- Какие новости?
- У меня отобрали служебное удостоверение и личное оружие, - сообщил я. Он поцокал языком.
- С оружием могу помочь. Что вы хотите: пистолет, автомат? Если пистолет, то какой системы?
- Пулемет, - сказал я. - И гранатомет.
Его левая бровь поползла вверх.
- Ну... На это мне нужно будет дня два. Может, три...
- Шутка, Арсений Федорович, - сказал я. - Мне ничего этого не нужно.
Он с осуждением покачал головой:
- Тогда чего вы меня искали?
- Мне необходимо, чтобы начиная с семи утра завтрашнего дня вы в течение двадцати четырех часов были в моей досягаемости. То есть рядом с телефоном.
- Двадцать четыре часа? - переспросил он. - Лучше сорок восемь, поправился я. - Так будет надежнее.
- Значит, - сказал он, - вы надеетесь на результаты.
- Да, - подтвердил я, - надеюсь.
17
Рано утром следующего дня я был на Новолесной улице. Нашел нужный мне дом, поднялся на пятый этаж и позвонил. Сначала долго не открывали, потом заспанный голос спросил:
- Кто там?
- Ваш агитатор, - проворковал я.
- Какой еще к черту... - начал Бурыгин, распахивая дверь. На нем был короткий махровый халат, под которым виднелась широкая волосатая грудь.
Договорить ему я не дал. Чтобы попасть ему точно в лоб, мне пришлось немного подпрыгнуть, но я вложил в удар столько чувства, что он пролетел через весь коридор и вломился в дверь сортира. Там я его снова настиг, взял двумя руками за отвороты халата и пару раз хорошенько стукнул головой об унитаз. Толик поплыл.
Я выволок его в комнату и бросил на незастеленную кровать. Потом быстро осмотрел комнату и на кресле под курткой обнаружил револьвер. Это был великолепный американский магнум тридцать восьмого калибра с глушителем. Раньше я видел такие только в кино и на картинках.
Я подошел к Бурыгину и несколько раз хорошенько дал ему по щекам, чтобы привести его в чувство.
- Слушай, ублюдок, - сказал я ему, - слушай и запоминай. Скажешь своему Глобусу: четыре восемьдесят пять, которые они ищут, у меня. Повтори. - И я для укрепления памяти сунул ему под нос ствол магнума.
- Четыре... восемь... пять... - повторил он непослушными губами.
Я положил пистолет в карман, повернулся и вышел, хлопнув за собой дверью.
Поставив рядом с собой телефонный аппарат, положив на колени пистолет, я сидел в дедовском кресле и ждал. Это была работа, тяжелая работа, и я не мог отвлечься ни на что другое. Ни читать газету, ни слушать радио, ни смотреть телевизор - только ждать.
Если они придут, мне понадобится пистолет. Если позвонят, пригодится чудесный сингапурский телефон, который моя подружка приволокла вчера по секрету от своего папб. Но они не звонят и не приходят, хотя я жду уже семь с половиной часов.
И все-таки звонок прозвучал неожиданно. Я как раз задумался, когда он тоненько пропиликал.
- Здравствуйте, Станислав Андреевич, - вежливо сказал Глобус. - Вы нас приятно порадовали. Бумажки действительно у вас?
- Действительно.
- А как они к вам попали, можно узнать?
- Ветром надуло, - любезно сообщил я.
- Ну и что вы хотите взамен?
- Много чего.
- Хе, - сказал он. - Мы это предполагали. Поэтому предприняли кое-какие шаги, чтобы уравнять шансы. Эта девушка... Марина... Она сейчас у нас.
"Сволочи, - подумал я с отчаянием, - какие сволочи! Вот почему они не звонили столько времени. Ладно, надо немедленно взять себя в руки".
- Ваши предложения, - сказал я.
- Давайте встретимся и все обсудим.
- Где? Когда?
- Сейчас около четырех. Скажем, часов в семь на сороковом километре Минского шоссе. Идет?
- Идет.
- Только не делайте глупостей. Вы ведь, кажется, уже имеете о нас представление.
- Вы обо мне тоже, - буркнул я, но, прежде чем положить трубку, нажал на нужную кнопку, и в стеклянном окошечке загорелся номер. Ничего сверхнеожиданного он мне не дал. Просто последнее и неопровержимое подтверждение.
