Читаем без скачивания Вектор атаки - Евгений Филенко

– Гм… позабавить… а слово «мотыга» он часом не упоминал?

– Мотыга?!

– Во времена моей адъютантской юности, Согрорк, в нашем кругу существовало шутливое соглашение: если был рассказан не слишком смешной или вовсе непонятный сообществу анекдот, рассказчику надлежало упомянуть мотыгу в том месте, где, по его мнению, следовало смеяться.

– Если вы считаете это необходимым, янрирр гранд-майор…

– Не считаю. Итак, эта троица – Виртуоз, Скромник и примкнувший к ним Кадет – убеждены, что келументари существуют во плоти и возвращаются к родным очагам.

– Как следует из контекста, келументари упоминается в единственном числе.

– Если это правда, всем нам и одного келументари хватит за глаза… Гранд-адмирал, судя по всему, тоже верит в эту сказку, для чего и отрядил сюда мичмана… кстати, присоединюсь к мнению Скромника: почему какого-то безродного мичмана, а не более солидную фигуру из своего окружения?

– Позволю себе присоединиться к мнению Виртуоза, – сказал Согрорк вполголоса.

– Никогда не мог понять, отчего сарконтиры, подразделение сухопутных войск, используют флотскую иерархию званий.

– Дань традиции, янрирр гранд-майор. В память о временах, когда Полевые Скорпионы именовались Звездным Флотом и принимали деятельное участие в колониальной экспансии Черной Руки.

– Вы ведь не намереваетесь читать мне курс истории, Согрорк? Те славные романтические времена давно минули. Никому давно нет дела до экспансии, разобраться бы с тем, что успели захапать. Звездный Флот превратился в заурядные сухопутные силы для проведения мутных полицейских операций. Этот мичман, поди, и океана приличного в глаза не видывал.

– Возможно, военное руководство Черной Руки не до конца распрощалось с планами расширения владений Справедливого и Грозного…

– Вначале нужно прекратить заниматься всякими глупостями, вроде разборок с этелекхами и поисков келументари.

Инженер-капитан не ответил, ограничившись бледной улыбкой. Он вдруг почувствовал, что и без того наболтал много лишнего.

– Молчите? Понимаю… Резюмируем. Трое эршогоннаров несут какую-то чушь, от которой за версту тянет дешевой гнячкой и еще более дешевой мистикой. На горизонте возникает сколь загадочный, столь и нелепый мичман с гранд-адмиральским церрегом наотлет. А если сюда же подверстать инцидент со странным типом, имевший место в космопорту на Анаптинувике… то что же у нас получается?

– Что некто, похожий на келументари, повел себя как келументари, да при этом еще имел несказанную глупость объявить себя келументари. Чем вызвал справедливое недоумение гранд-адмирала, и последний счел необходимым рассеять недопонимание в этом вопросе при посредстве эксцентричной, как вы изволили заметить, фигуры мичмана. Либо же… что келументари существуют, янрирр гранд-майор.

– Вы снова забыли ввернуть слово «мотыга», Согрорк…

Спецканал ЭМ-связи по анонимному эхайнскому протоколу голосового обмена

Дата и время не установлены.

ГРАНД-АДМИРАЛ ВЬЮРГАХИХХ: Ну как там наш кхэри, Ворчун?

ВОРЧУН: Роет землю, янрирр гранд-адмирал. Успехов в поисках ноль, но уже успел совершить все мыслимые и немыслимые промахи.

ВЬЮРГАХИХХ: Не принимайте близко к сердцу. Колотить палкой по траве – всегда выигрышная тактика. Авось и выпорхнет птичка.

ВОРЧУН: Не уверен, что в его откровенности с новым капкомом был какой-то резон.

ВЬЮРГАХИХХ: Был, был, Ворчун, не ревнуйте. Вам еще предоставится возможность проявить себя. Кстати, он ничего не заподозрил? Я все понимаю, вы опытный разведчик, но не стоит недооценивать природное чутье этого маленького скорпиона.

ВОРЧУН: Для него, с его врожденным антагонизмом к окружающему миру, мы трое… да что там – все двуногие мыслящие существа есть враждебная и заведомо агрессивная среда. Кого-то он ненавидит больше, кого-то меньше. Но симпатий не испытывает ровно ни к кому.

ВЬЮРГАХИХХ: У вас есть какие-то соображения по дальнейшим поискам?

ВОРЧУН: Готов доложить по пунктам. Пункт первый: избавиться от этого несчастного кхэри.

ВЬЮРГАХИХХ: Перестаньте, Ворчун. У вас, разумеется, есть карт-бланш на ситуативные силовые акции… но пока что судьбу мичмана Нунгатау решаю я. Что у вас следующим пунктом?

Спецканал ЭМ-связи, протокол PXVE (Protected eXometral Voice Exchange)

03.06.152–23.05.26

(Федеральное нормализованное время)

ВОРОН: Лунь, вы заставили нас поволноваться.

ЛУНЬ: Я тоже рад вас видеть, Ворон. Должен просить у вас прощения за затянувшуюся паузу. Надеялся подобраться к объекту поближе и обмануть сканеры.

