Вблизи склада были возведены несколько больших шатров для военачальников и их штабов. Где-то в середине дня, выкупавшись и сменив одежду, принцесса Се'Недра отправилась в шатер для совещаний узнать, как обстоят дела.
– Они стоят на якоре приблизительно в миле вниз по реке, – докладывал Бэйрек своему двоюродному брату. – Они здесь около четырех дней. Грелдик в некотором роде ими командует.
– Грелдик? – Энхег, казалось, был поражен. – Но у него же нет никакого воинского чина.
– Зато он знает реку, – пожал плечами Бэйрек. – В течение многих лет он плавал везде, где была вода и возможность получить какую нибудь прибыль. Он сообщает мне, что с тех пор, как стали на якорь, моряки довольно крепко выпивают. Они знают, что предстоит.
– Тогда нам лучше их не разочаровывать, – усмехнулся Энхег. – Родар, сколько еще пройдет времени, пока твои техники начнут поднимать мои корабли на утесы?
– С неделю или около того, – ответил король Родар, отрываясь от своей послеобеденной закуски.
– Этого вполне достаточно, – сделал вывод король Энхег и снова повернулся к Бэйреку:
– Сообщи Грелдику, что мы начнем перетаскивать суда завтра утром: морякам хватит времени, чтобы протрезветь.
Се'Недра поняла значение слов «перетаскивать суда», только когда прибыла к реке на следующее утро и увидела, как покрытые потом чиреки вытаскивают свои корабли из воды и перетаскивают их вручную, подкладывая под них бревна. Она пришла в ужас от тех усилий, которые требовались для того, чтобы передвинуть судно хотя бы на несколько дюймов.
В этом она оказалась не одинока. Кузнец Дерник бросил потрясенный взгляд на все это и тут же пошел искать короля Энхега.
– Извините меня, ваша честь, – почтительно сказал он, – но разве лодки от этого не страдают, как, впрочем, и люди?
– Суда, – поправил его Энхег. – Они называются судами. Лодки – это нечто другое.
– Как бы вы их ни называли – разве от того, что их волокут по этим бревнам, швы у них не разойдутся?
– Они все равно дают небольшую течь, – пожав плечами, ответил Энхег. – Вдобавок это всегда делалось именно так.
Дерник быстро убедился в тщете разговоров с королем Чирека. Тогда он направился к Бэйреку, который хмуро смотрел на огромное судно, которое на веслах шло вверх по реке ему навстречу.
– На плаву оно выглядит очень внушительно, – говорил этот крупный рыжебородый человек своему другу, капитану Грелдику, – но, думаю, оно станет еще более внушительным, когда нам придется вытащить его из воды и передвигать по суше.
– Ты один из тех, кто хотел, чтобы применялись крупнейшие военные суда, – широко ухмыляясь, напомнил ему Грелдик. – Придется тебе закупить довольно много эля, чтобы команда достаточно напилась, прежде чем тащить его. Я уже не говорю о том, что капитан, по обычаю, участвует в этом наравне с остальными.
– Глупый обычай, – кисло проворчал Бэйрек.
– Я бы сказал, что тебе предстоит плохая неделя, Бэйрек. – И ухмылка Грелдика стала еще шире.
Дерник отвел в сторону двух моряков и начал с ними серьезный разговор, рисуя палкой на речном песке какие-то схемы. Чем больше он говорил, тем больший интерес они проявляли.
После этого разговора на следующий день появилась пара низко сидящих повозок, имевших с обеих сторон по дюжине колес. Под презрительные насмешки остальных чиреков два судна были аккуратно водружены на повозки и крепко к ним привязаны. Насмешки прекратились, когда команды обоих судов начали катить повозки через равнину. Хеттар, которому случилось проезжать мимо, несколько минут с озадаченным видом наблюдал за ними.
– Почему вы толкаете их руками, – спросил он, – когда имеется самый большой в мире табун лошадей?
Глаза Бэйрека широко раскрылись, а потом на его лице появилась почти благоговейная улыбка.
Насмешки сыпались градом, когда суда Бэйрека и Грелдика устанавливались на платформы с колесами, но довольно скоро сменились сердитым ворчанием, поскольку повозки, которые тянули вереницы олгарских лошадей, без всяких усилий катились к утесу, мимо людей, напрягавших все свои силы, чтобы продвинуть свои суда хотя бы на несколько дюймов. Для пущего эффекта Бэйрек и Грелдик приказали своим людям праздно развалиться на палубе судов и лениво попивать эль, играя при этом в кости.
Когда большой корабль катился мимо Энхега, тот весьма сурово посмотрел на своего дерзко ухмылявшегося кузена, и лицо короля отразило крайнюю степень негодования.
– Это заходит слишком далеко! – взорвался он, срывая корону и бросая ее на землю.
Король Родар ответил, изо всех сил сохраняя на лице строгое выражение:
– Я бы первым признал, что этот способ не столь хорош, как передвижение судов волоком, Энхег. Уверен, что имеются глубокие философские причины для всего этого напряжения, воплей и брани, но ведь так на самом деле быстрее, не будешь же ты отрицать этого? И нам придется передвигать корабли именно так.
– Но это же противоестественно, – прорычал Энхег, продолжая смотреть на два судна, которые были уже теперь в нескольких сотнях ярдов от них.
Родар пожал плечами:
– Все кажется противоестественным, когда пробуешь в первый раз.
– Я подумаю об этом, – мрачно сказал Энхег.
– Но я не стал бы думать слишком долго, – посоветовал ему Родар. – С каждой милей твоя популярность как монарха будет падать, а Бэйрек такой человек, который на всем пути к утесу будет демонстрировать твоим матросам свое хитроумное изобретение.
– Неужели он действительно будет это делать?
– Думаю, ты можешь на это рассчитывать. Король Энхег горестно вздохнул.
– Пойди приведи этого слишком умного сендарийского кузнеца, – с кислой миной приказал он одному из своих людей.
Позже в этот же день военачальники собрались для обсуждения стратегических вопросов.
– Сейчас главная проблема заключается в том, чтобы скрыть от противника нашу численность, – сказал король Родар. – Вместо того чтобы всем одновременно двигаться к утесу, а затем мельтешить у подножия, может быть, было бы лучше передвигать войска небольшими отрядами и посылать их по мере прибытия прямо в верхние форты.
– А не приведет такая постепенная переброска войск к нежелательной задержке? – спросил король Кородаллин.
– Отнюдь, – ответил Родар. – Мы сначала выдвинем твоих рыцарей и людей из клана Чо-Хэга, чтобы они начали жечь города и урожай. Тогда таллам будет не до подсчетов численности наших войск.
– А не развести ли нам ложные лагерные огни и тому подобное, чтобы казалось, что у нас больше людей? – предложил Леллдорин.
– Вся идея в том, чтобы наша армия казалась не больше, а меньше, – мягко объяснил Бренд своим низким голосом. – Мы не хотим раньше времени тревожить Тор Эргаса или Зарата, чтобы не заставлять их вводить в дело свои силы. Кампания будет легкой, если нам придется иметь дело с королем таллов Гетелем. Но, если вмешаются мерги или маллорийцы, мы будем втянуты в серьезную войну.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
