Полуэльфийка скользнула ближе, опустилась на колени за спиной Дамона, слегка обняла его за плечи и, мягко потершись носом о его шею, хитро подмигнула Ригу.
Мореход взглянул на Фиону. Та кивнула, словно говоря: «Я останусь здесь и буду следить за Мэлдредом», и вновь переключила внимание на силача, явно собираясь узнать что-нибудь еще об этой воровской шайке.
— У тебя есть ко мне вопросы, леди-рыцарь? — спросил Мэлдред. Он посмотрел на девушку почти с нежностью, его здоровая рука расслабленно покоилась на колене. — Я вижу это по твоему лицу. Ты знаешь, что у тебя красивое лицо? Самое красивое из всех, что когда-либо видели мои глаза. А они повидали многое, поверь. Но вот здесь у тебя беспокойная морщинка. — Мэлдред протянул здоровую руку и мягко коснулся лба Фионы в том месте, где между бровей наметилась задумчивая складочка. — Это все вопросы. Тебе сейчас тяжело думать. Не надо. Лучше расслабься и наслаждайся этой прекрасной ночью, тем более что наконец-то стало немного прохладнее.
Но Фиона продолжала сидеть прямо, словно аршин проглотила, всем своим видом показывая, что расслабляться не время. Она снова нервно сплела пальцы и закусила нижнюю губу.
— Мы не причиним вам вреда, — добавил Мэлдред.
— Я не боюсь вас, — заявила соламнийка, стараясь придать голосу побольше строгости. Это были первые слова, которые она сказала высокому незнакомцу.
Мэлдред удивленно поднял бровь:
— Это я вижу. — Силач продолжал говорить, и его глубокий, мелодичный голос действовал на девушку успокаивающе, почти усыпляюще. Фиона откровенно наслаждалась. Такая реакция обеспокоила ее, но совсем ненадолго. — Хотя, возможно, леди-рыцарь, ты и должна нас бояться. Все же мы — шайка головорезов, которая нагоняет страх на многих приличных людей. Однако я обещаю не поднимать оружия против тебя. Конечно, если твой друг не будет совершать опрометчивых поступков.
— Его зовут Риг.
— Да-да, Риг. Я знаю. Он эрготианец, верно? Далеко же от дома он забрался. Дамон несколько раз упоминал о нем. Все будет хорошо, если только он не полезет в драку первым. — Мэлдред коснулся переплетенных пальцев девушки и посмотрел ей в глаза завораживающим взглядом.
— Вы уже причинили вред многим, — сказала Фиона, отрицательно покачав головой, когда Мэлдред предложил ей глоток горячительного напитка из кувшина, и отбросила со лба упругий локон, мокрый от пота. — Вы убили нескольких гномов. И рыцарей. Из-за вас сгорело много зданий. — Соламнийка закрыла глаза, глубоко вздохнула и расцепила руки, словно собираясь использовать их для чего-то другого.
— Леди-рыцарь! — вновь зазвучал мелодичный, обволакивающий голос. Фиона немного расслабилась, открыла глаза и смело взглянула в лицо Мэлдреда: в нем удивительно сочетались доброта и суровость, а нос напоминал клюв ястреба. — Леди-рыцарь, я никогда не убивал никого, кто не заслуживал бы этого. Любая жизнь драгоценна. И хотя я с готовностью признаю, что я вор, но жизнь — это единственное, что я никогда не пожелаю украсть. — Мэлдред придвинулся ближе, улыбнулся, видя, что выражение лица Фионы смягчилось, и, подняв здоровую руку, снова отвел с ее лба непослушный влажный локон. — Леди-рыцарь, я не буду лгать тебе и говорить, что я честный человек. Но я лоялен. — Он махнул в сторону Дамона и Рикали. — Я буду стоять до последнего за моих друзей и мои принципы. И если понадобится — буду биться насмерть.
— Но Железный Шип… Было бы справедливо… — Фиона вдруг забыла все слова и поняла, что тонет в глазах силача. Она моргнула и опустила взгляд ниже, воззрившись на его подбородок.
Мэлдред кивнул:
— Ну да, справедливость. — И он вдруг тихо, мелодично рассмеялся. Глаза Фионы сузились, и силач тут же нахмурился, покачав головой. — Ты сильна духом. Твои волосы подобны пламени, а в глазах сияет огонь. Дух и красота… Держу пари, ты владела мечом еще до того, как надела эти доспехи. Но мне не хочется, чтобы твое прекрасное лицо омрачали беспокойные мысли, — Мэлдред пристально посмотрел на Фиону, и на этот раз она не отвела глаз. — Жизнь слишком коротка, леди-рыцарь. Думай лучше о чем-нибудь хорошем.
Соламнийка почувствовала, как кровь приливает к щекам, и мысленно выругала себя за то, что так по-дружески беседует с этим красивым вором.
— Дамон ограбил раненых рыцарей, — произнесла она твердо.
— И ты полагаешь, что его обязательно надо судить? Извини, но я не позволю этому произойти, — заметил Мэлдред. — Конечно, его бы признали виновным. И я бы потерял друга.
Фиона покачала головой, все еще глядя в глаза силача:
— Ты не понимаешь. Я здесь не поэтому.
— Ах, ну да. Ты хотела наставить старого приятеля на путь истинный. Но он давно не тот человек, которого ты знала раньше. Однако все же в нем осталось много от былого Дамона.
Мэлдред вновь предложил девушке кувшин, и на этот раз Фиона не отказывалась. Удивляясь себе, она сделала большой глоток и вернула сосуд силачу, мельком взглянув на Рига, который слушал Дамона, ловя каждое его слово. Девушка захлопала ресницами — спиртное, к которому она не была привычна, ударило в голову, и ей стало очень жарко.
Фиона, чувствуя себя странно уязвимой в компании Мэлдреда, сделала движение, чтобы присоединиться к другим, но силач положил руку на ее колено. Легкого прикосновения теплой ладони оказалось достаточно, чтобы удержать соламнийку на месте.
— Ты не сможешь переубедить Дамона, — сказал Мэлдред, и девушка поджала губы, так что они превратились в узкую полоску.
— Я и не собираюсь переубеждать его, — ответила она, кладя руку на эфес меча.
Рикали прижималась к Дамону так крепко, как могла, демонстрируя их отношения Ригу. Она нежно погладила Грозного Волка по подбородку, потом ее рука скользнула ниже, и полуэльфийка потерла большим пальцем цепь на шее Дамона. Ей хотелось, чтобы Риг увидел крупный алмаз, висящий на цепи, но тот был спрятан у бывшего рыцаря под разодранной рубахой. Грозный Волк же совершенно не желал того, чего хотелось Рикали, поэтому аккуратно убрал ее руки от своей груди. Девушка сначала обиженно нахмурилась, потом весело подмигнула ему и принялась забавляться со шнуровкой его сапог.
— Я уже слышала этот рассказ, милый? — спросила она. — Нет, я совершенно не против того, чтобы послушать во второй раз, но, если ты расскажешь что-то новое, я просто буду внимательнее слушать.
Дамон покачал головой и посмотрел на Рига.
— Нет такой вещи, которая бы смогла изменить человека, — начал он. — Ведь ничто не сделало тебя более справедливым, ничто не отвратило от пиратства.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
