рыцарь и феечки, перестав тихо переговариваться между собой, впечатлённые визитом Богини, притихли и внимательно воззрились на меня. – Теперь ты с Антеей и Дафнией будете спать со стороны реки, обеспечивая дозор нашему дому.
– Хорошо, – откликнулся Гай за всех троих. – Правильное решение, тоже хотел предложить.
– Зря молчал.
– Ну… Так уж получилось, – развёл руками здоровяк. – Мы пойдём?
– Конечно, доброй ночи.
– Доброй, – прощебетали феечки и растворились в темноте.
Глава 32
Глава 32
У меня множество форм и состояний. Сейчас, в начале пути их не так много. Но для достижения цели и этого хватит. Двигаясь в жидкой форме, я стремился к добыче. Каждый камешек, каждая песчинка, прикасающиеся к телу, подсказывали верное направление.
Мною двигало желание овладеть ею. Оно толкало меня дальше, заставляя искать по запаху: чем ближе я находился, тем сильнее её аромат проникал в каждую клетку моего тела. Он призывал, сводил с ума от нетерпения, дразнил.
Она так близко, но быстрее я двигаться ещё не способен. Минуты тянулись, я упорно тёк сквозь толщу земли.
И вот она мерно спит, чему-то улыбаясь во сне. Теперь главное осторожность, не разбудить, не спугнуть. Разом нежно обвил стройное тело пятью конечностями: за руки, за ноги, прикрыл рот.
Что сотворил с тобой неадекватный родственник? Твои волосы окрасились зеленью, а кожа стала белой как мрамор. Но всё равно ты прекрасна, желанна.
Наконец-то мы близки, дорогая. Пару часов разлуки казались мне вечностью. Проклятый Друид, помешал нам. Есть просто от природы подлые люди, или это зависть его гложет. Но не переживай, дорогая, этот гад нам сейчас не помешает. Нам будет очень сладко, моя прелесть.
Создал три тонких отростка. Две лозы потянулись к аккуратным, твердым, застывшим в ожидании ласк соскам. Третий отросток скользнул чуть ниже, к влажной, маленькой горошинке.
Увлажнил все концы тела, заставляя сок обильно стекать по краям перевозбуждённых шляпок. Как здорово, что ты меня ждала, предусмотрительно избавившись от лишних тряпок. Упёрся широкой шляпкой в нежные губы лона. Тише, дорогая, расслабься. Почувствовал укус в той, конечности, которая затыкала ей рот. Вижу, дорогая, ты тоже любишь грубые игры.
Её тело напряглось, сопротивляясь моей силе, но она знала, что намного слабей меня. Я принял вызов, ещё крепче обвивая её руки.
Продолжая упираться толстой шляпкой в отверстие, прошёлся по её самой чувствительной зоне тонкой лозой. Беззащитная горошинка отзывалась на каждое движение. Тело подалось вперёд подставляя клитор лёгким игривым прикосновениям тонкого отростка. Я деликатно надавливал, еле касался, ритмично двигался. Она стала дышать чаще, происходящее нравилось, судя по тому, что хотела сказать она, вместо стонов издавая одобрительные звуки.
Клитор увеличился, он сигнализировал о том, что я на верном пути. Лоза проскользнула чуть ниже, расправляя влажные губки. Когда отросток вернулся на место и вновь занялся чувствительной горошинкой, на шляпки толстого гриба, брызнула влага.
Если бы я мог улыбаться, то сделал бы это. Оргазм – лучшее одобрение действий. Шляпка, обильно смазанная соком, медленно вошла в горячее лоно. Её тело выгнулось дугой, приглашая войти ещё глубже. Я не спешил, растягивая удовольствие. Несколько медленных движений подготовили пышущую жаром дырочку принять меня на полную глубину. Медленно, раз за разом я заходил всё дальше. Наслаждался её упругостью, её милым, чрезмерно выматывающим для человека напряжением. Я выходил и проникал вновь, слышал её одобрительное мычание, просьбы тела сжать его ещё сильнее.
Когда она перестала сопротивляться моим движениям, полностью одобряя ласки, я нагнал ещё сока в член, чтобы усилить ощущения. Её рот расслабился, заходясь в попытке крика, но я уверен, что нежен и не причиняю вреда.
Она кончила в четвёртый раз, орошая мои конечности влагой. Думаю, пора бы доставить удовольствие и другой, более упругой дырочке. С этим возникли сложности. Попка напряглась, туго сжавшись, она отказывалась впускать меня.
Я не буду настаивать, подтолкну только немного. Сформировал ещё две тонкие конечности. Плотно обвил шикарную, мягкую, нежную грудь. Слегка надавил. Тело само, с желанием раскрылось, подалось по направлению к удовольствиям.
Шляпка вошла, сделала первые осторожные шажки. С каждым движением я позволял себе входить глубже. Но у меня были свои ограничения, никогда я не причиню вреда той, с кем провожу время в страсти.
Она стала игриво дёргать язычком, шляпка, что заткнула рот прелести, была в восторге. Я тоже приближался кпику. Все мои конечности работали в унисон. Они двигались в горячих, влажных дырочках. Я ощущал её тепло и податливость каждым кусочком члена, что находился внутри её тела.
Она была настолько горяча, что я не сдержался. В сладких оргазмических конвульсиях взорвался обильными соками прямо внутри неё, наполняя собой каждое свободное местечко. Приятная судорога свела члены, не заметил, как слишком сильно передавил ей запястья.
Когда блаженство растеклось по телу, я не стал торопиться уходить. Она кончила каких-то шесть раз, а я не могу оставить прекрасную девушку неудовлетворённой.
Перевернул прелесть на живот, заставляя встать на четвереньки. Её тело обмякло, но я держал крепко. Пара отростков заплели её чересчур длинные волосы в косу, схватили за неё, заставляя прогнуть спину. Я освободил её очаровательный ротик, чтобы вернуться к нему чуть позже. Она шумно задышала.
– Отпусти! – прошептала она.
Не сейчас, дорогая, не время. Всё же пришлось снова заставить её замолчать. Нагнал немного сока в шляпку и утолстил её, аккуратно массируя вход в лоно. Девушка попыталась вскрикнуть, пугаясь толщины, но я был уверен, что ничего, кроме удовольствия, она не получит. Лоза снова вернулась на прежнее место, к горошинке, но начала двигаться активнее, заставляя пленницу чуть ли не каждую минуту брызгать от удовольствия влагой и дрожать от наслаждения.
Медленно, по миллиметру отвоёвывая пространство, толстая шляпка начала проникать в лоно. Я чувствовал, как тело сопротивляется, но всё же медленно принимает меня, погружая внутрь. Аккуратно, я входил глубже, двигаясь вперёд-назад, тонким отростком продолжая нежно массировать её клитор, вынуждая кончать раз за разом.
Стройное тело, будто взвинченное до пределов чувствительности подавалось ласкам других отростков, гладящих упругие ягодицы, сочную грудь, плечи, твёрдые, тёмные соски. Она сжимала руки в кулачки, пыталась кричать, заходясь в приступах блаженства, а мне упорно не хватало ощущений. Наконец я понял, что не так. Тонкая лоза стремительной змейкой юркнула в свободную, пышущую жаром попку и начала активно двигаться.
Меня распирало от удовольствия. Она, ласкаемая всеми моими членами, шумно дышала. Запах страсти окружал нас двоих и находился в пределах её
