Читаем без скачивания Беззумный Аддам - Маргарет Этвуд

Новое имя Зеба было Шет. Это Адам, знаток Писания, так пошутил: имя Шет означает «назначенный», как было прекрасно известно обоим братьям, ибо священную историю вдолбили им в головы намертво, словно зубилом по камню. Шет, он же Сиф — третий сын Адама и Евы, которого Адам назначил занять место убитого Авеля — не совсем мертвого, так как кровь его еще, видимо, была отчасти жива, ибо вопияла из земли об отмщении. Шет был предназначен заменить Зеба, ушедшего в дальние края и предположительно мертвого. А назначил его Адам. Обхохочешься.

Адам велел Зебу-Шету протестировать новый чат до приезда в «Здравайзер», а потом заходить раз в неделю, сигнализируя, что он еще жив. Поэтому назавтра, пробираясь кружным путем к агенту серого рынка, чтобы вставить отпечатки пальцев и сканы сетчатки в новые документы, Зеб выбрал первое попавшееся нет-кафе и прошел через «пруд с кувшинками» по маршруту, указанному Адамом. (В записке говорилось: «Выучить наизусть и уничтожить», как будто Зеб — полный идиот.)

Главным шлюзом была игра для биогиков под названием «Вымирафон». На главной странице было написано: «Вымирафон. Под наблюдением Беззумного Аддама. Адам давал имена живым тварям, Беззумный Аддам перечисляет тварей мертвых. Хотите сыграть?»

Зеб ввел кодовое имя, которое дал ему Адам («Белый Барибал»), и пароль («шнурки») и вошел в игру.

Она оказалась разновидностью старинной игры «Животное — растение — минерал». Один игрок давал туманные подсказки, а другой, пользуясь ими, должен был угадать вымерший вид — жуков, рыб, ящериц, растений и так далее. Перекличка погибших. Игра была заведомо нудная — даже сотрудники ККБ уснули бы от скуки, и к тому же они наверняка не знали ни одного ответа. Впрочем, если честно, Зеб тоже не угадал бы ни одного вымершего животного, несмотря на время, проведенное в «Медведелёте», и тонкие способы, используемые мехолюбами для самоутверждения. «Как, ты даже не слыхал про стеллерову корову?! Не может быть!» Еле заметная самодовольная улыбочка.

В общем, через пять минут «Вымирафона» любой уважающий себя какабэшник должен был убежать с воплями в поисках большой дозы алкоголя. Чудовищно скучная игра подходила для камуфляжа так же хорошо, как пустой взгляд: никто никогда не подумал бы искать тайник внутри столь явного прибежища открытых экофилов. Вместо этого ККБ будет прочесывать рекламу сисимплантов и сайты, где можно охотиться на диких зверей, не вставая со стула. Сто очков Адаму, подумал Зеб.

Неужели Адам сам разработал эту игру? Там написано, что игра ведется под его наблюдением. Но он же никогда особо не интересовался животными. Хотя, если подумать, он недолюбливал трактовку книги Бытия, принадлежащую преподобному — тот делал из Писания вывод, что Господь сотворил животных для единоличного использования и удовольствия человека, и, следовательно, человек имеет право уничтожать их как ему заблагорассудится. Значит, «Вымирафон» — проявление сыновнего бунта Адама против преподобного? Неужели Адам связался с экофилами? Может, он умственно переродился, обкурившись каким-нибудь вредным для мозгов галлюциногеном, и породнился с духами деревьев. Хотя маловероятно: рискованные опыты с веществами были характерны скорее для Зеба. Но с кем-то Адам связался, это точно — сам он никогда не создал бы такое.

Зеб шел дальше по дорожке. Он выбрал «Да», подтверждая готовность, и попал в диалог.

>>Добро пожаловать, Белый Барибал. Хотите играть в общую игру или на уровне гроссмейстера?

Зеб нажал кнопку «Гроссмейстер», ибо таковы были инструкции Адама.

>>Хорошо. Идите в игровую комнату. Беззумный Аддам будет вас ждать.

Дорога в игровую комнату оказалась непростой — пришлось петлять туда-сюда через пиксели, спрятанные в невинных с виду сайтах, в основном рекламных, хотя попадались и разного рода списки: «Десять самых страшных фотографий Деда Мороза», «Десять самых страшных фильмов ужасов за всю историю кино», «Десять самых страшных морских чудовищ». Зеб нашел портал в кривых передних зубах оскаленной рожи Деда Мороза, у которого на колене сидел перепуганный ребенок; перескочил на могильный камень в кадре из фильма «Ночь живых мертвецов» (оригинальная версия, не римейк), а оттуда наконец — в глаз целаканта. И оказался в комнате чата.

