Стратегиум наполнился гулом голосов. Обычно возвращение на Варсавию означало подготовку к чему-то масштабному. Это были самые приятные новости, на которые мог надеяться любой из сержантов. Взглянув на их лица и увидев энтузиазм, с которым они начали шептаться между собой, Аррун ощутил уверенность. Да, со временем старые уступят место молодым. Но Серебряные Черепа были из крепкой породы.
Они выстоят.
Глава пятая
КРИК «ВОЛКА»
Сержант Дасан из отделения «Мохав» не отличался многословностью. Как и большинство Серебряных Черепов, он вырос в племени кочевников. У многих из них были свои обряды и традиции. В племени Дасана излишние разговоры перед боем считались сродни богохульству. Поэтому он предпочитал быть серьезным и молчаливым, говоря лишь тогда, когда нужно. Так жил его народ.
Но вот болтливости сержанта Маттея с лихвой хватало на них обоих.
Они были ровесниками и прибыли в крепость-монастырь на Варсавии с промежутком в пару коротких лет. Ребята вместе тренировались, вместе сражались и одновременно получили повышение. Между ними было давнее соперничество, которое, впрочем, не переросло в озлобленность. Это был тот вид соперничества, который вышестоящее командование только поощряло. Нескончаемое желание одного превзойти другого вело к новым свершениям.
Хотя прямо сейчас Дасан с радостью вырвал бы гортань брата, если бы это помогло заткнуть бесконечный треп Маттея. Брат по любому поводу вставлял никому не нужные комментарии или делился житейской мудростью. Не в первый раз с тех пор, как он подружился с уверенным, общительным Маттеем, сержант отделения «Мохав» демонстрировал раздражение. Он даже стал подумывать о том, чтобы нарушить ритуал молчания, лишь бы сказать ему пару ласковых.
Но его опередили.
— Прекрати трепать своим бескостным языком, брат-сержант, — донесся голос Риара с другой половины «Громового ястреба». — Я хочу слышать от тебя лишь молитвы и литании.
— Да, брат-апотекарий. — Получив взбучку, Маттей погрузился в благословенное молчание. Дасан облегченно вздохнул.
Два отделения с апотекарием относительно неспешно пересекали Гильдарский Разлом. Учитывая громадное число обломков и астероидов в секторе, путь был опасным, и лишь глупец решился бы лететь здесь на скорости. Их пилот, один из сервов ордена, отлично справлялся со своей работой.
— Проведи нас вокруг корабля, — приказал Дасан, его низкий рокочущий голос наконец нарушил неловкое молчание, которое последовало за резкими словами Риара. — Так мы полнее оценим его состояние.
— Слушаюсь, лорд.
Взревев двигателями, «Громовой ястреб» ушел в сторону, начиная разворот, чтобы облететь нос раненого корабля. Правый борт «Волка Фенриса» оказался, если это вообще возможно, в еще худшем состоянии, нежели левый.
— Повреждения от абордажных торпед, — определил Маттей, всматриваясь в крошечный иллюминатор над своим креслом. — Видите вмятины на борту? Явно по ним вели огонь. Может, рейдеры?
— Наши кузены — грозные воины, — ответил Дасан. — Они не могли погибнуть от рук врага, особенно каких-то рейдеров.
Маттей и Дасан обменялись взглядами, подумав об одном и том же. Обычно рейдеры атаковали небольшими группами и предпочитали транспортные суда. То, что рейдеры дерзнули напасть на ударный крейсер Адептус Астартес, казалось смешным.
— Веди нас к кормовому посадочному отсеку, Эрик. — Риар потянулся к шлему и надел его. Когда апотекарий продолжил, в его голосе больше не слышалось каких-либо эмоций или чувств: — Отделения «Кианит» и «Мохав»… как сказал капитан во время собрания, мы считаем территорию опасной, пока не получим свидетельств обратного.
Поскольку апотекарий был старшим из присутствующих офицеров, Аррун поручил командование ему. Риар чувствовал себя полностью готовым. Он проведет операцию по поиску и спасению быстро и эффективно, не нарушая приказов капитана в погоне за глупой славой. Дасан и Маттей были достаточно компетентными воинами, но им следовало довериться мудрости и опыту Риара.
На пару секунд «Громовой ястреб» наполнился слабым шипением застежек шлемов и ритмичным треском закованных в керамит рук, сжимающихся и разжимающихся, пока Серебряные Черепа проверяли работу сочленений.
— Если на борту не осталось ни одного выжившего, — Риар открыл вокс-канал с отделениями, — мы стабилизируем состояние корабля и ждем дальнейших инструкций капитана. Если наши кузены еще с нами, мы узнаем, что произошло, и либо отправляем их на «Грозное серебро», либо, если помощь им уже не понадобится, я лично передам их в руки Императора.