Если подняться на чердак моего "Жолтовского", а оттуда по железной пожарной лесенке выбраться на крышу, то с самого дальнего ее края, укрывшись за выступом вентиляционной трубы, можно наблюдать сразу за всеми подъездами стеклянного дома. Это открытие я сделал вчера теоретически, еще не зная, пригодится оно или нет. А сегодня проверил его на, практике. Я знал, что мне снова придется подождать, но на этот раз был уверен, что не слишком долго. Двадцать четыре минуты спустя я дождался. Теперь мне предстояло начать, как сказал бы Юра Глобус, делать глупости. Первая заняла у меня часа полтора. Сколько уйдет на вторую, я не знал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Дверь квартиры мне открыл Лерик. Он был с мокрыми волосами, в расстегнутой рубашке.
- Здорово, - сказал он. - Проходи. Только извини, старичок, если ты насчет этой кражи, то сейчас нет времени. Видишь, убегаю. Можно, я буду при тебе одеваться?
- Можно, - сказал я, усаживаясь в кресло. - Но я не насчет кражи. Тем более что наводчик нашелся.
- Да? - удивился Лерик, затягивая на шее галстук. - И кто же это?
- Ты.
Он на мгновение замер, а потом расхохотался:
- Ну и шутки у тебя! - И добавил, посерьёзнев: - Ты соображаешь, чего говоришь?
Я кивнул.
- Причем ты не просто наводчик. Ты еще и убийца. И как я подозреваю, главарь преступной шайки. Ну, скажи мне "нет"!
Лерик молча смотрел на меня в упор. Потом медленно произнес:
- На сумасшедшего ты как будто не похож. Тебя что же, не учили в университете, что такие обвинения надо доказывать?
- Учили, - вздохнул я. - Но в том-то и беда, что доказать я ничего не могу. Потому что ты все время загребаешь жар чужими руками. Ты только придумываешь, а делают за тебя другие.
По лицу Лерика скользнула улыбка.
- Нет, все-таки ты сумасшедший. - Он прошелся по комнате, уселся в крутящееся кресло за письменный стол и спросил: - Нельзя ли поконкретней, что я там такое придумываю?
- О, - сказал я, - это долгий разговор. А у нас мало времени.
- Ты куда-то торопишься? - слегка усмехнулся он.
- Да. И ты отлично знаешь - куда. Полтора часа назад из твоего подъезда вышли Глобус и Бурыгин.
- Какой Глобус? Какой Бурыгин? - он поднял брови вверх. - Определенно ты ненормальный! У нас в подъезде десять этажей и на каждом этаже четыре квартиры!
Я внимательно пригляделся к нему и пришел к выводу, что он все еще думает, будто я беру его на пушку. Ну что ж, пора пушке выпалить.
- Два часа назад Глобус разговаривал со мной с твоего телефона. У меня дома стоит аппарат, который позволяет определить, с какого номера звонят. Так что кончай придуриваться, у меня к тебе деловое предложение.
- Никогда не слышал про подобные аппараты, - пожал плечами Лерик.
- Сингапурский. Хочешь прогуляться ко мне, посмотреть?
- Нет, - махнул он рукой, сделал паузу и спросил: - А что за деловое предложение?
"Проняло наконец", - подумал я и мысленно перевел дух.
- Твои бандиты ждут меня сейчас на Минском шоссе. Я не знаю, что именно ты придумал на этот раз, но уже усвоил твои правила. Живым меня отпускать не собираются. А я имею другие планы. Поэтому пока они там, мы с тобой поедем туда, где находится Марина, и ты мне ее отдашь...
Лерик с сосредоточенным видом достал из пачки сигарету, задумчиво засунул ее в рот и зашарил по столешнице в поисках спичек. Не нашел и потянулся к ящику письменного стола.
- Убери руку, - сказал я угрожающе.
Он поднял глаза и увидел направленный на него магнум. Потом медленно отвел руку и выпрямился в кресле с застывшим лицом.
Я указал подбородком:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Зажигалка справа от тебя, можешь прикурить. Он прикурил, и я заметил, что пальцы у него чуть-чуть дрожат.
- Встань, - приказал я. - Вставай медленно, без резких движений. А то я испугаюсь, и эта штука может ненароком выстрелить.
Лерик молча подчинился, буравя меня взглядом. Он тоже не знал, что я поклялся не стрелять в людей.
