широкими воротами, распахнутыми настежь. Через них я вижу помещение колоссальных размеров и выстроенные в ряд три огромных черных вертолета.
– Приехали, – бросает Купер, не оборачиваясь, надевает маску и первым покидает салон автомобиля.
Мы повторяем его действия и тянемся следом. Дожидаюсь Бриттани, военные уже уходят внутрь ангара. Капитан Купер уверенно направляется к средней машине, где собралось несколько человек в форме и похожих респираторах. Без такой защиты здесь вообще никого нет.
– Эмили, куда мы едем? – спрашивает Брит.
Даже в приглушенном из-за маски голосе я слышу нескрываемое волнение. Останавливаюсь в воротах, чтобы не пришлось разговаривать при посторонних.
– Мой дядя военный, помнишь? – мягко спрашиваю я, хотя не уверена, разберет ли она интонацию из-за проклятой штуки на лице. Дожидаюсь кивка от подруги и продолжаю. – Он приказал привезти нас в безопасное место. Там не будет всех этих ужасов.
Бриттани кивает, через широкое стекло защитных очков я вижу, как хмурятся ее брови.
– А как же мои родные? – едва различимым шепотом спрашивает она.
Родные…
Вот черт! За всеми сегодняшними событиями я совсем забыла попросить Купера съездить за мамой, а делать это сейчас нет никакого смысла. Он не повезет меня в обратном направлении через весь город, чтобы добраться до соседнего и забрать ее. Придется попросить об этом дядю. Он обязательно поможет. Заодно попрошу решить что-то с родными Бриттани.
– Дядя Майк с этим разберется, – уверенно говорю я, беру Бриттани за руку и пожимаю ладонь в знак поддержки. – Ты пробовала с ними связаться?
Она медленно кивает.
– Только с мамой. Она мне не ответила, но она вообще редко берет трубку, когда звонят с незнакомого номера, а ведь я звонила ей с чужого телефона. Я хотела написать ей, что это я, но у меня больше нет такой возможности. Я потеряла мобильный, когда… – она запинается и тяжело сглатывает. – Когда на меня напал Тревор.
Достаю свой смартфон из кармана и протягиваю ей.
– Попробуй позвонить с моего. У твоей мамы ведь сохранен мой номер?
– Д-да, – отвечает Брит, но я не слышу особой уверенности в ее голосе.
Она забирает телефон и отходит на пару шагов в сторону, но уже через несколько секунд по напряженным плечам и по тому, как учащается дыхание Бриттани, я понимаю, что ее попытка ничем не заканчивается. За первым разом следует второй, затем третий. Вижу, как Брит часто-часто моргает, едва сдерживая слезы. От этого зрелища у меня сжимается сердце.
Подруга качает головой и возвращает мне телефон. Открываю рот, собираясь сказать, что все будет в порядке, но не успеваю, меня опережает голос Купера.
– Эмили? Нам пора.
Оборачиваюсь и киваю. Бриттани в этот момент проходит мимо, направляясь в сторону вертолета. Медленно шагаю следом, борясь с неприятными ощущениями в груди.
Джексон кивком указывает на черную махину. Забираемся внутрь, рассаживаемся на неудобных сиденьях, дожидаемся, когда закроются двери и только после разрешения капитана снимаем респираторы. Кладу свой рядом с собой на свободное место, в этот момент лейтенант Бэлл дает мне наушники и протягивает точно такие же Бриттани. Молча принимаем и надеваем их. Брит тут же откидывается назад и закрывает глаза. Правильное решение, после всего пережитого ей необходим отдых. А сколько нам лететь неизвестно, ведь Купер так и не ответил на этот вопрос. Он и Хейворд садятся напротив, а Бэлл устраивается справа от Бриттани. Вскоре пилот заводит двигатель, и в машине поднимается ужасный шум. Не знаю, получится ли у меня заснуть, поэтому решаю попробовать поговорить со своим сопровождением.
Смотрю на Купера, слегка поворачиваю микрофон, чтобы поднести его поближе к губам.
– Сколько нам лететь?
Купер вздыхает, будто не хочет отвечать. Его реакция мне непонятна, ведь я все равно окажусь в точке назначения, даже если это секретный объект. Да и кому мне выдавать этот секрет?
– Четыре часа, – все же раздается в наушниках его голос.
Сколько? Черт возьми! Какая там средняя скорость вертолета? Триста? Четыреста километров в час? Джонатан как-то смотрел при мне передачу про авиацию, а я в этот момент готовилась к зачету. Судя по тому, что такие детали всплывают сейчас, готовилась я так себе. Но в данный момент это к делу не относится. Мы отдалимся на приличное расстояние от моего родного города. А это слишком далеко от мамы. И скорее всего от папы, хотя я понятия не имею, где он, но что-то мне подсказывает, что вряд ли там, куда везут меня.
– Что будет потом? – спрашиваю я, собравшись с мыслями.
Джексон пожимает плечами.
– Ты встретишься с полковником Грантом.
– А потом? – не сдаюсь я.
– Это будет решать полковник, – спокойно отвечает Купер.
По его виду понимаю, что его порядком достал этот разговор.
– Что будете делать вы?
Похоже, Купера удивляет этот вопрос, это можно прочесть по его слегка приподнятым бровям. Хейворд, сидящий рядом, точно слышит каждое слово, ведь, насколько я понимаю все из той же передачи, что смотрел Джонатан, на этих наушниках должна быть настроена одна частота. Но лейтенант не подает вида, что вообще услышал хоть один вопрос.
– У нас полно своей работы, – туманно отвечает Джексон и тут же задает встречный вопрос. – С чего такой интерес?
– Просто, – говорю я, мимолетно улыбаясь, но по его слегка прищуренным глазам понимаю, что военный мне не поверил.
Это уже его проблемы. Он не допытывается, и я решаю прервать разговор. Не буду же я сообщать ему, что, возможно, ему придется лететь еще и за моей мамой. А вообще я надеюсь, что для этой задачи дядя подберет кого-нибудь другого, а то Джексон может решить, что у него из-за меня проблемы и начать приводить свою угрозу в действие. Не то чтобы я боялась… ну ладно, может, немного. Я ведь еду в неизвестное место, где царствует военная дисциплина, к которой я совершенно не привыкла. Там эти люди как рыба в воде, а я – всего лишь гость. Не могу же я прятаться за дядей вечно.
За этими размышлениями не замечаю, как засыпаю. Сон выходит беспокойным из-за того, что мне видятся произошедшие с нами ужасы. Я вижу Тревора, он сидит прямо на полу в холле своего дома и отрывает куски от бесчувственного тела Брайана, с ног до головы покрытого кровью.
Поэтому когда кто-то легонько толкает меня в плечо, я едва не вскрикиваю. Замечаю перед собой хмурое лицо Мэйсона и тут же говорю:
– Извини. Плохой сон.
Он понимающе кивает и указывает на респиратор, все еще лежащий рядом со мной.
– Мы на месте, – сообщает лейтенант. – Собирайтесь.