ВОРОН: Держу пари, вам не удалось.

ЛУНЬ: Я и не рассчитывал. Есть кое-что, в чем эхайны близки к совершенству, и это их сканеры психоэма… Поэтому я бесцельно ошиваюсь в пригородах Хоннарда, уповая на простое человеческое везение.

ВОРОН: Почему именно Хоннард?

ЛУНЬ: Космопорт «Анаптинувика-Эллеск» для Эфеба закрыт – он там уже изрядно засветился, и в самом неблагоприятном для себя статусе. Если бы не эти чертовы сканеры, я бы успел его застать… Военными космопортами Эфеб, как представляется, может смело пренебречь – да он и не знает об их существовании. Остается второй гражданский космопорт – «Хоннард-Хаттара». Оттуда Эфеб сможет попасть в любую точку Черной Руки, будь то метрополия или какой-нибудь занюханный Мефисс, а то и Троктарк. Хотя в последних двух случаях от него потребуются изрядные переговорные таланты и финансовые вливания.

ВОРОН: Ему не нужно ни на Мефисс, ни на Троктарк. Как насчет халифата?

ЛУНЬ: «Хоннард-Хаттара» обслуживает исключительно внутренние линии. Чтобы вернуться в пределы нашей досягаемости, Эфебу придется покинуть Анаптинувику. Ему нужно добраться до другой эхайнской планеты с развитой транспортной сетью, откуда он сможет переместиться в миры Галактического Братства, поддерживающие отношения как с Эхайнором, так и с Федерацией. Как вы понимаете, вариантов здесь не так много.

ВОРОН: Если быть точным, то два. Первый вариант: Деамлухс, кстати – родовое гнездо Тиллантарнов, а уже оттуда – в системы Сутахтана или Нторрунс. В обеих системах есть наши консульства. Ну, а второй…

ЛУНЬ: Эхитуафл, метрополия Черной Руки. Самое осиное гнездо. Оттуда он может улететь куда угодно, будь то Рагуррааханаш, Сутахтана, Нторрунс и полдюжины разнообразных аутсайдеров, которым безразлична наша затянувшаяся на десятки тысячелетий распря. Надеюсь, ему достанет здравого смысла туда не соваться.

ВОРОН: Будь у него здравый смысл, он вообще не сунулся бы в Эхайнор…

ЛУНЬ: И тем не менее, бесследно раствориться на просторах Анаптинувики ему все же удалось.

ВОРОН: Если, конечно, эхайны не водят нас за нос и не держат нашего парня где-нибудь в своих тайных казематах.

ЛУНЬ: Вы переоцениваете динамичность эхайнской бюрократической машины, Ворон. В условиях гипертрофированной секретности ничто не происходит моментально. Донесение о появлении Эфеба наверняка ушло к гранд-адмиралу Вьюргахихху с курьерской почтой, а не по обычным каналам связи. За то время, пока гранд-адмирал решал, как ему поступить, Эфеба успели задержать и упустить.

ВОРОН: Хотел бы я знать, какие трансцендентные силы снабжают его таким незаслуженным везением.

ЛУНЬ: Вы же помните, Ворон: под лежачий камень вода не течет, вода течет под плавучий камень…

ВОРОН: А что, бывают такие?!

ЛУНЬ: Конечно: то же вулканическое стекло.

ВОРОН: В таком случае хотел бы я знать, что за вулкан извергнул этот наш камешек…

ЛУНЬ: Кстати, как там остальные?

ВОРОН: Должен вас огорчить, коллега: вы самый удачливый. Или в нашей ситуации это называется – порадовать? Остальным пришлось вернуться. Кречета я отозвал под угрозой разоблачения, Стрепет и Ястреб сами отступились, выбрав неверную тактику. Вы остались в одиночестве, Лунь.

ЛУНЬ: Ничего страшного, Ворон, мне не привыкать. Я самодостаточная птица. И я, кажется, знаю, как подобраться к космопорту. Рассказать?

ВОРОН: Уж будьте любезны, сделайте одолжение, не сочтите за труд…

Как спят дикие слоны

– Знаешь, на кого ты сейчас похож, Кратов? – спросил Муравский. – На большого, слегка замотанного жизнью кота, которому удалось утащить с хозяйского стола кусок свежей вырезки.

– У этого кота устойчивое расстройство сна, – проворчал Кратов. – И аппетита.

– Ну, вырезку ты все же стащил, – заметил Муравский, глядя на него блестящими глазами. – Так вот, по поводу вырезки… сиречь твоей новой подружки. Все очень интересно, Костя, очень интересно.

– Я это уже заметил.

– Для начала, она действительно ангелид. Только незарегистрированный. Понимаешь, что это значит?

Они сидели за столиком на открытой веранде из белого камня, на самом солнцепеке, а над головами трепетала весьма условная пелеринка. Мимо проходили люди, с острым любопытством поглядывая в их сторону. Виной всему был просторный, как парус, видеал, по которому весело бежали цветные блямбы. А может быть, обычный для Муравского, но диковинный для этих мест экстравагантный наряд – саронг и гавайка.