—Ну, все, — покачала головой Эйвери. — Пап, это твой пес.
Глаза Вилли Би, гладившего Тайрона по спине, лучились такой же откровенной любовью.
—Это мой первый щеночек-внучок.
—Нет, ты не понял. Это твой пес, он поедет с тобой.
—Эйвери, я не буду отбирать у тебя щенка!
—Он твой. Если у кого любовь с первого взгляда, я сразу это вижу. Я нравлюсь Тайрону, и когда-нибудь он, конечно, по-настоящему меня полюбит, но в тебя по уши влюблен уже сейчас. А ты — в него. Забирай.
—Она права, — кивнул Оуэн. — Вы созданы друг для друга.
Песик уютно устроился на руках у Вилли Би.
—Мне как-то неудобно, — замялся тот, но Тайрон поднял голову и устремил на него выпуклые черные глаза. — Вы уверены, что так будет лучше?
—По пути домой заверни к нам за его вещами. Ты только что получил еще один подарок на День отца[5].
—О да, самый лучший, — просиял Вилли Би. — Но если ты вдруг передумаешь...
—Папа! — Эйвери протянула руку и ласково почесала Тайрона за ухом. — Любовь есть любовь.
Это правда, мысленно согласилась Хоуп. Сегодня, теплым летним вечером, любовь царила повсюду.
После обеда мальчиков удалось отвлечь игрушками, которые Жюстина начала складывать в гостевой комнате — теперь уже она воспринимала ее не иначе как детскую.
Взрослые расселись на веранде, и Хоуп подробно описала богатую событиями ночь пятницы.
—Прежде чем мы обсудим, что все это может означать, я бы хотела спросить вас, Жюстина, следует ли нам придерживаться некоей строгой линии, рассказывать гостям про Лиззи или нет.
—По-моему, линия — это слишком узко. Действуй как прежде, то есть ориентируйся по обстоятельствам, смотри на каждого гостя и оценивай, стоит ли ему говорить о привидении и если да, то в какой мере. Лиззи впервые раз причинила беспокойство г о -стям отеля, — отметила Жюстина, — и, судя по всему, умышленно так поступила. Ей не понравилось, что кто-то был с тобой груб.
—А вот нечего нам грубить, — хмыкнул Вилли Би и почесал Тайрона под подбородком. Мопс удовлетворенно заурчал.
—Мы не вправе требовать от гостей, которые нам платят, хороших манер. Это лишь приятное дополнение. Мне приходилось сталкиваться и с более грубыми людьми.
—Сейчас речь не о Райдере, — подколол Бекетт старшего брата и улыбнулся, когда тот сделал страшное лицо.
—Полагаю, Лиззи делает определенные поправки на ситуацию. Я попросила ее быть более снисходительной.
—Ты опять с ней общалась? — осведомился Оуэн.
—И да, и нет. Я время от времени разговариваю с ней, хотя она не отвечает, кроме того случая в пятницу.
—Прямо сердце разрывается от ее слов, — негромко произнесла Клэр, — о том, что она тает.
—Тем не менее Лиззи редко грустит, у нее ведь есть надежда, — Бекетт улыбнулся Хоуп. — Эту надежду она питала еще до твоего появления. Не знаю, почему Лиззи упомянула Райдера. Он меньше связан с ней, чем я и Оуэн.
—С чего ты взял?
—Не помню, чтобы ты говорил о ней до того момента, когда она сыграла с тобой и Хоуп шутку в пентхаусе.
—Мы все провели в гостинице массу времени, и вместе, и по отдельности. Я неплохо с ней ладил, — пожал плечами Райдер. — Мы не мешали друг другу.
—Она тебе когда-нибудь являлась? — поинтересовался Оуэн.
—Чтобы ощущать присутствие Лиззи, необязательно ее видеть. Она невзлюбила Шона — помните плотника, которого мы наняли на работу в самом начале?
—Шона вообще никто не любил, особенно после того, как выяснилось, что он подворовывает материалы и халтурит на стороне, — заметил Оуэн.
