сеть? Да видела.
– Нормальному человеку, такие мысли в голову не приходят.
– Артур – гений, – сказала доктор Авдеева. – Что касается фильма – то он и вправду слишком резкий и откровенный, и еще в нем есть намек на правду, на слишком страшную правду. Не удивительно, что его везде пытаются запретить. Но это не повод вешать на него клеймо психопата.
– Еще он купил билет на концерт Рианны.
– Это здесь причем?
– Дело в дате.
Надя включила свой ноутбук, следователь ей не мешал.
– Боже!? Зачем он туда идет?
– Может он купил этот билет, просто чтобы нас позлить. Он знает, что за ним следят. А может… Кстати а что вы сами будете делать в этот день?
– Планировала уехать на выходные подальше от цивилизации. У моих родителей есть домик в деревне.
– Хорошая мысль здравомыслящего человека.
– Вы сказали, что скажете мне правду, ну так говорите!
– Если бы Артур Тедер был бы хоть в чем-то замешан, мы бы выяснили это.
– Так в чем проблема? – спросила Надя.
– Я считаю, но даже мое начальство не верит в это, что Артура Тедера убили пять лет назад в Харькове.
– Бред! А кто тогда…, – она побледнела, но сразу взяла себя в руки. – Это невозможно, он прошел все проверки. Будь с ним хоть малейшее отклонение, мы бы его выявили.
– Трудно увидеть воронку от ядерного взрыва, находясь в ее центре.
Надя молчала.
– Он знал систему лучше вас самих. Вы искали мелкие изъяны, устраняли их и радовались, что пациент идет на поправку. Он заставил вас сочувствовать ему, может даже полюбить. И вы до сих пор…
– Единственное теоретическое объяснение, как такое возможно провернуть – это дисациативное расстройство идентичности. Но…
Андрей Сергеевич внимательно слушал.
– Он бы выдал себя, обязательно! Невозможно контролировать это в принципе, тем более на протяжении больше чем полгода.
– А если возможно? Как в книге «Ложная слепота»?
– Не читала. Какой это жанр?
– Фантастика.
– Если одно из его альтер эго, способно контролировать все остальные, как Профессор Билли Миллигана, только это должен быть полный контроль, и решать, кого пускать за руль. То это, теоретически, делает его сверх человеком.
– Почему?
– Он ведь смог бы программировать их, на что угодно: взлом компьютерных систем, любая наука, языки, творчество. Он бы смог за полгода достичь высот в любом деле, на которые обычному человеку не хватило бы и всей жизни.
– Звучит фантастически, даже я с этим согласен.
– Не важно. На сегодняшний день – это невозможно.
– Если об этом пишут в книгах, – возразил Андрей Сергеевич. – То скоро это станет реальностью, или уже стало. Как его поймать? Заставить сделать ошибку?
– Если целая группа специалистов не смогла ничего сделать…
– Вы же не знали, что искать!
– Как давно за ним начали следить!?
– Полторы недели.
– А до этого? Больше четырех лет, он мог творить все что угодно, учитывая все его возможности. Но мы же говорим, теоретически, верно?
Андрей Сергеевич лишь слегка дернул плечами.
– Какая у него может быть цель?
– У него нет и не может быть никакой цели.
– Пять лет назад он сказал мне…
– У психопата не может быть цели. Если вам и кажется что она есть, то лишь маскирует… Стоп! Он!? Вам!? Сказал!?
– Маскирует что!?
– Боже! С кем я вообще разговариваю!?
– И все же!
– Желание убивать! – ответила доктор. – Теперь я вас вспомнила. Должна сказать у вас железная воля к жизни!
– А вы сможете с этим жить, если окажется, что я все-таки прав!?
– У вас паранойя, и мания величая.
– Очень на это надеюсь.
– Мне действительно пора. Аудиенция закончена.
Следователь ушел, немного прихрамывая на правую ногу.
«Может зря я с ним так. Он ведь…» Ее мысли переключились на Артура.
«Мне следует связаться с ним. Хотя даже если я решусь, как я теперь это сделаю он ведь знаменитость» – она почувствовала, что те чувства, хотя они провели вместе лишь один вечер, и одну ночь, до сих пор остались в ней.
«– А вы сможете с этим жить, если окажется, что я все-таки прав!?»
– Нет!!! Это не может быть правдой!. Или может!?
Она вспомнила ту ночь. Это была лучшая ночь в ее жизни. Тогда, затраханная до полубессознательного состояния, она просто хотела, чтобы это продолжалась. Она была недотраханной сучкой, которой наконец-то достался настоящий мужик. Но мог ли это все еще быть Артур, тот милый мальчик в которого она влюбилась?
– От кого уже это скрывать?
«– Или же это его альтер эго, по очереди имели меня во все дыры, а я только скулила от восторга!?» – ее затошнило, она и не заметила, как ногтями проколола себе ладони до крови.
– Бред. Бред и…
– Доктор Авдеева, – раздался голос ее секретарши из телефона. – У вас встреча через четыре минуты.
– Да помню я! Сейчас иду. – Она заклеила пластырем левую ладонь, привела себя в порядок. Почти успокоилась.
Гораздо ведь проще поверить в бедного мальчика, которому ты вернула вкус к жизни, чем в дьявола, который поимел тебя, а ты даже и не заметила этого. Вернее заметила, но не тем местом.
***
– Господин Тедер. К вам посетитель.
– Не вовремя.
– Он утверждает, что это по поводу вашего сына.
– Черт. Пусть заходит.
– Добрый вечер, я Майоров Андрей Сергеевич, ФСБ.
– Что с Артуром!?
– С вашим сыном все в порядке. Это рядовая проверка. Мы опрашиваем родственников всех жертв теракта 2017 года в Харькове, в связи с…
– Всех!?
– Тех, кто на данный момент находиться на территории РФ.
– Зачем?
– Вы должны быть в курсе, что тот, кто устроил взрывы в Харькове, снова дал о себе знать?
– Знаю. И как это связано с моим сыном?
– Мы должны убедиться…
– Считаете что у моего сына стокгольмский синдром?
– Никто этого не утверждает.
– Тогда спрашивайте, то зачем пришли.
– Хорошо, – Андрей Сергеевич на секунду задумался.
«– Как намекнуть отцу, что его сына убили 5 лет назад, а его место занял его же убийца?»
– Меня интересуют первые полгода после теракта. Может, вы вспомните любые странности в его поведении. Любая мелочь может помочь…
– Прошло почти пять лет, за ним тогда наблюдала целая группа специалистов, и еще он пережил массовое убийство, знаете ли. В его поведении был вагон и маленькая тележка странностей.
– Например?
– Артур никогда не был особо общительным, первые месяцы после Харькова, из него односложные предложения было сложно вытащить. А затем за него взялась эта медичка. Никогда даже и близко не видел, чтобы люди менялись так быстро. Не знаю, что она с ним делала. Лучше спросите у
