Куда важнее понять, что нам с ним делать. Особенно если у нас действительно есть повод бояться необычной природы Ишимуры.
— Если верить донесению моего шпиона, то, судя по слухам, Фиддлстикс, он же Ишимура, является не просто террористом, а одним из ближайших приближённых Уроборос. — сказал Азазель.
— Буду честным, мне слабо в это верится. — высказал своё мнение Аджука. — Как ни посмотри, но ты сам сказал «согласно слухам», то есть эта информация не проверена. К тому же твой агент вроде не видел Фиддлстикса лично, как и не присутствовал на собраниях Бригады.
— Отчасти поддерживаю, но ведь и слухи появляются не просто так. — добавил Сазекс.
— Дезинформация? Если предположить вариант с раскрытием шпиона, то ему вполне могли скормить такую ложь, дабы мы не рискнули что-то предпринять и трогать парня?
— Так заморачиваться ради одного шпиона?
— Шпиона, который, между прочим, находится в опасной близости к твоей сестре, как и к сестре Серафолл. Тебе ещё повезло, что её и Фалбиума здесь сейчас нет, иначе бы она уже начала лютовать и могла самолично пойти убивать Ишимуру.
— Знаю.
— Если возвращаться к теме возможной природы Ишимуры, то у меня тоже есть сомнения в версии Азазеля, но и откинуть её действительно сложно. — Михаил тактично дождался момента тишины, после чего начал говорить. — Отец порой рассказывал нам о своих историях до нашего создания, и пусть конкретно этот рассказ про Ялдабаофа я не слышал, но это точно не выдумка. Не в привычке Отца было рассказывать небылицы, и раз он действительно боялся возрождения этого существа, даже спустя тысячи лет… у него явно были причины для таких опасений.
— Азазель, а в этих твоих записях про Ялдабаофа указано именно реинкарнация, или что-то другое? — решил уточнить Аджука.
— Никакой конкретики, лишь «Пожиратель может вернуться». Дословная цитата Отца.
— Хмммм. — устало вздохнул Сазекс. — Сперва Кокабиэль, потом Уроборос и Бригада Хаоса, потом её участники, а теперь ещё и за какую-то космическую хтонь переживать. Что дальше? Открытая война с живой концепцией? Или сразу несколькими? Или вообще с отдельной вселенной?
— Сплюнь. — рефлекторно вырвалось у Азазеля. — Итог довольно паршивый. У нас есть лишь теории и подозрения касательно природы этого гада, но мы точно знаем о его причастности к врагам.
— И что будем с ним делать? — вопрос Михаила был задан всем, но его взгляд упёрся в Сазекса. — Вы ведь не позволите своей сестре и дальше находиться на одной территории с Ишимурой?
— Исключено. Только вот… если мы просто заявимся и заберём Риас и Сону, или они сами резко исчезнут, то как на это отреагирует Ишимура? Всё же мы не можем быть до конца уверены в его действиях и реальном уровне опасности.
— А что говорят наши наблюдатели в Куо?
— Ничего особенного. По их словам Ишимура ничего толком и не делает, просто ходит в академию, при этом ни с кем не контактируя. Правда агенты отмечают некоторые странности.
— Странности?
— Ишимура стал вести себя гораздо более отстранённо, да и его внешний вид вызывает вопросы. Ничего конкретного они по этому поводу сказать не могут, но… они всерьёз опасаются его. Он будто стал похож на ходячий труп, нежели на человека, да и его аура кажется им гнетущей. Ну и они уверены, что он знает об их наблюдении.
— Ничего хорошего это нам не сулит. Надо решать эту проблему в Куо.
— И как именно? Пойдём туда лично и скрутим его?
— Нет, слишком опасно. Он может успеть скрыться, всё же Куо его родной дом и он его хорошо знает, возможно даже готов к такому исходу. Да и будучи загнанным в угол он может навредить окружающим или Риас с Соной.
— Пока он на своей территории — это действительно возможно.
— На своей… Да, на своей. Но если не мы придём к нему, а он к нам?
— Он к нам? Что ты задумал?
— Слушайте. Мы можем…
Спустя некоторое время. Куо
Хозяин, мы конечно не можем вам что-то указывать, но ваше ментальное состояние сейчас весьма удручает.
Вы уже долгое время бесцельно бродите по улицам Куо под иллюзиями, курите и предаётесь самоунижению.
— Предложения? — не вынимая сигарету изо рта спросил Арата.
Вы можете отправиться в барьеры, встретиться с друзьями, вернуться домой.
— Да ты что? — сарказма и наигранности в голосе парня не услышал бы разве что глухой. — Сидеть в барьерах, в которых закончились удовлетворимые противники?
Нам кажется это разумнее, чем постоянно ходить и видеть вокруг плоть с кровью вместо улицы.
— А я и не спорю с этим, только вот именно сейчас ничего другого я не хочу. Ни видеть кого-то, ни чтобы видели меня. Уж точно не в таком состоянии.
Ситуация с Ханакай и разговор с Курокой повлияли на вас очень сильно, а Проклятие Плоти лишь добивает и без того расшатанное ментальное состояние.
— Не без этого.
Последние дни Арата был… в не очень хорошем состоянии. Окончательно забив на академию он просто создал из плоти и иллюзий свою копию, которая и отправилась туда вместо него, а вороны из Стаи передавали более-менее важную информацию. Сам же Ишимура делал… ничего.
Та встреча с Шивой заставила его уйти в глубокие раздумья, но перед тем как уйти в них с головой парня ждала ещё одна не особо приятная вещь. Тот самый откровенный разговор с Курокой, который был проведён на следующее же утро после возвращения Араты от Шивы. Беседа же вышла… странной и неоднозначной, хотя и не негативной. Если описывать максимально коротко, то некомата, а точнее обе некоматы, не были сильно удивлены откровением о Момо, особенно старшая из них. Ишимура был уверен, что она не просто не удивилась, а скорее ожидала подобного, что уже не особо удивило его самого. Всё же Курока была умной девушкой и своего возлюбленного знала хорошо, а потому его действия и эмоции для неё не стали большим откровением. К Широне это относилось меньше, но и её было сложно назвать сильно шокированной.
Да и куда больше удивил исход разговора. Арата ожидал многого. Скандала, ненависти, желания навсегда уйти от него, но никак не смиренных слов о том, что «ты искренне любишь слишком много людей». И да, она была расстроена, была не особо довольна этим фактом, но… не сказала ничего против. Лишь попросила искренне подумать над тем, кого он действительно любит и готов ли это принять, ведь тогда ему придётся нести ответственность за всех, кто будет рядом с ним, ну и, разумеется, не отдаляться от неё и их будущего ребёнка. Последняя мысль
