я об этом уже не помнила. Осталось просто приятное послевкусие.
– Вставай, спящая красавица! Нас ждут великие дела, – зашел ко мне в комнату Морозов уже одетый.
– Спящую красавицу будили поцелуем, – сказала я, а потом уже поняла, что именно произнесла.
"Пусть я еще сплю, и мне все снится"– подумалось мне.
Я зажмурила глаза, но когда открыла их, то ничего не изменилось. Я сказала это на полном серьёзе. Интересно, что ответит Морозов?
Роман
Вчерашний сумасшедший день завершился сумасшедшим вечером и бурными снами. Думал – не проснусь! За предыдущий день вымотался так, что ноги были ужасно ватными и не хотели двигаться. Конечно, сегодня позволил себе немного отдохнуть, но не так, чтобы проснуться далеко за обед. В девять часов пересилив лень, сполз с кровати и уставился на свое отражение.
– Улыбка до ушей, – констатировал, потирая бороду и усмехаясь.
Что мы вчера вытворяли, никому рассказывать нельзя! Но такой вид отдыха мне зашел! Оказывается, и в моем возрасте можно дурачиться, при этом обходясь без пьяной головы и путающихся мыслей.
Первым же делом отправился в душ, надеясь на то, что он меня если не взбодрит, то хоть разбудит. Увы, задумка моя провалилась моментально. Значит, пробуем второй вариант – кофе. За ним следом пойдут энергетики, если так и буду клевать носом.
Выйдя из душа, быстро обтерся полотенцем и позвонил на ресепшен, заказывая завтрак в номер. Сил моих не хватит спуститься на первый этаж, так что можно позавтракать и здесь.
Сегодня у нас что? Танцы! Поэтому часов до двух можно побыть с Никой один на один, пока участницы конкурса готовятся. Потом, собственно – сам конкурс, который я смотреть не хочу. Но… надо. А после банкета в честь конкурсанток, я стащу Веронику в зал, чтобы она станцевала для меня! М? План, на мой взгляд, – чудесный!
Завтрак принесли через полчаса, за это время я успел созвониться с Сергеем, который кричал в трубку о том, какую работу я выполнил накануне и как помог команде.
– Не дури, – попросил, – я не сделал и сотой части от того, что выполнили вы.
–А командный дух поднять? – не унимался друг.
– Это уже, можно сказать, в моих интересах. Так что работайте, занимайтесь. Я отключаюсь. Сегодня и завтра меня точно не трогать, только по особо важным делам.
– Так точно! – рассмеялся Сергей.
– И, кстати, – вспомнил, – нашли?
Даже не нужно добавлять кого.
– Нашли, – вздохнул мой заместитель, бессменный юрист и просто хороший человек, – только там такая цепочка попалась, что Щербаков не может найти себе угол на седьмом небе от счастья.
– Тогда держи меня в курсе всех событий! – попросил, все же отключаясь.
В это болото, где кишат предатели, я окунусь немного позже. Сейчас одеваемся, пытаемся разбудить Нику, и завтракать!
Мой план сорвался на втором этапе. Во-первых, девушка долго не хотела просыпаться. Во-вторых, она сказала то, о чем я уже добрых семь минут думал. В-третьих, передо мной стоял непростой, но очень соблазнительный выбор.
– Я тебя, красавица моя уже не спящая, поцелую. Вот только не уверен, что мы успеем к завтраку, да и к обеду тоже…
Ника подняла голову над подушкой сразу же, потом ею же в меня запустила, когда стал к ней подкрадываться, расстегивая пуговицы на рубашке.
Ох уж этот румянец, говорящий сам за себя. Но ведь не я предложил, так? Я лишь рассказал о последствиях, которые обязательно будут. И, судя по реакции, кто-то к ним даже готов, просто трусит. Ничего-ничего, дожму попозже. У нас еще столько впереди интересного!
– Все-все! – поднял руки вверх. – Жду тебя в гостиной. И не задерживайся, а то соблазн велик!
Смеясь, вышел в гостиную и только там глубоко вздохнул и максимально медленно выдохнул. Спокойно, Роман, спокойно. Да, у нас был изумительный шанс сделать то, что сниться в последние ночи. Но Ника не просто девочка из клуба, она совершенно не достойна такого обращения. За ней надо ухаживать, дарить подарки и цветы. Даже не так, за ней хочется ухаживать, как за любимой женщиной. Так что всему свое время…
Девушка мимо меня проскользнула в ванную комнату, злорадно хихикая над тем, что я стою в гостиной, оперевшись на стену.
– Ну все! – произнес, – берегись!
– Ой! – пискнула Ника, ускоряя забег, да только я был быстрее.
В ванную мы завалились вместе, причем кто-то уже сидел у меня на руках.
– Ну, и над чем мы так посмеивались? – строго спросил, смотря в глаза, внутри которых было все, начиная от страха, заканчивая жаждой.
– Не важно, – Вероника удобнее обхватила меня за шею и совсем тихо повторила, – не важно…
А вот дальше было действительно все неважно! В одну кучу полетели рубашка, брюки, тонкая сорочка Ники. К черту были посланы те, кому мы помешали утром. Устоять перед таким соблазном не было сил!
Не думал, что не только меня одного так повело! Ника была тем еще вулканом, а ведь такая спокойная и собранная девушка, а вот внутри!
– Морозов! – осекла меня Вероника, – без последствий!
– Солнцева, вот умеешь ты испортить всю картину! – почти обиженно засопел, прекрасно понимая, о каких “последствиях” идет речь. – Может, я на тебе жениться хочу?
– Что-то не очень уверенно ты говоришь, – поддела меня девушка.
– А вот это ты зря усомнилась во мне, очень зря!
И после этой словесной перепалки уже было не до разговоров.
Завтрак начался намного позднее, но был вкуснее! Зверский аппетит был не только у меня, но и у Вероники.
– Не хочешь мороженного? – спросил, отодвигая пустую тарелку, – на набережной, недалеко от гостиницы, есть кафе.
– Тогда почему мы еще не там? – у кого-то игривое настроение, которое бурлило и во мне.
– Собираемся, – констатировал, – и выдвигаемся.
Тут Вероника покраснела до кончиков волос и покосилась в сторону стены напротив. Сначала не понял, что ее так проняло, а потом широко улыбнулся.
– Они сделают вид, что ничего не слышали! – сказал намеренно громко.
– Мы глухие, – послышался слаженный ответ из-за стены.
Тут и я, и Вероника громко рассмеялись, так же как и парни из моего сопровождения, которым теперь придется весь день делать вид, что они не понимают, что за звуки доносились из моего номера.
Но собираться мы все равно ушли.
Пока Ника одевалась и красилась, постучал в соседний номер, чтобы предупредить, куда пойду. Так эти клоуны стали показывать мне большие пальцы, даже глаза возвел к потолку, но улыбка расплылась по лицу сама собой.
– И нам ничего не чуждо, – все же упрекнул тех, кто стыда и не испытывал, – мы на набережную.
