— Ты долго мне это будешь вспоминать? — незамедлительно парировала валькирия. — Можно подумать, что у тебя «запары» не случалось и ты никогда ничего не забывал. Забыл Красный Переулок, где ты продажным бабам своим спьяну всю казну отрядную оставил? Забыл?
— Да сколько там той казны было…
— Ну вы нашли время! — сломав печать, постарался как можно чётче произнести, — Белый. Человек. Асассин.
— Прикольно, — протянула Чакра после моего перевоплощения. — Ну хоть нормальный цвет кожи теперь.
— А мне больше тот нравился, — внезапно подала голос Лиэль, до этого только отстранённо наблюдавшая за всем этим безобразием.
Гном хмыкнул, но комментировать никак не стал, и под пристальным взглядом блондинки отдал ей последний рулончик пергамента.
Когда мигнула последняя вспышка, наш отряд полностью перевоплотился. Как оказалось, расу сменил только я. Остальные ограничились именами. Забавно, что в моём отрядном чате все отображались так, будто никакого перевоплощения не было.
— И напоследок запомни, — Поляна давала мне последние наставления. — Не вздумай ни одному гному показывать своё оружие. Даже случайно. Вообще, советую забыть, как оно призывается.
— А оружие здесь при чём?
— Чёрный мифрил считается про́клятым материалом. Любой, кто даже прикоснулся к нему, подлежит смерти.
— Жесть какая-то.
— Эй!
— Главное — хорошо уясни, что я сказала.
— Вы меня слышите? — Димон перегнулся, привлекая к себе внимание. — Мы, кажется, ускоряемся.
И верно, вагонетка всё больше тряслась, набирая разгон. Что-то мне это не нравится.
— Ох ты ж, — вырвалось у меня, когда окружающие декорации резко изменились.
Луч фонаря, постепенно набирая амплитуду и выписывая круги с зигзагами, высветил огромную пещеру, по центру которой и проходила наша линия рельс. Глаз отметил огромные кучи битого камня, разбросанные шпалы, вагонетки и, кажется, несколько чёрных провалов других пещер.
— Что делать? — похоже, Димон на грани истерики. — Мы же сейчас разобьёмся к херам!
Вдалеке показались слабые огоньки, вдруг начавшие мельтешить, как светлячки.
Наш небольшой состав нёсся на всех парах к какой-то одной, только ему ведомой, цели. На мгновение мне стало казаться, что мы все прилагаем усилия, стараясь не сорваться со спины взбесившегося дракона, отчаянно мчавшегося по тёмным туннелям.
Димон, не выдержав этого ужаса, уже перебрался из первой вагонетки к нам. И вовремя, поскольку стоило ему оказаться с нами, последовал страшный удар, оторвавший нас от сидений.
Ход времени будто замедлился, а дальнейшие события рассыпались слайдами и фрагментами.
Вот первый вагон несущегося состава врезается в брошенную на рельсах вагонетку. От удара наш «дракон» начал складываться гармошкой, немного замедлившись, но отнюдь не прекращая движения, с деформированным до неузнаваемости вагоном в авангарде, который так вовремя успел покинуть Димон.
В уши ворвался скрежет сминаемого металла, надсадный гул состава и чьи-то крики.
По левому боку нашего вагона медленно проскрежетала непонятная груда металла.
Ещё удар! Чей-то мат!
Рядом диким хором орали девушки и, кажется, даже Димон. От удара меня мотнуло, и я приложился лбом и плечом в спинку переднего сидения, буквально выворотив последнюю из пола вагона, заработав себе разноцветных искр и прикушенный язык.
Глаза на доли секунды полоснуло несколькими яркими лучами, а наш состав начал заваливаться набок, породив более высокую тональность крика. Кто-то судорожно в меня вцепился и сжал в объятиях, не прекращая орать.
Скрежет. Искры.
От последующего удара меня просто выбросило из вагона, и я почувствовал, что лечу. То, что меня обняло, летело со мной, поскольку рук так и не расцепило, продолжая фальцетом лишать меня слуха.
Под гул голосов, криков, отборного мата и визга, я врезался во что-то твёрдое, отбив бок, и покатился вниз, окончательно теряя ориентацию в пространстве.
— Кто вы такие, демоны вас дери? — спустя некоторое время, меня довольно больно пнули по ноге.
