– К Валере снова приходил следователь, и тот спросил, кого это они присылали. Ну и сам понимаешь, что все сразу обнаружилось. Следователь очень недоволен, задавал кучу вопросов. О Валере и говорить нечего. Он жутко перепугался.
– Принял меня за убийцу?
– Вряд ли. Скорее, за сообщника. Решил, что ты хотел из него вытянуть, что именно известно следствию.
– А я тебе говорила! – вмешалась Нина, до сих пор хранившая молчание. – Я предупреждала, что ты ведешь себя подозрительно!
– Лучше подозрительно, чем никак! – отрезал Олег. – Я ведь заботился о тебе!
– А я не просила об этом!
Тамара следила за ними со смутной, едва уловимой улыбкой, чем-то напоминавшей усмешку Джоконды, созерцающей посетителей через бронированное стекло. Наконец она сказала, что Нине не о чем беспокоиться.
– Его имени никто не знает, машину не запомнили. Самое большее, что сделал Валерий, – это описал его внешность. Ну и что? Теперь главное – не встречаться с ним. А это не так трудно сделать. Не думаю, что им устроят очную ставку.
Олег был полностью с этим согласен, но его подруга никак не могла успокоиться. Она продолжала бормотать, что добром это самостоятельное расследование не кончится. Раз милиция работает, зачем ей мешать?
– Во-вторых, – как будто не слыша ее, продолжала Тамара. – Мне удалось найти одного свидетеля. Не слишком важного, но все-таки…
И она с торжеством поведала, что провела практически полный опрос всех жильцов дома, где жила ее свекровь. Она задавала всем один и тот же вопрос. Не встречался ли кто-нибудь с Марией ближе к вечеру, в тот несчастливый вторник, когда она погибла? Если встречался – как себя при этом вела Мария? Может быть, что-нибудь рассказала? Упоминала, что куда-то собиралась вечером?
– Я даже попыталась еще раз расспросить Валеру, но тот не пожелал говорить, – вздохнула Тамара. – Либо он говорит правду, либо что-то скрывает. Но в любом случае ведет себя так, будто я ему враг. А впрочем, он почти прав.
Опрос почти никаких результатов не дал. Тамара была совершенно права, когда негодовала на медлительность следствия. Почти никто из обитателей дома не мог вспомнить никаких событий прошлого вторника. За небольшим исключением.
– В третьем подъезде молодая семья снимает квартиру, – сообщила Тамара. – У них есть собака, английский бульдог. И молодой человек выгуливает ее перед сном. Так было и в тот вторник, около одиннадцати вечера. Точное время он вспомнить не смог.
Владелец бульдога увидел, как из соседнего подъезда вышла женщина в черном пальто и направилась в сторону автобусной остановки. Он встречал эту соседку и прежде, но имени не знал, поскольку жил здесь совсем недавно. Им было по пути – он всегда водил собаку в ту же сторону, где располагался небольшой сквер. Поэтому какое-то время они шли почти рядом, только по разные стороны тротуара.
– А потом Маша вышла к обочине и стала ловить машину. Поймала и уехала куда-то в сторону центра, – закончила рассказ Тамара.
– Ну и что здесь такого? – не выдержала Нина. – Если бы он запомнил номер машины!
– Конечно, номера он не запомнил, – вежливо согласилась с ней хозяйка. – Он даже цвета не помнит. Но все это не так уж важно. Важнее то, что Маша никогда не садилась в машину к незнакомому человеку. Никогда в жизни.
Нина опять хотела что-то возразить, но Олег ее остановил. Он ощущал лихорадочное возбуждение, почти азарт.
– А может быть, водитель был ей знаком? – сказал он.
– Но зачем же тогда было ловить машину? – возразила Тамара. – Она бы просто стояла на обочине и ждала, когда ее подберут.
– А Мария точно голосовала? Поднимала руку, пыталась остановить любой проезжавший автомобиль?
Женщина призадумалась. А потом была вынуждена признать, что этого владелец бульдога не говорил. Он произнес дословно только, что Мария «поймала машину».
– Он мог не понять, что произошло, – Олег чувствовал настоящее вдохновение. – Тамара, ты же сама сказала, что она не садилась в машину к незнакомцам! Она была пуглива, боялась всего на свете!
– Может быть, ты прав, – задумчиво произнесла женщина. – Нужно будет еще раз его расспросить… Поднимала ли она руку? Нет, этого он не говорил. Олег, у тебя, кажется, есть какая-то новая идея? Ты думаешь, ее убил кто-то знакомый?
– Я почти в этом не сомневаюсь.
Он хотел объяснить, к какому заключению пришел в результате своих ночных размышлений, но его снова прервала Нина. Она неожиданно встала и поставила на стол почти нетронутую чашку кофе.
– То, чем вы занимаетесь, – просто вредительство, – сказала она, глядя куда-то в даль и стараясь не встречаться ни с кем взглядом. – И больше всего вы вредите мне! Что вы хотите доказать?! Что ее убили из-за нее самой?! А как же я? Кто травил меня газом, кто хотел сбить?! Значит, я остаюсь в стороне, за меня можно не беспокоиться?!
– Нина, я сейчас объясню…
– Я с ума сойду! – Она сбросила с плеча его руку и повернулась к нему всем корпусом, будто собираясь драться. – Сперва ты говорил, что женщина погибла из-за меня, потому что нас перепутали! Теперь…
– Но вас перепутали не случайно!
Теперь оторопели обе женщины. Тамара, потянувшаяся было за очками, лежавшими на столе, замерла, да так их и не надела. Нина обморочно нащупала край стола и медленно опустилась на стул.
– Что? – протянула она с детски-недоверчивым видом.
– В самом деле, Олег…
– Вас не могли перепутать случайно, вы оказались слишком похожи! – Он не знал, удается ли ему внушить женщинам ту убежденность, которую сейчас испытывал. – Я и сам ошибся, пока не подошел к Марии вплотную! Нина, ее подставили вместо тебя! Тебя тоже хотели убить, но у нее был свой враг, и в тот вечер он с ней рассчитался!
Она вздрогнула – ее передернуло, как будто прошило молнией. Тамара наконец надела очки и сразу повзрослела, заговорила другим тоном. Очень серьезно, почти сухо она попросила Олега объяснить – как он дошел до такой мысли? Значит, теперь он считает, что убить хотели обеих женщин?
– Да! Раньше я думал, что нацелились только на Нину, но теперь вижу, что ошибся! Если бы хотели убить Нину – убили бы именно ее! Убийца дождался бы ее на бульваре – он ведь знал, что она может опоздать! Любой человек может опоздать!
– Так ты считаешь, что убийца заманил или сам привез туда Марию, замаскированную под Нину… – Она поправила очки и почти виновато добавила: – Извини, это бред. Это слишком трудоемко. Если у него был пистолет, он мог убить Машу в ее собственном подъезде. Там вечно вывернуты лампочки.
– А если убийца все-таки не знал, что жертву подменили? Если Марию туда вызвал кто-то другой, якобы на свидание, добившись прежде ее сходства с Ниной?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