Он повернул скрытую за визором голову и посмотрел на ряд боевых братьев. Оба отделения были сейчас полностью укомплектованными, что само по себе было чудом. Каждый воин с гордостью носил серебристо-серые доспехи, желтые правые наплечники четвертой роты блестели в тусклом свете боевого корабля. На левых наплечниках находился символ ордена, стилизованный череп серебряного цвета. Эмблемой каждого отделения были глаза из драгоценных камней на этом черепе, которые и давали им название. Синий для отделения «Кианит», пурпурный для «Мохава».
Риар вновь взглянул на воинов. Линзы рубинового цвета скрывали мысли апотекария, и он продолжил:
— Судя по увиденному, многие отсеки корабля могут оказаться заблокированными. Пробоины в корпусе будут вызывать скачки в ваших системах жизнеобеспечения. Учитывайте предупреждения доспехов, хорошей вам охоты. И, братья мои… если хотя бы на миг у вас возникнут подозрения, что на борту варповская скверна, неважно, насколько незначительная, мы уничтожаем все, что сможем найти. Если по какой-то причине мы останемся в меньшинстве или окажемся более слабыми, тогда — только тогда — мы покидаем «Волк Фенриса» и отдаем приказ о его уничтожении.
Воины согласно кивнули. Серебристо-стальные руки сомкнулись на рукоятях болтеров, отсек боевого корабля наполнился тихим бормотанием, когда боевые братья начали читать личные литании, нередко на своих племенных диалектах. Подобная память о жизни до становления Адептус Астартес только приветствовалась. Серебряные Черепа гордились своим происхождением, и те, кто происходил из родного мира ордена, неукоснительно придерживались его традиций и ритуалов.
— Захожу на посадку, мой лорд, — объявил Эрик.
Риар кивнул и погрузился в собственные искренние молитвы. Если на то будет воля Бога-Императора, их кузены еще живы. Считать иначе недопустимо.
Но Риар никогда не забывал слов своего бывшего сержанта, сказанных им много лет назад.
Никогда ничего не ожидай… и ты никогда не будешь удивлен или расстроен.
Внутренняя часть «Волка Фенриса» поведала им куда больше, нежели внешняя. Стены были покрыты царапинами и вмятинами — немыми свидетелями тяжелого боя, но сказать, когда это случилось, было невозможно.
В разреженном воздухе чувствовался запах застарелой засохшей крови. Бурые пятна были на стенах, стальной палубе и бортах посадочных кораблей, которые безжизненно висели в своих грав-люльках. Гильзы болтерных снарядов ковром усеивали пол, а борт одного из «Громовых ястребов» оказался иссечен глубокими разрезами, которые, очевидно, оставил цепной меч. Из встроенных в стены ангарного отсека аварийных люмополос с тихим жужжанием лился тусклый мигающий свет. Разорванные кабели то и дело искрили.
— Думаю, мы хотя бы можем подтвердить, что здесь произошел бой, — раздался по воксу беспечный голос Маттея, но Риар решил не одергивать его. Каждый космический десантник воспринимал мрачные находки по-своему. Неуклюжая попытка пошутить вовсе не казалась неприятной — просто в этом был весь Маттей.
Дасан присел и поднял поврежденный болт-пистолет. Дуло разорвало на части, когда оружие заклинило. Тщательно его осмотрев, сержант нашел символ Фенриса. Всюду валялось оружие, там, где его оставили, — одно повреждено, другое просто брошено.
Кругом не было видно ни единого тела.
Один из воинов проверил ауспик, который он сжимал в руке.
— Системы жизнеобеспечения еще работают. Воздух условно пригоден для дыхания. Похоже, системы прошли автоматическую перенастройку. — Он покачал головой. — Без доступа к рабочему когитатору большего сказать не могу. Корабль работает от аварийного питания, сколько — неизвестно.
— Возможно, Космические Волки заманили врагов в ловушку и сбросили в космос? — Несмотря на болтливость, Маттей часто мог объяснить необъяснимое.
— Возможно. Но тогда бы оружия здесь не было, — логичный ответ Дасана положил конец этой гипотезе.
Риар окинул темно-рубиновым взглядом отсек погрузки. По сетчатке побежали руны, на полную силу заработал автофокус, подмечая ржавые потеки и разбросанное оружие. Тепловые сенсоры визора не показывали никого, кроме его боевых братьев. Апотекарий присел и, как и Дасан, подобрал брошенный болт-пистолет. Беглое обследование показало, что магазин пуст.