Кряхтя, я попытался подняться. Удалось это только со второго раза. Болело буквально всё, но правый бок — больше всего.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Заглянув в характеристики, констатировал: страдать мне ещё три часа, так как, мало того, что мне выбило половину «хитов», так ещё и повис «дебаф» «Сломанные рёбра».
Седой гном с покрасневшим лицом размахивал руками, в одной из которых была зажата кирка.
— Вы посмотрите, что вы натворили! — гном буквально брызгал слюной от злости. — Вагонетка теперь только на металлолом годиться! Чуть полсмены на Нижний план не отправили, придурки! Какого демона, я вас спрашиваю?
— Уважаемый, — в гневную тираду, каким-то образом сумела вклиниться Поляна, чтобы попытаться всё спокойно объяснить. — Нас отправил этим путём Пакел, — вытащив из кармана продолговатый кожаный лоскут на тонком ремешке с выдавленными в нём знаками, она протянула его гному.
— Да в задницу ему это засуньте! — кирка, о которой он забыл, продолжала выписывать «восьмёрки». — Вы мне весь проходческий план демонам под хвост пустили! Какого хрена, я вас спрашиваю!?Вы, когда снова встретите этого седого тифлинга, который таким идиотам доверяет управление «Подземным Драконом», обрадуйте, что с этого момента наши услуги обойдутся на четверть дороже. За опасные условия труда!
— Хорошо, хорошо, — Поляна была само миролюбие. — Скажите, у вас пострадавшие есть?
— Конечно, есть! У нас есть поломанная вагонетка, вывернутые рельсы, будто по ним проползла задница пьяного огра, рассыпанная гора породы и пять тупых кретинов, которые угробили дорогущего «Дракона», — гном и не думал сбавлять оборотов. — Вы хоть знаете, сколько это стоит? Полторы тысячи золотом только за работу уплачено! Да Грон бороду свою сожрёт, если узнает, что его полугодовой труд, просто в щепу разнесли. А материал? А доставка? Ай, — посмотрев на наши лица, он махнул рукой, а я едва успел отшатнуться, чтобы не поймать кирку в висок, — кому я это говорю!
— Шесть, — раздался слабый голос из-за кучи породы.
— Что шесть?
— Шесть, как ты изволил выразиться, кретинов, — буркнул Утрамбовщик, съехав с насыпи.
Глянув в меню отряда, я успокоился. Никто на «респаун» не улетел, все в относительном в порядке. Почти у всех травмы средней тяжести, типа ушибов, а Лиэль вообще не пострадала.
Не хватало нам ещё сейчас разделяться, теряя и так маленькую команду. Вон, вампира уже потеряли неизвестно где. Как вышел, так и пропал с «конями». Нужно будет спросить, выходил он на связь или нет.
— А я что тебе говорила? — ухмыльнулась стоявшая рядом Чакра.
— Ты о чём?
— Я же говорила, что мы отсюда улетим на драконе. Ошиблась только, что Наказующие будут ручкой махать вослед, но кто знает, может и махали?
— Да ну тебя, — я сосредоточился на седом гноме, который продолжал «косплеить» ветряную мельницу со звуком.
— Да хоть шесть, хоть даже «хирд», молот Двалина вам в задницу с проворотом! Какого хрена вы не затормозили? Вы же видели, что внизу работает смена! А если бы зашибли кого? Совсем головы на плечах нет?
— Что ты сказал? — взвился Димон. — Затормозили? Да у этой повозки, которую проектировали криворукие дебилы, даже тормоза не предусмотрено!
— Чего? — гном подскочил к моему другу. — Дебилы криворукие? Я тебе сейчас покажу, кто из нас тут дебил!
— Ну а что вы хотели? — Димон навис над гномом, совершенно не обратив внимания на собирающихся вокруг остальных гномов. — Построить — построили это говно, а тормоз прикрутить забыли! Мастера, мать вашу, самоделкины, — он сплюнул в сторону и отошёл.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Тормоз прикрутить? Это тебе тормоз прикрутить к башке забыли, — гном сорвался с места, побежав в сторону покорёженных вагонеток, имеющих довольно плачевный вид.
С минуту там покопавшись, он с треском выдрал что-то, торжественно подняв это над головой, и направился в нашу сторону.
— А вот это что? — Димону почти под нос был направлен непонятный рычаг, буквально с корнем вырванный из недр вагонетки и подозрительно напоминавший классический «ручник». — Что это, я тебя спрашиваю, дылда ты дубовая?
