— Сомневаюсь, что в этом контракте предусмотрены форс-мажорные обстоятельства!
Сашка в очередной раз промолчал, задрав голову к серому небу и разглядывая голые черные ветви деревьев. Он мог сказать, что поступил так исключительно потому, что внезапно почувствовал — это правильный шаг. Может быть, даже единственно верный. И что не он был вынужден пойти на эту сделку — у Джокера самого не было другого выхода. Но Машу подобное объяснение не устроит, поэтому он молчал.
Еще Сашка молчал оттого, что у него из головы не выходила фраза: «Это ее разработка от начала до конца». Что хотел сказать этим Джокер? Что Лилия сама вызвалась? Почему? И кем был тогда для нее Сашка? Джокер ведь не рассматривал его как врага, за исключением того краткого мгновения на башне. Он просто разыгрывал какую-то партию.
Сашка чуть не споткнулся, пораженный неожиданной мыслью, и стремительно повернулся к Маше, дернув раздраженно головой из-за прохожего, который решил пройти между ними.
— Мы с тобой оба законченные идиоты! — выпалил он. — Джокер заморочил нас, увел от главного вопроса, который буквально висел в воздухе: а что бы стал делать мужик на башне после того, как нас спас?
В ожидании ответа он уставился на Машу.
— Ты не дал мне это спросить, — скривилась она, поправив рюкзак, сбитый на сторону толстяком, нырнувшим мимо них в двери аптеки. — Я только открыла рот, как ты перебил. Хотя вообще это моя вина, сама вспоминала и тут же забывала, больно ответы были животрепещущие. Ох и змей! — улыбнулась она. — Ну, мастер!
— Кто? — удивился Сашка.
— Да Джокер этот, — сказала Маша и восхищенно повела головой. — Он ведь не дал нам почти ничего, зато полностью выполнил свою программу!
Лавируя между прохожими, они достигли перекрестка и, замерев перед светофором, Маша пояснила:
— Во-первых, он установил контакт на будущее, чтобы не тратить потом время на наши испуги — мало ли в каком цейтноте окажется при следующем появлении. Во-вторых, заполучил палочку Артиста, которую я сама как последняя идиотка отдала — надеялась, он тут же смоется. Ага, как же! В-третьих, заключил с тобой сделку и, в четвертых, забрал цепочку. И всё это он проделал за минимум времени. А что получили мы?
Зажегся зеленый. Вместе с остальными пешеходами они поспешили на противоположную сторону проспекта, стремясь обогнать основной поток. Народ валил стеной, возвращаясь с работы, по этой причине ребята и предпочитали пользоваться тропинкой. Но сегодня они пошли по длинному пути, так как их любимая дорога раскисла от талого снега.
На другой стороне проспекта людей было меньше. И всё-таки кто-то постоянно норовил проскочить между ними, так что Маша в конце концов не выдержала и взяла Сашку под руку.
— Так вот, ничего существенного мы не получили! — возбужденно проговорила она. — И за что Хавелок убил Артиста, не знаем до сих пор. Раньше-то мы думали, что это сделал Джокер, но, как я поняла, он сам в этом деле ни ухом, ни рылом.
Маша замолчала, пока они переходили перекресток рядом с магазином, где было особенно много людей. А когда они повернули на улочку, что вела к их домам, сказала:
— Еще один интересный вопрос — как оказались связаны твоя тетя и железная книга — я даже задать не успела, потому что Джокер именно в этот момент пустился исследовать глубины твоей психики. А затем и моей, — поморщилась она, припомнив его отповедь. — И самое главное, кто и с какой целью спас нас на башне, что мы были обязаны спросить, осталось без ответа. Так что олухи мы царя небесного с тобой!
— Подожди, подожди! — прервал ее Сашка. — Давай по порядку. Технически говоря, он ведь нас спас, тот мужик на башне. Именно от Джокера и спас.
Маша сказала насмешливо:
— Это и так понятно, оттого всё только загадочней! Я просто уверена, что до момента, пока ты не выстрелил тогда из Арпониса, самый последний раз, всё шло более-менее по плану. А вот этот выстрел сразу изменил ситуацию.
Она рассеянно улыбнулась, глядя в сторону новостройки, что стояла незаселенной рядом с Сашкиным домом, так как в ней до сих пор продолжались отделочные работы.
— Не-ет, — протянула Маша значительно, — поверь мне, такие господа встречаются не каждый день! Опиши хоть, как он выглядел, — попросила она.
Сашка, как смог, описал ей внешность Джокера. Маша усмехнулась:
— Говоришь, волосы схвачены в конский хвост? Надо же! Надо посоветовать Андрею, ему пойдет. Как и Виктору, кстати. А лицо такое острое, дерзкое… неприятное, да? — спросила она. — Словно он издевается втихую над тобой?
Сашка кивнул.
— Да? — обрадовалась Маша. — Ага, угадала! А плащик на нем был? Тот самый, черный.
Сашка, который заранее знал, какая будет реакция, спросил:
— А ты сама-то как думаешь?
Сегодняшний облик Джокера поразил его в самое сердце. Старая Сашкина идея, будто все фэнтези просто не имеют ничего общего с реальностью, получила подтверждение. Двадцать первый век на дворе, а люди в книгах до сих пор расхаживают в ботфортах и размахивают мечами, думал он, и это уже не лезет ни в какие ворота.
Солдаты в замке, правда, тоже были с мечами, хоть и без ботфорт, но Сашка носом чуял, что этому есть какое-то объяснение. Он просто не верил, что тот мир целиком сошел со страниц фэнтези хотя бы потому, что освещение в тоннеле, ведущем в Хранилище, имело оттенок, который дают лампы дневного света. И никаких факелов на стенах в замке тоже не было.
— Думаю, был, — сказала Маша неуверенно, бросив взгляд на хитрую Сашкину физиономию. Он покачал головой:
— Ты ошибаешься. В костюме он был, самом обычном. Неплохо сшитом, кстати, сидел он на нем как влитой.
Маша выдернула руку и заступила Сашке дорогу.
— Да ты что? Быть не может! — бурно замотала она головой. — Это же означает…
— А на ногах у него были кожаные туфельки. На вид дорогие, — довольно ухмыляясь, тем же тоном продолжил Сашка. — Такие, у которых подошва из прессованной кожи. Часов вот не заметил, это да.
— С ума сойти! — отвернувшись, прошептала Маша, невидяще уставясь на подъезд Сашкиного дома, от которого они были уже недалеко. Меж бровей ее пролегла глубокая складка. — Что ж, теперь у меня не осталось никаких сомнений!
— Сомнений в чем? — спросил удивленный Сашка.
— В том, что Джокер может затеряться здесь, и его никто никогда не распознает, — очнувшись, сказала Маша. Глядя на подъездную дверь исподлобья, она добавила: — А наш главный вопрос надо поручить задать Андрею, пусть он спросит по-родственному. Глядишь, его не станут водить за нос, как нас!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
