— Точная сумма включает в себя объём потерянного опыта всеми членами Альянса в результате нападения, а также начисление одного процента к сумме компенсации на каждый день просрочки! — проговорил Сергей Сергеевич сквозь плотно сжатые губы. — Общая сумма составляет триста пятьдесят шесть тысяч опыта, с округлением до тысячи в большую сторону.
— А не слишком ли? До тысячи и в большую сторону? — с улыбкой поинтересовался Саша.
Сергей Сергеевич в ожидании ответа мстительно уставился на Олега Петровича.
— В связи с… — проговорил посол и сбился. — Связано с тем, что пока мы шли, и шли проценты… И всё равно сумма выйдет больше, чем будет озвучено, по причине… прошедшего времени!
Нет, ну надо отдать ему должное! Смысл он донёс верно. Короче, платить мы будем вечно — и никогда не рассчитаемся за все те гадости, что подло совершили. Ну а потому: какая нам разница, в какую сторону и до скольких нулей округлять? Платите сразу миллион, а там решим — достойны вы прощения, или надо ещё один миллион…
— Нам всё-таки хотелось бы услышать точную сумму компенсации, без округления, — заметил Кирилл. — Если вы не помните сумму, то, конечно, мы готовы подождать… Но с заморозкой процентов, естественно…
Ай, да лидер! Ай, да сукин сын!.. Вот сумел поставить людей в неловкое положение — и так, будто мы и не очень виноваты. Судя по лицу Сергея Сергеевича, переводчик тоже точной суммы не помнил. Даже базовую сумму не стал запоминать, перевалив всё на своего недалёкого босса и понадеявшись на записи. Так что озвучить точную цифру он нам не мог, и теперь, получается, по вине бандитов мы и не могли её выплатить. Впрочем, я же говорил, что послу — всё божья роса? И он это снова отлично доказал:
— Основываясь на начальных расчётах… На той сумме, которую вы должны вернуть за нанесённый Альянсу убыток, — громко проговорил Олег Петрович. — И на вашем желании как можно скорее расплатиться с нами по нанесённому ущербу… И можно оплатить сумму, которую мы назвали. С последующим возвратом средств… После пересчёта и сверки оплаченного.
Хотелось зааплодировать этому титану мысли! Ведь может, когда пригорает, говорить связно и почти понятно! Может!.. Вопрос только в применяемом стимуле! Однако мне было, что подкинуть ему для дальнейшего развития мыслительных способностей:
— Само собой, возврат будет совершён с уплатой процентов по невостребованному остатку? По проценту за каждый день использования от суммы, полученной после пересчёта и сверки?
В воздухе повисла напряжённая тишина. Посол пытался понять, что именно я только что сказал, но не мог поверить, что ему сейчас это сказали. Его помощник пытался сдержаться и не улыбнуться. А три быка охраны просто ели и пили — плевать им было на все переговоры, которые тут велись…
— Прошу прощения! — не удержался я. — А как быть с возмещением потерь, полученных нами в результате подлого нападения Альянса на наш посёлок? Ведь в результате неправомерной атаки было утеряно имущество жителей посёлка, а также опыт. Конечно, неподсчитанный — но только я потерял почти двести девяносто тысяч! Ведь почти что взял уровень!..
Ой, ну чего уж там? Бандиты тоже наверняка врали на голубом глазу в своих убытках.
— Нападения, совершённые ранее, мы считаем… Что их считать не надо! — сказал как отрезал Олег Петрович. — Есть же поговорка, если что кто старое помянет! Наши отношения складывались не очень хорошо…. Но принято решение, на уровне, чтобы… Нормализовать отношения…
— Ну это вами принято решение! — резонно возразил Кирилл, невежливо оборвав поток «чрезвычайного и совсемполномочного» сознания. — А вот мы таких решений не принимали. Более того, перед обсуждением «возврата имущества и оплаты ущерба» стоило бы озаботиться заключением мирного договора. А то мы вообще уверены, что вы с нами ещё воюете!
— И мы с вами, — поддержал я лидера. — Тоже воюем.
— Рабов верните! — уже нормальным языком потребовал посол. — И этого, Финика!..
— У нас нет института рабства, — ответил Саша. — А значит, нет рабов. И вернуть мы вам ничего не можем!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
С растерянного лица посла можно было писать шедевральную картину.
