пределы норм добропорядочного поведения любого мирянина, остальные представляют собой шаг к нормам поведения монаха. Каждая из заповедей носит строгий ограничительный характер. Более того, запреты налагались на то, что чаще всего очень трудно контролировать. Выполнение системы данных заповедей ставит жизнь человека в достаточно узкие рамки, ограничивает естественные (биологические) потребности и страсти. Конечной же задачей всех этих ограничительных установок является уничтожение в человеке эгоизма.
Буддизм приобрел чрезвычайно широкое распространение в IV–III столетиях до н. э. и в итоге стал государственной религией Индии на многие века. Сегодня буддизм распространён в странах Южной, Юго-Восточной, Центральной Азии и Дальнего Востока и насчитывает около 800 млн последователей.
§ 14. Локаята (чарвака)
Хотя наслаждение и связано со страданием, все же оно представляет собой единственно возможное благо.
Чарваки
Локаята (с санскрита – то, что распространено в народе) (или чарвака), в отличие от всех рассмотренных выше, является материалистической и атеистической школой. Легендарными основателями ее были Брихаспати, Дхишан и Чарвака, современник Курукшетрской битвы (3102 г. до н. э.). В более поздний период, в VII столетии до н. э. систематизатором локаяты стал Уддалаки; вслед за ним, в VI–V вв. до н. э. учение чарваков развивали Касса-па, Аджиа Кесакамбали, Пакудха Каччаяна. Завершение оформления локаяты даршаны в III–IV вв. н. э. связывают с именем врача, поэта и философа Ватсьяяну.
Слово «чарвака» стало синонимом слова «материалист». Для обозначения материализма употребляют также слово «локаята-мата», то есть точка зрения обычных людей. Соответственно материалист называется также «локаятика».
Изучение ее наследие крайне затруднено в связи с отсутствием каких бы то ни было письменных источников этой даршаны. Вероятно, большинство из них были уничтожены как сектантские и оппозиционные представителями официальной брахманистской линии, поскольку чарваки впервые разоблачили все религиозные установления Вед и объяснили их исключительно с точки зрения материальной выгоды брахманов. Поэтому «Бхагавал-гита» прямо приписывает учение чарваков демонам, асурам.
«Не существует ни неба, ни окончательного освобождения, ни какой-либо души в ином мире. Ни деятельность четырех каст, ни деятельность группы людей не дают реальных результатов… все, что установлено брахманами, является ни чем иным, как только способом добывания средств к жизни» (Радхакришнан. Т. 1. С. 237).
Корни учения локаятиков лежат глубоко в индской (доведи-ческой) культуре, а может быть и ранее, и носят стихийно-материалистический характер, отражая нормы жизни родового общества.
Чарваки настаивают, что восприятие является единственным источником познания. И если так, то не заставляет ли это поверить, что в нас есть некая нематериальная субстанция, обладающая свойством сознания, – субстанция, которая называется душой или духом (атма)?
Чарваки допускают, что существование сознания доказывается восприятием. Но они отрицают, что сознание является свойством некоей невоспринимаемой, нематериальной, духовной сущности, так как сознание – это нечто воспринимаемое в воспринимающем живом теле, состоящем из материальных элементов; оно должно быть признано свойством самого этого тела. То, что люди называют душой, на самом деле есть не что иное, как обладающее сознанием живое тело (чайтанья-вишишта деха эва атма). Нематериальную душу воспринимать невозможно, и, напротив, мы имеем прямое доказательство идентичности себя с телом в нашей повседневной практике и в суждениях типа:
«Я толстый», «Я хромой», «Я слепой». Если бы я как личность отличался от тела, эти суждения были бы бессмысленными.
Но может возникнуть возражение: мы не воспринимаем сознания ни в одном из четырех материальных элементов. Каким же образом оно становится свойством их продукта – тела? В ответ на это чарваки указывают, что свойства, первоначально не существовавшие в какой-либо из составных частей, могут появиться впоследствии, при их объединении. Так, если жевать бетель, известь и орех одновременно, они приобретают красноватый цвет, первоначально отсутствовавший в каждом из них. Более того, даже в одной и той же вещи под влиянием различных условий могут появиться качества, первоначально в ней отсутствовавшие. Например, обычно меласса (гуда) не опьяняет, но при брожении она приобретает способность опьянять. Подобно этому можно предположить, что и материальные элементы, скомбинированные особым образом, вызывают появление живого тела, наделенного сознанием. Сознание представляет собой эпифеномен, то есть побочный продукт материи; нет никаких доказательств существования сознания независимо от тела.
Но если существование души вне тела недоказуемо, то нельзя доказать и ее бессмертие. Наоборот, смерть тела означает и смерть индивида. Поэтому все, что касается предыдущей и последующей жизни, нового рождения, испытания последствий своих поступков на небесах или в аду, – становится бессмысленным.
Чарваки утверждают, что сознание является продуктом материальных элементов. Но мы никогда и нигде не воспринимаем порождения сознания не обладающими сознанием материальными элементами. Чарваки считают восприятие единственно достоверным источником познания. Как же они могут верить в то, чего восприятие не в состоянии показать? Если бы умозаключение и признавалось чарваками достоверным источником познания, то это также не могло бы служить доказательством того, что сознание – продукт материи, материального тела. Ибо если бы тело являлось причиной сознания, то сознание не покидало бы тела, покуда оно существует, и следовательно, отсутствие сознания во сне, обмороке или в мертвом теле было бы невозможно. Кроме того, мы видим, что между телом и сознанием нет отношений сопутствующих изменений, развитие и старение тела не обязательно вызывают соответствующие изменения в сознании. Таким образом, нет причинной связи между материей и сознанием; ее нельзя доказать даже при помощи умозаключения. Чарваки могли бы возразить, что отнюдь не всякий вид материи порождает сознание, но лишь материя, образующая живое тело. В ответ на это джайнисты указывают, что сама материя без некоторого организатора не может образовать живое тело и что таким организатором является душа. Суждения вроде «я толстый», «я худой», на которых чарваки пытаются доказать идентичность души и тела, должны пониматься в переносном смысле, а не буквально. Душа иногда обращается с телом, как сама с собой, потому что она, в конечном счете, имеет с ним общие интересы. Далее, если бы душа была абсолютно нереальна, то отрицательное суждение «в теле нет души» было бы совершенно непонятным. Отрицание чего-либо в каком-либо месте подразумевает вместе с тем знание о его существовании в другом месте и в другой форме. Достаточно сказать, что фраза «я не существую» также абсурдна, как и фраза «моя мать бесплодна» или «солнце, дающее свет, не существует».
Все этические проблемы: каково высшее назначение человека? К чему должен стремиться человек в своем поведении? Какова норма морального поведения? чарваки рассматривают в соответствии со своими метафизическими взглядами.
Некоторые индийские философы, как, например, представители школы миманса, считают, что высшим назначением человека является рай (сварга), состояние ничем неомраченного блаженства, которого можно достигнуть при условии исполнения предписанных ведами обрядов. Чарваки отвергают эту точку зрения, потому что она базируется на недоказанном предположении о существовании жизни
