Скип давно, а ума не нажил и даже уровня особого тоже, – развёл руками Дик, говоря всё ещё сильно извиняющимся тоном, стараясь всеми силами свести конфликт к нулю или к близкому значению. Явная попытка отмазать проштрафившегося, но деликатная такая, без малейших признаков «бычки».
– Сделаю вид, что забыл, – процедил Рамс, одновременно посылая мне по чату сообщение, что да, он не имеет желания раздувать конфликт. – А за твой, Скип, косяк, с тебя должок на будущее. Признаёшь?
– Э-э… да, – получив локтем под рёбра от Дика, охнул тот. – Признаю.
– Мы проходим?
– Проходите, – поспешно согласился Дик. – Вход всегда свободен.
Никакой оплаты, ясен пень. С нас, поскольку уверен, что Дик мухлевать с отчетностью не станет и банально заставит туповатого Скипа оплатить допущенный тем косяк. Забавная мелочь, но она о многом, на самом то деле, говорит о нравах Стикса в целом и Тополей в частности. Умному достаточно, ну а дуракам и знать не положено.
Я в здании, внутри которого мы оказались, не ориентировался, зато спутник стопроцентно здесь бывал не единожды. Через довольно обычный холл к ведущей вниз лестнице, неожиданно широкой и с претензией на шик. Спуститься, двигаясь уже по вполне чёткому ориентиру – громким звукам, доносящимся от происходящего на этом, черт его побери, «Ринге».
– Здание вроде обычное. а вот подвалы… Нет, я всё понимаю насчет мощи технологий, но хочется понять – это всё тут изначально было или собственными силами уже в Стиксе строилось?
– Собственными, но большей частью не техникой. Дары, они разные бывают, – буднично так произнёс Рамс. – Тут поработало что-то вроде моего «подземного плавания». Земля расступалась, спрессовывалась, а частью выбрасывалась наружу.
– О как! Мощный Дар. Неужто часто встречающийся?
– Сколько в Стиксе Даров – может одна Система и знает. Но этот или похожие встречаются не очень редко – строительство в стабах важно. Одной строительной техники не всегда хватает, чтобы быстро и хорошо создавать защиту. Укрытия, просто что-то особенное, по спецзаказам. Мне кажется, сама Система устанавливает процентную вероятность. Телекинез или простейшие защитные поля встречаются часто, знахари реже. целители с пристами… За ними днём с огнём бегают и постоянно испытывают нехватку. Баланс!
– Извращённый, как я догадываюсь.
Тут Рамс только плечами пожал. Он вообще, насколько я подметил, относился к Системе со смесью опаски и глубокого уважения, которое, к счастью, не переросло в почитание. А то ведь и последнее у людей случалось и не столь редко, увы. Почти в каждом секторе этого негостеприимного мира существовали секты разной степени отмороженности, немалая часть которых под тем или иным соусом обожествляла… Систему. Этакий Стокгольмский синдром, как по мне, глубоко девиантная любовь жертвы к палачу, заложника к террористу, мазохиста к садисту. Моя однозначно не понимать, то есть не принимать! В теории то я всё это понимал, ибо психика человеческая под действием тяжёлого стресса и не такие кульбиты выделывать способна.
Впрочем, это всё пока не шибко важно. Сейчас мы находились на подземном уровне, а точнее в месте, где были устроены сразу несколько условных «площадок», предназначенных для парных или групповых боёв, за которыми было удобно наблюдать со стороны. Обычные, то есть по сути подобия рингов для рукопашников или бойцов на холодном оружии. Более специфические, равно как и более обширные, с искусственными препятствиями и откровенными лабиринтами – эти уже для боёв с использованием огнестрельного оружия. И две последние располагались в углублениях, дабы минимизировать риски попадания в зрителей случайных пуль.
– С размахом тут всё устроено, – констатировал я. – Только сдается, что полной загрузки ожидать не приходится. Стаб не столь большой, а размах у устроителей «Ринга» был воистину циклопический.
– На вырост всё делалось. И ты, Бес, неправ. Бывает, что все площадки заполнены. Это сейчас, после отражения приступа орды и последовавшегося загула людей не так много. Бывает больше, намного.
– Люди такие люди!
Говоря это, попутно я внимательно осматривал предстающее перед глазами зрелище. Вот на одной из площадок идёт классический такой бой двух бойцов-рукопашников. Легкие шлемы в качестве защиты, никаких перчаток, но видно, что подлинного ожесточения нет. Вот другая площадка, там всё куда более серьёзно. В руках у поединщиков холодное оружие, а именно не то длинные ножи, не то кинжалы. Защита же куда более серьёзная: металлические маски; «ошейники», защищающие уязвимую область как от режущих, так и от колющих ударов; очень своеобразные бронежилеты, прикрывающие кевларом лишь места, поражение которых влечёт за собой скорую смерть; «раковина», защищающая пах. Остальные участки тела остаются вполне себе открытыми, что и доказано делом. Один из бойцов припадает на левую ногу, оставляя за собой кровавый след. Другой и вовсе получил режущий удар ножом и зажимает рану на боку. Хм, ни разу не удивлюсь, если тут пусть не целитель, но уж знахарь точно присутствует, способный пусть не в сжатые сроки исцелить тяжелые ранения, то уж точно не дать бойцам помереть от не фатальных повреждений.
– Нашёл нужных людей или зря сюда припёрлись?
– Пришли сюда не зря, Бес. Даже если меня ввели в заблуждение, тебе полезно посмотреть на это всё. Не поедешь же в Мясорубку, где такие же «ринги», только более масштабно, пафосно, и результат кровавый.
– Побывать то можно, но потом. Когда впереди всё будет гореть, а позади разбегаться. И в Мясорубке, и в Караван-сарае, и в прочих подобных гадюшниках. Я тут хоть и недавно, но успел узнать историю всех этих и не только стабов.
– В прошлом возиться не всегда безопасно. Особенно таким… Вот они!
– Кто именно?
– Вальтер и Кроль. Удастся уговорить хотя бы одного – считай, нам повезло.
Так, будем посмотреть. Внимательно посмотреть, не упуская никаких нюансов. Рамс заранее описал в общих чертах тех, ради кого он сам сюда припёрся и меня прихватил. Вальтер и Кроль были лидерами небольших, но молодых и «голодных» групп, стремящихся вверх, но пока не имеющих для этого достаточной базы и ресурсов. Оба с завидным постоянством ввязывались в авантюры разной степени риска с переменным успехом. То кое-что приобретали, то теряли, но в целом итог был скорее положительным. Хоть и не до такой степени, чтоб о этом всерьёз заговорили. Опять-таки уровни развития соответствовали нашей группе. От 10+ до 20+, причём второе в качестве исключения, а вовсе не стандарта для участников этих двух групп.
Вот стоит Вальтер. Крепко на ногах держится, невзирая на изрядно разукрашенную физиономию и повязку на руке. Мда, если рука замотана, значит там или ножевое или серьёзный вывих. Может и перелом, хотя шину я бы и на расстоянии определил,
