерянно огляделся. Неподалеку стояли зеленые «Жигули», водитель которых, попыхивая сигаретой, читал газету. Помня действия всех своих однокурсников, Пешкодралов, задрав полинялый, с многочисленными дырками свитер, полез в карман мешковатых штанов, выуживая оттуда свой студенческий.
– Это, из милиции я, – несколько по-домашнему сказал курсант, честно показывая все, что написано внутри и сверху корочек.
Водитель лениво оторвал взгляд от статьи и презрительно смерил глазами чудаковатого бомжа, решившего покататься на автомобиле.
– У кого стащил? – напрямую спросил мужик.
– Это мои, честно, – обиделся Леха, – вот, и на фотографию посмотрите, если не верите.
– Да пошел ты... – Шофер поднял стекло, отгородившись от бомжа, и продолжил свое ознакомление с последними новостями города.
Пешкодралов рассердился, но сумел сдержать себя, дабы не уронить честь будущего мундира. Он огляделся, ища еще одного наездника, чтобы с ветерком поскакать на выручку друзьям под руководством опытного милиционера.
Но таких больше на центральной улице Зюзюкинска не наблюдалось. Растерянно остановившись и разведя руками, Леха крикнул сам себе:
– А напрямки! – и рванул наперерез.
* * *
«Погоня. Какая детективная история без погони», – вспоминал бессмертную фразу из фильма «Берегись автомобиля» Кулапудов, напряженно всматриваясь в лобовое стекло автомобиля, который нес его по вечереющему городу. Черный мотоцикл маячил впереди, то появляясь в поле зрения, то исчезая за плетущимися машинами.
Венька раздувал в азарте ноздри, нюхом чувствуя этот пьянящий запах преследования. Как хищник, загоняющий свою жертву по бескрайним равнинам прерий или другой какой дикой природы, Вениамин ощущал аромат опасности, наслаждался им, жил этим сильным чувством.
– Быстрее, быстрее, – подгонял он нерасторопного водителя, готового вот-вот упустить ускользающую жертву.
– Вай, дарагой, куда так спешить? Ты молодой, я – молодой.
Все еще впереди. Зачем спешишь?
– Мы преследуем особо опасного преступника, – с раздражением объяснил сквозь зубы Кулапудов. – Он коварен и может быть вооружен.
Грузин сокрушенно поцокал языком.
– Тем более куда торопиться. Нада ехать тихо-тихо. Или лучше свернуть.
– Свернуть?! – взревел Венька. – А ну, нажми на газ, или стрелять буду.
– Чем? – полюбопытствовал грузин.
Курсант осекся, зачем-то пошарил по карманам.
– Зачем такой нервный? – философски-спокойно рассуждал водитель. – Сейчас потихоньку, не спеша догоним.
– Не спеша? – не понял Венька.
– Дворами.
Парень чувствовал какой-то подвох в словах шофера. Настораживало безразличие мужчины. К тому же грузин замурлыкал неспешную песню под нос и притормозил, собираясь завернуть в узенький проулок. Ну уж дудки! Венька этого не позволит.
– Правильно он говорил: все вы, хачики, о своей шкуре лишь печетесь, – соврал Кулапудов.
– Кто говорил?
– Да тот, на мотоцикле. Так и сказал, «хачики». И еще придурками вас назвал.
– Этот? – взревел грузин.
– Конечно, этот. Кто ж еще?
Водитель с маху переключил на четвертую скорость. Машину дернуло.
– Зачем такой неваспитанный, а? Правду говоришь, поучить надо.
Сейчас быстро-быстро догоним опасный преступник. Только шапку держи, чтоб не улетела.
Венька машинально положил руку на ушанку дворника, однако потом вспомнил, что окна в машине закрыты.