—И впридачу волочится за женой Денни. Каким надо быть идиотом, чтобы клеиться к жене полицейского да еще старинного друга его работодателей? Притом что ей Шон был абсолютно до лампочки.
—Мы раскусили его гораздо позже, чем Лиззи, и уж потом только уволили. А она прятала инструменты Шона, бутербродницу, перчатки и все такое. Сперва я думал, он просто рассеян, но затем стал находить пропавшие вещи в старом подвале, куда он никогда не спускался. Все они были аккуратно сложены и пахли жимолостью.
—Выходит, Лиззи — более тонкий психолог, нежели мы, — сделал вывод Оуэн.
—Похоже, да. Иногда она пугала рабочих, но не всерьез, понарошку. И...
—Так-так, — Оуэн нацелил на брата указательный палец. — Ты о многом умалчивал.
—Не считал важным. Но поскольку мы углубляемся в вопрос... — Райдер опять передернул плечами, — тот раз, когда Лиззи заперла нас с Хоуп в пент-хаусе, был не первым. До этого произошел еще один случай, сразу после того, как Хоуп приехала в наш город и мама моментально взяла ее на работу.
—Чем доказала свое умение разбираться в людях, — вставила Жюстина.
—Ну, хорошо, хорошо, — неохотно согласился Райдер. — Возможно, я был слегка раздражен, что кого-то наняли за одну секунду, без предварительного обсуждения.
—Ты повел себя некрасиво, — напомнила ему мать. — Проявил грубость и упрямство.
—Разве это упрямство — высказать свое мнение? Грубым был, признаю. Но я ведь извинился. Тогда, наверное, я еще не остыл и решил вернуться в гостиницу, немного поработать. Дверь за мной захлопнулась, и я никак не мог ее открыть. Замков тогда не было, но эта чертова дверь все равно не поддавалась.
—Лиззи устроила тебе воспитательное мероприятие, — сказала Эйвери.
—Не перебивай. В общем, я чувствовал этот ее сладкий запах и бесился еще больше. Ни окна, ни двери не открывались. Она загнала меня в угол. — Райдер вдруг рассмеялся, коротко и легко. — С этим, хочешь не хочешь, пришлось считаться. А потом, — он посмотрел на Хоуп, — Лиззи написала твое имя на оконном стекле, в маленьком сердечке.
Хоуп удивленно заморгала.
—Мое имя?
—Да, в рамочке в форме сердца. И тогда я понял намек: ты ей понравилась, она хочет, чтобы ты была рядом, и мне лучше с этим смириться. Я, разумеется, был страшно зол, но с призраком ведь не поспоришь.
—И потому ты решил, что будешь хамить мне. «Передайте управляющей то, скажите управляющей это».
Райдер вновь пожал плечами.
—По этому поводу неудовольствия Лиззи не выражала.
—Ну-ну.
—Может быть, тебе следует поговорить с ней, — предложила Клэр. — Она ведь отдельно упомянула тебя, тем более что вы с Хоуп теперь... подружились.
—Пользоваться шифровальным кодом необязательно, — Жюстина посмотрела на Клэр, — но в твоих словах есть резон.
—Мне и живым-то сказать особо нечего, — усмехнулся Райдер.
—Попробовать все же стоит, — произнесла Хоуп. — Лиззи связана с тобой, с вами троими, — она обвела взглядом всех братьев. — Мы с Эйвери это уже обсуждали. Вы возродили к жизни гостиницу, где она обитает, и возникла связь. Вы и ваша мама отнеслись к дому Лиззи с заботой и любовью, согрели его, сделали красивым и тем самым помогли ей. Она сказала, что не умеет быть в другом месте, поэтому для нее очень важно, что за домом ухаживают, поддерживают его в порядке. Благодаря этому ее присутствие становится сильнее. Вы все трудились на строительстве гостиницы, но ты, Райдер, в буквальном смысле больше других приложил руку. Возможно, тебе Лиззи скажет то, чего не могла открыть остальным.
