то за что на мгновение зацепился мой взгляд в колодце. Увидел, конечно же мысленно, но картинка была такой точной, что я вздрогнул и едва не вскрикнул.
Услышав последнее «Аминь!», я бросился вон из церкви, делая вид, что мне «приспичело», но уже на пол пути, я взял себя в руки и пошёл размереннее. В «лаборатории» я перво-наперво запер дверь на засов и закрыл все ставни, а их было довольно таки много. Кстати, тюфяк мы перенесли сюда и спать я в основном собирался здесь. В подвале по понятным пичинам было намного прохладнее, нежели на верху.
Несколько успокоив зуд нетерпения, я приблизился к колодцу и зажёг все свечи-лампады, которые имелись в «лаборатории». Раздевшись, я залез в колодец и спустился вниз, держась и опираясь на скобы. То, что я увидел, погрузившись по шею, заставило моё сердце затрепетать. В стене колодца на глубине около полутора метров, почти у самого дна, имелся горизонтальный лаз.
Колодезная муть уже улеглась и лаз в свете множества лапад был виден великолепно. Нырнув я пытался заглянуть в него, но уже в полуметре от проёма темнота поглощала всё.
Я представил, что где-то там в лазе должна быть воздушная полость и до неё можно было как-то доплыть. По другому быть не должно — подумал я. И я могу донырнуть, ведь я хорошо и плавал, и нырял. Мне нравилось нырять и в глубину, и на расстояние. Я убеждал себя, что мне надо нырнуть и что я смогу, но так и не убедил. Было жутко страшно, и я стал дрожать. Наверное о холода, убеждал я себя, но понимал, что дрожу я от страха. Выбравшись из колодца я долго растапливал печь, найдя не потухшие угольки, а потом долго сидел, засунув руки в топку вроде как греясь.
Спустившись ещё раз и нырнув подводу я ощупал руками проём. Он был узкий, чёрт побери. Вынырнув, я понял, что не смогу в нём грести руками, как это нужно при движении под водой. Тогда как? — задал я себе вопрос. — Как двигаться? Перебирая руками по скользким брёвнам туннеля? Это не серьёзно. Люди, сделавшие лаз, не могли быть дураками. Даже я бы не сделал так. А как? Как бы ты сделал?
Я вспомнил цепь и котелок, и подумал, что я бы сделал что-то похожее. Правильно! Верёвка! Там должна быть верёвка с узлами, а в конце туннеля воздушный мешок. Или не в конце? А вдруг не в конце, а посередине, а я проплыву этот мешок и… Тогда точно конец!
Правильно! Я бы сделал выход на верх на каком нибудь пятом узле, а дальше был бы тупик. Для слишком любопытных и нежданных гостей. Таких, как я! И что делать? Верёвка, скорее всего, идёт по дну, и как мне нащупать ещё один колодец. Точно! Там должен быть колодец! Колодец в какую-то комнату. Если бы там был туннель наружу, его бы уже давно бы нашли. Или нет?
Я прикинул направление подводного туннеля. Колодец находился почти в левом ближнем углу от входа. Вдоль дальней стены шла канализационная труба. Колодец шёл тоже в этом направлении, то есть в сторону канализации. Не может быть, чтобы он как-то соприкасался с ней или проходил ниже неё. А значит? Значит туннель не такой уж и длинный.
Наружная стена, я замерял шагами, двадцать девять метров. Значит туннель может быть длинной максимум двадцать пять метров. Тоже много, но не так уж. Я задерживая дыхание проплывал в озере метров тридцать. Но это, если плыть. С верёвкой должно было быть полегче.
Хорошо… Я прошёлся над предполагаемым туннелем. Тайная комната должна быть где-то здесь… Так-так-так… И что там в этой комнате? Ладно, что там мы узнаем потом, но как там дышать?
— Ха! — воскликнул я. — Вот оно для чего это неработающее поддувало на печке! А я думал, как прикрыть! Зачем оно?
Нагнувшись я крикнул в небольшое окошко:
— Ого!
Эхо имелось.
— Ну, слава Богу! Значит где-тот тут. Всего… Раз, два, три, четыре… Пятнадцать метров.
Я был горд собой. Я расправил плечи, и оглядел «лабораторию», но никто не был свидетелем триумфа моей логики. Вздохнув, я направился к колодцу, вытащил ведро с верёвкой отвязал его и растянул по линии туннеля. Продышавшись, я задержал дыхание и пошёл, перебирая узлы и представляя, что тяну своё тело под водой. Мне даже показалось, что я почувствовал сопротивление второй стихии. Двадцать секунд, надо считать…
Окрыленный, я спустился в колодец уже накачивая лёгкие кислородом. Не погружаясь глубоко, я подышал до того момента, что у меня от переизбытка кислорода закружилась голова. Тогда я оттолкнулся от скобы и, сделав «склёпку», ушёл в воду головой вниз.
Я сразу нащупал верёвку. Она начиналась примерно в полуметре от входа. Потянув её и почувствовав натяжение я потячнул своё тело вперёд и стал считат секунды: раз, два, три, четыре… Двадцать сказал сам себе я и пощупал скользкий потолок туннеля. Хрен! Колодца нет! Сердце заколотилось как сумасшедшее, поглощая живительную смесь воздуха.
Мля! — заорал я мысленно и схватился за верёвку, снова потянул себя вперёд, но уже одной рукой, левой постоянно ощупывая потолок, умоляя всех богов на свете, чтобы рука провалилась в пустоту. Хрен! Колодца не было! Я попытался развернуться и понял, что сделать этого не смогу. Лёгкие начали конвульсивно расширяться, требуя кислорода.
Я задёргался и снова продвинулся ещё немного вперёд. Отпустив верёвку я стукнулся головой о потолок туннеля и понял что это конец. Конец, мля, туннеля! Как я развернулся в противоположную сторону и как я выбрался в свой колодец я не понимал. Перед глазами плыли радужные круги, сквозь пелену и туман виднелись язычки масляных светильников. Держась за скобы я глотал воздух, а мне казалось, что я вишу над бесконечной бездной.
Из колодца я выбрался с трудом. Мышцы ныли, суставы ломило. Добравшись до тюфяка на карачках, я упал на него лицом вниз и «отключился».
Меня разбудили крики петухов. Поднявшись и приоткрыв ставни я увидел знакомое с детства созвездие Малой Медведицы, опустившей свою морду вниз. Выше неё горели звёзды Дракона и Большой Медведицы.
— Чуть за полночь, — понял я. — Вся ночь впереди! Надейся и жди!
Тело отдохнуло и было готово к подвигам. Мне было стыдно за своё бахвальство, едва не приведшее меня к гибели.
— Ихтиандр, мать его! — сказал я, крутя головой и изумляясь своей тупости.
Ну и ладно! Зато я сейчас знал возможности своего организма и мог под водой не
