Читаем без скачивания Симбионты - Уильям Кейт

Потом они оказались в безопасности, за пределами досягаемости, направляясь в глубокий космос. По команде Хаттори корабль перешел в голубое пламя К-Т пространства. Он собирался решить вопрос, куда направиться позже.

В победившей эскадре полным ходом принимались меры по аварийному контролю, и весь персонал боролся за то, чтобы спасти поврежденные корабли. "Созвездие" приняло на себя несколько серьезных ударов, но опасность ему не угрожала. Повреждения "Доблестного" были гораздо более серьезными. Обмен ударами с "Асагири" вывел из строя его топливные баки и привел к автоматической остановке обеих плазменных станций, оставив его без энергии.

Корветы и фрегаты, расположенные на нижнем уровне иерархии межзвездных военных кораблей, первоначально задумывались как корабли эскорта или патрульные суда. Измещением от одной до пяти тонн, они оборудовались компактными плазменными станциями. Такие корабли могли добраться от одной звездной системы до другой не менее, чем за несколько десятилетий.

Когда Гегемония и Империя распространились за пределы ближайших звездных систем, они обнаружили, что маленькие корабли с массой в тысячу тонн или около того, с командой 150 человек гораздо более эффективны в патрулировании, чем легкие разрушители, самый маленький из которых был 250 метров в длину и имел массу более сорока тысяч тонн. Причиной огромных размеров был кожух квантового энергетического рубильника, необходимого как для изъятия энергии из Квантового Моря, так и для поднятия материи нормального четвертого космоса, что позволяло кораблю проскользнуть в Божественный Океан, где ориентированные джекерами маневры позволяли кораблю пронзать пространство со скоростью в четыреста раз больше скорости света. Самый маленький КЭР с генератором поля и защита, необходимая для того, чтобы держать две микрочастицы в хорошо сфокусированной гармоничной взаимонастройке и отводить каскад энергии через квантовый барьер, требовал постройки размером с небоскреб и массой в сорок тысяч тонн или больше. Ответ состоял в том, чтобы строить двигательные модули массой от сорока до пятидесяти тысяч тонн, которые заключали в себе КЭР и кожух двигателя, плазменные станции, плазменные толкатели, баки с реакционной массой достаточных размеров, чтобы питать корабль. Сравнительно маленький фрегат или корвет прикреплялся к конструкции, подобно верхней ступени одной из аляповатых, многоступенчатых ракет доплазменной эры. Используя этого "скакуна", фрегат мог перелететь через К-Т пространство к другой звезде. Оказавшись в точке назначения, он мог запарковать двигательный модуль на какой-нибудь удобной орбите и нести свою назначенную вахту налегке.

Залп "Асагири" разбил двигательный модуль "Доблестного", оставив на его месте искореженную башню, полурасплавленную и опасно радиоактивную. Команда отчаянно работала, чтобы освободить фрегат от смертельного веса "скакуна". К сожалению, в связи с отказом энергии модуля, магнитные зажимы, соединяющие корабль с двигательным модулем, заклинило в закрытом положении. "Мятежник", игнорируя опасную радиационную утечку из раскаленного каркаса "Доблестного", оказывал помощь, но было слишком рано говорить о том, сможет ли "Доблестный" освободиться из смертельных объятий.

Остальные корабли эскадры Конфедерации начали торможение.

Дэв постепенно пришел в себя после бури эмоций, захватившей его во время сражения. Боже... он шатался, или пошатнулся бы, если бы отключился от своего цефлинка и вышел из ВИРком-модуля. Он ощущал предательскую дрожь, слабость, которые заставляли его спрашивать себя, сможет ли он вообще стоять на ногах, если выйдет из подключения.

Сражение закончилось. Один из имперских крейсеров бросился прямо сквозь ряды развернувшихся кораблей Конфедерации, он ушел за пределы досягаемости и минутой позже перешел в К-Т пространство. У ШраРиша грузовики сновали, как испуганные овцы в стаде, когда на них накатили волны боевых флайеров. Большинство, видимо, смогут уйти. В лучшем случае, флайеры смогут повредить один или два, а их груз пополнит запасы экспедиции.

Дэв загрузил команду отключения, затем выполнил выход и... ничего не произошло.