>>Белый Барибал, добро пожаловать в игровую комнату Беззумного Аддама. Вам сообщение.

Зеб нажал кнопку «Прочитать сообщение».

>>Привет. Видишь, работает. Вот координаты комнаты чата на следующий сеанс связи. А.

«Вот же чертов конспиратор, — подумал Зеб. — Он мне ни черта не скажет».

Он купил указанную одежду (во всяком случае, большую часть списка: круглые очочки и кроссовки с перепонками оказались выше его сил). Штаны и рубахи он освоил — запачкал едой, слегка потрепал, несколько раз прогнал через стиральную машину. Потом разбросал всю старую одежду по разным мусорным ящикам и постарался по возможности вытереть все свои биоследы в обшарпанной комнатушке «Звездного взрыва».

Расплатившись за жилье — совершенно не нужно, чтобы его искали еще и как злостного должника, — он пересек континент и оказался в Сан-Франциско. Там он, как было велено, явился в «Здравайзер-Западный», показал поддельные документы и выслушал заученную речь сотрудника, в чьи обязанности входило приветствовать новичков: «Здравствуйте! Мы рады, что вы теперь с нами, и сделаем все, чтобы вы чувствовали себя как дома!»

Никто даже не пикнул. Его ждали, его приняли. Как по маслу.

Ему выделили холостяцкую квартиру в жилой башне охраняемого поселка. Это были отнюдь не трущобы: красивые клумбы вокруг подъезда, бассейн на крыше, канализация и электричество работают, хотя интерьер квартиры отчасти спартанский. Но кровать была двуспальная — это вселяло надежду. Видимо, в «Здравайзере-Западном» от холостяков не требовали вести монашескую жизнь.

В высотном доме, где располагалось рабочее место Зеба, была столовая. Ему выдали карточку, по которой он мог выбирать любые блюда из меню в пределах отведенной суммы баллов. Еда была настоящая, а не мерзотная хавка скудными порциями, как в «Медведелёте». А в напитках присутствовал алкоголь — чего еще требовать от напитков?

Женщины в «Здравайзере» были деловиты и не теряли зря времени, которое можно потратить на работу; их трудно было развести на светскую болтовню, и Зеб догадался, что дежурные фразы-наживки на них тоже не сработают, так что нечего даже и пробовать. Но хотя Зеб пообещал себе, что будет осторожен в связях, ибо они вызывают лишние вопросы, он все же был не каменный. Две-гри женщины помоложе уже кидали заинтересованные взгляды на его бейджик с именем (те как раз вошли в моду в поселке), и одна даже спросила, не новенький ли он, потому что она раньше его не видела — впрочем, она и сама, можно сказать, новенькая.

Не почудился ли ему едва заметный изгиб плеч, предательское трепетание век? «Марджори», прочитал он на ее бейджике, стараясь не задерживать взгляд, поскольку бейджик висел на груди — впрочем, не особенно выдающейся: явные сисимпланты в «Здравайзере» встречались редко. У Марджори было тупоносенькое личико с карими глазами и общим выражением покладистости, как у спаниеля. В обычных обстоятельствах Зеб не упустил бы случая, но сейчас он лишь выразил туманную надежду, что они еще увидятся. Эта надежда стояла не на первом месте в списке надежд Зеба — первое место занимала надежда на то, что его не поймают, — но все же и не на последнем.

Зебу дали работу низового айтишника, офисного планктона. Ввод данных с помощью пакета нудных, но вполне работающих утилит для записи и сравнения различных фактоидов и охапок информации, выдаваемой гениями из лабораторий «Здравайзера». По сути, секретарь-машинистка, только с красивым названием. Не более того.

Обязанности были не слишком обременительны — он мог делать эту работу двумя пальцами одной руки, причем гораздо быстрее, чем от него ожидали. Менеджеры проектов в «Здравайзере» не особенно дышали в затылок — для них главное было, чтобы он укладывался в отведенные сроки. В оставшееся от работы время он беспрепятственно рылся в банке данных «Здравайзера». Он прогнал парочку своих тестов на безопасность — если кто-то пытается взломать сеть компании снаружи, об этом полезно знать.

Сначала он не заметил никаких тревожных признаков; но как-то раз, закопавшись поглубже, нашел что-то похожее на криптографический туннель. Зеб просочился через туннель, оказался снаружи пылающего кольца файрволлов, окруживших корпоративную сеть, и пробрался по кувшинкам в комнату чата «Вымирафона». Там его ждало сообщение: «Использовать только в случае необходимости. Не задерживайся надолго. Сотри все отпечатки». Он поскорей разлогинился и стер все свои следы. Нужно будет построить другой портал, ведь тот, кто пользуется этим, может заметить, что здесь прошел кто-то еще.