— Как лицо полномочное… Должен сказать, что это решение… Которое мы считаем неверным! — наконец, выдал он.
— Да как хотите… На этом у вас всё? — спросил Кирилл со скучающим видом.
— Считаем, что вот на таком заканчивать переговоры, которые важны для сторон… Которые участвуют в переговорах…
— Слушай, Олег Петрович! — проговорил я, едва сдерживаясь от хохота. — Никому не нужны твои переговоры, если нечего обсуждать. Ты, давай… Топай к себе и переспроси там, какую сумму мы должны, а после — поговорим. А ваших рабов и имущество мы вернуть никак не можем!
— Почему?
— Потому что у нас нет никаких рабов! И вашего имущества нет!
— Во время нападения было присвоено имущество жителей нашего лагеря, — проговорил Сергей Сергеич. — Где же оно?
— Это были трофеи, взятые по результатам боя! — пояснил я ему. — А трофеи назад не отдают. Идите с миром, дорогие… Пока ещё дипломатическая неприкосновенность действует…
Первым поднялся догадливый помощник посла, а за ним посол и его охрана. Прощаться они не стали… Впрочем, я не припомню, чтобы они здоровались. Отойдя на несколько шагов, посол с помощником начали о чём-то переговариваться. Переводчик явно был недоволен и, судя по жестам, отказывался что-то сделать. И только увесистая оплеуха заставила его вернуться. Молча, с хмурым лицом, он подошёл к столу — так же молча сгрёб «расчёт» и так же молча удалился догонять своих. Посол к тому времени уже бодро шёл на восток.
— Надо за ними выслать наших разведчиков… И собираться! — кивнул я Борборычу.
— Куда это вы собрались? — приподнял бровь Кирилл.
— Так… Совершать… Подлое нападение… Отвратительное деяние… Нагло! — ответил я, пародируя посла.
— Да нет же! — вставил из-за моей спины Кот. — Наглое нападение, отвратительно, подло!
— В целях компенсации! — добавил Барэл.
— Чего? — удивился Саша.
— Того, что нам сейчас пришлось терпеть! — ответил тот и начал бессовестно ржать.
В том, что посол прямым путём потопает к ближайшему лагерю Альянса, я почти не сомневался. Спешно поднятая «гвардия», вооружившись и набив припасами пару корзин, выступила следом, стараясь не показываться бандитам на глаза. Разведчики, которым приказано было узнать, куда движется «чрезвыполномочное лицо Альянса», старательно оставляли зарубки на деревьях по пути следования. Так что найти дорогу было несложно. Один раз наш отряд даже чуть не догнал отряд посла, но мы вовремя заметили, что зарубки стали попадаться совсем свежие.
Лагерь оказался совсем близко. Я бы даже сказал — опасно близко… Бандиты устроились с юга от равнин варанов и с востока от болот. Всего в дне пути от нашего посёлка. Устроились они основательно — даже кривой и косой частокол сделали. И народу в лагере было немало… К сожалению, подсчитать сразу не удалось — как раз частокол и мешал.
Ясно было только одно — лагерь тут построили недавно. Видимо, собирались из него устраивать новые нападения на наш посёлок. На северо-восток даже утоптанная тропинка уходила! И по ней постоянно кто-то ходил… Мы как раз застали, как двое бандитов пригнали в лагерь вереницу рабов с тюками на плечах. Это был полноценный военный лагерь. И прямо у нас под боком…
Близнецы умудрились незаметно залезть на одно из деревьев, стоявшее поближе к лагерю — и вскоре вернулись с печальными известиями. Бандитов внутри было человек двести. И рабов — не меньше…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Там реально, как в муравейнике! — заявил Толстый.
— Все куда-то ползают, суетятся! — пояснил его мысль Вислый.
— Но серьёзных противников нет, — успокоил всех Толстый.
— Их обычно видно. У них шмотки понтовые, — согласился Вислый.
— Из понтовых там только лицо Альянса! — добавил Толстый.
— Никого сравнимого не увидели! — кивнул Вислый.
— Ну что, Филь? Что думаешь? — поинтересовался у меня Борборыч. — Будем рисковать или запросим подкрепление?
