и затевалась.
— Нам нужно нанести решающий удар, чтобы товарищ буржуй откинул все сомнения. Для этого пришлось пойти на подобные новации, — устало отвечаю своей покровительнице.
— Не слишком ли много чести? И чего ты вцепился в него, аки клещ? Сами не справимся, или других желающих нет? У нашей страны хорошие отношения с итальянцами и французами. Договоримся с нужными людьми, и будут тебе нужные актёры. А этот Дино мутный какой-то, весь себе на уме. Заметно, что он нам не друг. Ходит, скалится, будто издевается.
Может, не надо было устраивать столь торжественную встречу? А то чуть ли не хлеб с солью у трапа самолёта, и прочие прогибы. Я понимаю, что официальная версия приезда европейцев связан с ММК, который пройдёт в июле. Дино вроде будет заседать в жюри, хотя не помню, как было в моей реальности. Ну, приехала представительная иностранная делегация, бывает. Враскорячку, что ли, перед ними бегать и заискивающе смотреть в глаза? Этого я Фурцевой говорить не стал, снова попытался объяснить выбор продюсера.
— Вопрос по необходимой технике практически решён. Понятно, что всё после подписания контракта, но дело почти сделано. Если договариваться с другими кинокомпаниями или продюсерами, то всё придётся начинать сначала. Далее, у нас образовался дефицит с немецкими самолётами, — поясняю удивлённому министру, — Советские самолёты времён ВОВ есть. Кое-что надо подшаманить, некоторые просто построим заново на основе других моделей. Каплан даже две «Аэрокобры» нашёл, и Юнкерсы с Фоккерами, только в плохом состоянии. Но для планируемых масштабных съёмок этого недостаточно. Ди Лаурентис обещал помочь с действующими немецкими моделями. Правда, не знаю, как их будут перегонять в СССР, сложностей очень много. Надо договориться с музеями и частными коллекционерами, застраховать, определиться со схемой доставки. Многое зарубежная сторона возьмёт на себя, у них разного рода бюрократических проволочек меньше. Комбинированные съёмки не смогут дать натуральной картины боёв. Необходимо как можно больше настоящих самолётов. Думаем дополнить сцены документальными кадрами, но пока всё в стадии обсуждения. Натурные съёмки, тем более на цветной плёнке, выглядят совершенно иначе. Плёнку, с новыми камерами, тоже обеспечит итальянец.
— Всё равно я тебя не понимаю. Такой размах! И всё для того, чтобы понравиться зарубежным зрителям.
Опять двадцать пять. Про пиетет перед иностранцами, мадам министр лучше бы молчала, а то стыдно смотреть. И тем более странно обвинять в этом одного попаданца, который равнодушно относится к европейским звёздам. О национальности зрителей я вообще не думаю. Понятно, что работать будем по мировым стандартам и ориентироваться на разнообразную публику. Только у меня нет задачи понравиться кому-то конкретному. Да и батальные сцены всё-таки не самое главное. Фурцева думает, что они ориентированы именно на европейцев, только она глубоко заблуждается. У нас запланирована любовная линия, солдатские будни, ужасы войны, юмор и пропаганда, куда без неё. Планов громадьё. Как это всё совместить и получить на выходе сбалансированную картину — я пока не знаю. Зельцер вообще в шоке и сразу сказал, что не готов к такому масштабному проекту. Зато порадовал Ринат! Акмурзин решил, что это его звёздный час, и он готов ввязаться в драку на любых условиях.
— Фильм должен понравиться обычным зрителям, в первую очередь советским. Но и иностранную публику я беру в расчёт. Только сам процесс съёмок, мои задумки и качество исполнения, от этого не зависят. Надо просто сделать хороший продукт.
Тяжело мне обсуждать подобные вопросы. В нынешнем СССР есть такая тема, как производство на экспорт. Если машина или прочие товары изготавливаются для заграницы, то к нему особые требования ОТК. А для советского потребителя — и так сойдёт. Не знаю, как обстояло дело в РФ моего времени, я с производством связан не был. Для себя сразу решил, что не должно быть никакого деления на внутренних и внешних потребителей. Хорошее кино снимают в разных странах. Другой вопрос, что многие картины просто не пускают на западные рынки. Вот для этого мне и нужен ди Лаурентис. Но Екатерина Алексеевна думает, что все эти многочисленные детали и новации рассчитаны исключительно для Запада. Мол, наша неизбалованная публика скушает зрелище попроще.
— Ладно, делай как знаешь. Только боюсь, что возникнут у вас проблемы из-за бюджета. Тебе же размах подавай! И почему у тебя главные герои — Александр и София, — вдруг ехидно улыбнулась Фурцева, — Надо было врача Марией назвать, тоже красивое имя.
Тогда я не понял, о чём вообще речь. Сначала ведь была задумка о съёмках нестандартного фильма с визуализацией воздушных боёв и бомбардировок. Далее начался выбор самого сражения, и Пузик предложила «Битву за Кубань». Сам я далёк от истории ВОВ, и просто принял идею коллеги, мельком прочитав про масштаб прошедших столкновений. Героев вообще выбрали чуть ли ни методом тыка. На слова министра я внимания не обратил, ибо проблем было выше крыши.
Звуки настраиваемой аппаратуры переключили меня на текущие задачи. Объяснил всё Фурцевой и пошёл в зал, где ВИА «Рассвет» готовился к мини-выступлению.
Гену и коллектив группы я не видел месяца три и, надо сказать, что изменились они капитально. Одежда, причёски и манера держаться, сильно отличались от прошлогоднего колхозного стиля. Нина к тому же привела себя в приличную форму. Вернее, формы у неё были в порядке и до этого. Просто сейчас вместо объёмных телес и выпирающего живота, на сцене стояла весьма эффектная особа со спортивной фигурой.
— Алексей Анатольевич, — Гена опять начал своё нытьё, которым достал меня уже по телефону, — Почему нельзя начать исполнять эту песню? К чему такая секретность? У нас не такой большой репертуар, чтобы разбрасываться шлягерами.
— Геннадий, ты собрался стрелять из пушки по воробьям. Поверь, лучше подождать выхода фильма и одновременно запустить песню на радио. Эффект будет такой, что вы сразу выйдете на всесоюзный уровень. Ведь ты так долго ждал своего шанса. Вспомни, какой ажиотаж был после выхода в прокат «Брака по расчёту». Песня «Соловей» пусть и не самая популярная, но по итогам года точно войдёт в десятку лучших шлягеров страны. А для женской аудитории она чуть ли не номер один, — успокаиваю своего маэстро, а сам начинаю вспоминать, есть ли на ТВ уже «Песня года».
Надо будет, кроме хит-парада, предложить Светочке выйти с идеей всесоюзного фестиваля песни по итогам голосования телезрителей и радиослушателей. Вот прямо на лету приходят новые идеи. Хотя, воровать чужие наработки — много ума не надо. Только насчёт «Песни года» необходимо внести дополнения. Насколько я помню, радиослушатели за неё не голосовали. Как вариант — проводить всё совместно с