Ошарашенный, Дэв посмотрел по сторонам - все та же ВИР-туальная картинка, показывающая флот Конфедерации и крохотный золотой шарик ШраРиша. Что-то произошло. Он пытался отсоединиться и не смог. Этого вообще не могло случиться. Подпитка ИИ, его собственный цефлинк и программы, управляющие симуляцией, все это было создано и сконструировано, чтобы мгновенно отсоединить его от сети в случае выхода из строя любой из систем.

Что же случилось? Он снова с осторожностью и тщательностью загрузил коды отсоединения, затем инициировал последовательность выхода. Наступил ужасающий момент пустоты...

... и тут он снова оказался в своем физическом теле, лежа внутри ВИРком-модуля. Он торопливо снял защелку, которая отключила кабели жизнеобеспечения от его костюма, и надавил на кнопку, открывшую выход. Свет хлынул в модуль, и Дэв моргнул; слезы навернулись на глаза.

"Боже мой? Что там произошло?" Он потратил минуту, чтобы запустить диагностику. Да... были загружены правильные команды. Наверное, виноват ИИ "Орла", а может, оборудование модуля? Светящееся созвездие зеленых огоньков на модульной панели говорило, что как раз здесь все в порядке. Дэв провел диагностику повторно, отслеживая бегущую на внутреннем дисплее информацию. Вот оно! Подуровень в его собственном оборудовании заблокировал последовательность команд выхода до того, как она попала в модуль. Он заставил картинку замереть и потрясенно уставился на цифры. Этого не должно было, не могло произойти. Он подсознательно остановил свои собственные коды, приказывающие ИИ "Орла" отключиться.

Наконец, он открыл глаза, отключил питание шлема, затем снял его и положил в паз. Выйдя из модуля, Дэв с трудом ощупал палубу под ногами. Он чувствовал себя... странно, как-то пусто, голова кружилась. Тошнота накатила неожиданно, и Дэва вырвало прямо на палубу, он едва не упал от внезапного приступа слабости.

Вдруг он понял, что страстно хочет забраться обратно в модуль, подключиться и снова потерять себя в сияющей пустоте пространства. Ему было больно... и он чувствовал такую слабость, что едва мог стоять.

Опираясь одной рукой на модуль, он поднял голову. Катя стояла неподалеку, глядя на него со смешанным чувством страха и озабоченности. Он вспомнил, как она пыталась прорваться к нему, вспомнил, как проигнорировал ее. Он вспомнил, что в тот момент она просто не имела для него значения.

Дэв проглотил кислый комок.

Что-то очень серьезное происходило с ним, и необходимо было выяснить, в чем дело.

Глава 18

Тогда как научные прорывы в технике связи и электронике представляли собой очевидный прогресс в технической эволюции Человека, развитие технологии цефлинка явилось скачком гораздо более значительным во всех отношениях. Тогда как более ранние шаги можно сравнить с биологической эволюцией, цефлинк сравним с одним из непредсказуемых сдвигов в направлении эволюции, таким как, к примеру, колонизация новых земель или изобретение секса. Многие сегодня воспринимают цефлинковых киборгов как новый вид существ, так же отличающихся от гомо сапиенс, как амфибия отличается от рыбы.

С орбиты ШраРиш выглядел точно таким же, каким Катя помнила его. Подобно Дэву, она в прошлый раз облетала планету по орбите на борту транспорта "Йудуки", одного из кораблей Гегемонии и Империи, посетивших систему близнецов Алия в 2541. Его маленькие океаны и обрамленные землей моря светились розовым отливом под светом Алии А, в то время как землю покрывал ковер, который казался золотым, но, если всмотреться, то можно было увидеть растительность, играющую оранжевым, коричневым, охряным, желтым, красным и фиолетовым цветами и их оттенками.

И горы. Она забыла про горы. На три миллиарда лет моложе Земли, ШраРиш был тектонически гораздо более активен, чем сравнительно спокойные пожилые миры. С орбиты самые большие хребты смотрелись складками на коже переспелого фрукта. Активные вулканы были отмечены тысячекилометровыми мачтами серо-коричневого дыма и золы, в то время как на ночном полушарии планеты извержения выглядели угрюмыми красными точками, извивавшимися в безмолвном биении и пульсации вихревых молний. Ночная сторона была оживленной из-за планетарных сияний и падений метеоров. Обладая более активным солнцем, чем Земля, покрытые тьмой полярные зоны этого мира украшались бледными колышущимися венками света, в то время как острый глаз мог даже рассмотреть постоянное мелькание и штрихи метеоров, испаряющихся при входе в атмосферу.