— Да уж, — кивнула другая, до сих пор молчавшая, тоже в платке и в толстом тёмном пальто. — От хорошей жизни в наши снега не поедут. Там-то, в Алабаме, тепло и, говорят, зимы не бывает.
— Зима бывает, — улыбнулась Женя. — Но без снега. Выпадет когда, то день, два полежит и стает.
Собеседницы дружно поддержали тему и заговорили уже между собой.
— Это ж сырость одна.
— Да уж, гнилая зима, хуже нет.
— Холодно, да сухо, ещё проживёшь, а гниль эта…
— Мне мой так и писал, гниём, дескать.
— А теперь как?
— А теперь… не просыхает.
Женя молча слушала, по-прежнему прижимая к себе Алису. Господи, скорей бы это кончилось. Лишь бы Эркин не сорвался. Он ведь горячий, взрывной. В поезде тогда так вцепился в того дурака, она даже испугалась, никогда таким Эркина не видела, как бешеный стал. Но это от неустроенности, в Джексонвилле он уверен в себе был, а сейчас нервничает. Скорей бы уж.
Эркин улыбнулся Жене и прикрыл глаза, будто дремлет. Холодно как, а говорят, что зима в этом году тёплая. Куда же он Женю затянул, зачем согласился на Загорье? Перекрутился бы он и в Пограничье, так нет, захотелось подальше, поспокойней, и вот…
Поезд шёл, останавливался, снова шёл, хлопали двери, впуская людей и облака морозного пара, окна всё плотнее затягивала ледяная корочка, под потолком колыхалась сизая пелена табачного дыма, люди уже стояли в проходе и даже между скамьями.
— Ну вот, — сказал кто-то, — последний перегон.
— Да уж, пора бы…
— По графику если…
— Да пошёл ты со своим графиком… Город, город, а как ходили тут "кукушка" с "зябликом", так и ходят.
— Дык война…
— Я ща тебе дыкну! Год победе уже, а всё война, война-а…! Мозгов у начальства нет, вторую колею протянуть!
— Ладно вам, мужики.
— Не ладно! Мыслимое ли дело три часа тащиться?! А морозы завернут когда…
— Заткнись, а? Как завернут, так и завернутся. Впервой, что ли?
Эркин, слыша, но не вслушиваясь в этот общий говор, осторожно, чтобы не привлечь напряг и распустил мышцы, готовясь вставать и собирать вещи. Вот чёрт, суставы, как после "пузырчатки" застыли. Вокруг многие вставали, снимая с полок над окнами мешки и узлы, перевязанные верёвками обшарпанные чемоданы. Но были и те, кто без вещей. Ну, вот и потянулись в тамбур, прессуясь там в плотную массу. Эркин подождал, пока встали и вышли в центральный проход сидевшие напротив, и встал сам. Вытащил из-под скамейки тюк, узел и ящик, снял с полки мешки. Женя поправила на Алисе вязаную шапочку, обвязала сверху своей белой шалью.
— А дядя Андрей уже здесь? — вдруг спросила Алиса.
У Эркина дрогнули руки, и он выронил большой мешок.
— С чего это ты его вспомнила? — спросила Женя.
— А он меня так же обвязывал, — ответила Алиса, послушно поворачиваясь под руками Жени. — Он нас здесь ждёт, да?
— Не здесь, — ответил Эркин, вскидывая на спину мешок. — Женя, готова? Пошли.
Они вышли из вагона последними. Сыпала мелкая белая крупа, снег скрипел под ногами, засыпанный снегом мужчина в чёрной милицейской форме сказал, что Комитет на той стороне вокзальной площади.
— Давай всё на хранение опять сдадим, — предложила Женя. — Чтоб не таскаться с ними.
Эркин согласился.
Нашли камеру хранения, сдали все вещи, даже маленький мешок с самым расхожим, и пошли в Комитет.
В Загорье Комитет защиты узников и жертв Империи работал в одном помещении с беженским. Большая комната, заставленная письменными столами и шкафами с бумагами, на подоконниках кипят сразу два электрочайника, женщины в накинутых на плечи платках, двое мужчин в военной форме без погон…
Эркин вошёл первым, не так возглавляя, как закрывая собой Женю и Алису. И встретили их от порога вопросами.
— Репатрианты? Транзит или конечная?
— Конечная, — ответил Эркин, доставая маршрутный лист.
— Сюда, пожалуйста.
У него взяли маршрутный лист, отметили в регистрационной книге и убрали в папку.
— А теперь ко мне, пожалуйста, — позвали их к другому столу. — Здравствуйте, садитесь.
Немолодая женщина с выбивавшимися из узла на затылке рыжевато-седыми прядями прямых волос улыбнулась им. Перед её столом стояли два стула. Женя и Эркин сели, а Алиса осталась стоять, с интересом оглядываясь.
— С чего начнём? С жилья, с работы?
— С работы, — сказал Эркин и на вопросительный взгляд Жени, ведь говорили о жилье, объяснил: — Работы не будет, как жить тогда?
— Хорошо, — кивнула женщина. — На вас есть заявка.
— Да, — Женя достала из сумочки пакет с документами и вытащила нужный листок. — Вот. На экспериментальный механический.
— Да, — женщина быстро даже не просмотрела, а схватила одним взглядом текст. — Понятно. Толя, позвони, они подтверждают заявку?
— Номер какой? — спросил один из мужчин, берясь за телефон на своём столе.
— Посмотри, — женщина ловко перебросила ему лист заявки. — А пока посмотрим всё-таки жильё. Вам нужен дом или квартира?
— Квартира, — сразу сказал Женя. — Но… со всеми удобствами. Если можно, конечно.
— Отчего ж нельзя? — улыбнулась женщина. — Есть такая возможность.
— Это "корабль" что ли? — спросили от другого стола.
— Корабль? — с сомнением в голосе переспросила Женя.
— Это дом так прозвали, — успокоила её женщина. — Хороший современный дом, центральное отопление, водопровод, канализация, газ… всё есть. Вам какая нужна? На сколько комнат?
Женя не успела ответить: её перебил звонивший на завод мужчина.
— Заявку они подтверждают, места есть, но зайти надо сегодня же.
— Отдел кадров до шести. Успеете, — кивнула женщина. — Так сколько комнат?
— Четыре, — неуверенно сказала Женя. — Ну, кухня…
— Речь идёт только о жилых комнатах, — остановила её женщина, сняла трубку на своём телефоне и быстро набрала номер. — Ванеев? Здравствуй, это Королёва. Ну и молодец, что узнал. Приехала ещё семья. Направляю их к тебе. Их трое, — она посмотрела на Женю и, когда та кивнула, продолжила: — Нужна четырёхкомнатная. Ну, это ты сам решай с ними. И попусту взад-вперёд не гоняй. Ладно, ладно, знаю я твои и ресурсы, и резервы. И это я знаю. Ладно, Ванеев, пока, — положила трубку и улыбнулась. — Ну вот. Сейчас идите на Цветочную, дом тридцать один. Найдёте коменданта. Леонид Алексеевич Ванеев. Обычно он у себя, в четвёртой. И сегодня же, как решите с жильём, на завод. Как всё оформите, придёте сюда.
— Спасибо, — встала Женя, и сразу встал Эркин. — Спасибо, до свидания.
— До свиданья, — эхом повторила за ней Алиса.
— Спасибо, до свиданья, — попрощался и Эркин.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
