Источник успел наполнится наполовину за то время, пока я ехал от резиденции до квартала. Лёгкие, еле слышные шаги приближались, я сгруппировался, готовый ко всему.
Дверь неторопливо открылась, а я выставил руку на уровне шеи среднестатистического по высоте человека, хватая вошедшего. На пол что-то упало, послышался звон посуды, а нападающий под моей рукой жалостливо пискнул.
Разжав руку, я отпустил горничную. Простую, мать его, горничную!
Федя, приходи в себя! Как можно скорее.
Я даже не обратил внимания на Али, который лежал тут же, за кроватью у окна. Питомец не шелохнулся, отлично понимая, что врагов поблизости нет.
Девушка осела на пол, но уже через пару секунд, боязливо глянув на меня, стала на четвереньках собирать посуду. Принесла завтрак старая знакомая, веснушки и копна соломенных волос, простое домотканое платье. Только сейчас на ногах тёплые колготки, с небольшими заплатками на коленях.
Я сделал шаг назад, ища спиной стену, чтобы сползти по ней.
— Прости меня. — Я приложил немало усилий, чтобы не покраснеть.
Девушка ничего не сказала, продолжая собирать посуду.
Меня даже немного задело её молчание, я бы сказал, разозлило. Но чувство вины удерживало от резкости. Входная дверь снова скрипнула, в этот раз впуская человека, который не боялся меня разбудить.
Спальня не была заперта, поэтому Ганц сразу направился сюда.
— Фёдор Константинович, что произошло? — здорово удивился парень.
— Я принял собственную горничную за врага, — угрюмо признался я немцу.
Девушка смотрела на Ганца, а он начал говорить ей что-то на языке жестов. Фонвизин, ты дебил! Приносящая мне еду девчонка была немой. Она быстро-быстро закивала, стоило Ганцу закончить, и ушла, собрав всю посуду и стерев потёки каши.
— Я не знал, — замешкался я. — Извинись от моего имени.
— Понимаю, — кивнул парень. — Напряжение, вы столько всего пережили этой ночью. Я уже слышал, что произошло…
— Это не оправдание, Ганц, не для меня.
— Но вы тоже человек, господин.
— Впереди меня ждёт куда больше проблем, а значит, надо быть готовым, а не сбивать с толку приносящих завтрак девиц. Ты зачем пришёл, Ганц?
— Разбудить вас, если это не удастся Лине, — парень насторожился, но затем его взгляд наполнился пониманием. — Вы снова запамятовали, что вам сегодня вести лекции?
— Бес тебя подери! — выругался я, судорожно проверяя оповещения на сефероне. А затем с надеждой спросил парня: — От императора новостей не было, например, о моём увольнении?
— Нет, но пришло вот это.
Ганц протянул мне конверт с печатью империи, корона с пятью зубцами, а под ней укрытый забралом шлем. Ничего интересного, просто извещение о штрафе, его сумме, времени на исполнение.
Уверен, у отца сейчас на столе такой же.
Наверняка папа так и не ложился, сейчас думает, как побольнее укусить своего заместителя, Алфёрова. Кому-кому, а этим двум ещё работать вместе, но за них я не переживал, вояки всегда найдут общий язык.
— У нас проблемы? — задал вопрос, Ганц.
— Как и обычно, — улыбнулся я.
Завтрак накрылся, поэтому сегодня мне предстоит посетить академическую столовую. Ганц предусмотрительно нагрел воду в бойлере, чтобы я мог принять ванну. Душ сегодня — это расточительство, но это только пока.
В квартале шло восстановление водопровода, а значит, совсем скоро мы получим постоянное водоснабжение.
Закончив с процедурами, я осмотрел свой гардероб. Шкаф носил следы разрушения, это я прорывался до квартиры, переодевался и снова искал проблемы. Вещи, взятые из дома, почти подошли к концу, сегодня за ужином стоит переговорить с Генри, чтобы он привёз мне одежды.
Подобрав себе тёплую водолазку, пальто и простые брюки, я быстро облачился. На улицу выходил спустя каких-то двадцать минут, отсутствие сна можно было считать благом, в голове царила полная пустота, а тело делало всё на автомате. Нет остановок и тянущих время размышлений, только действия — и ничего больше.
Машина уже стояла у дома, заведённая и чистая.
Я с грустью вспомнил времена, когда можно было кататься без крыши, обгоняя ветер. Сейчас кабриолет тепло укрылся, приготовившись к русской зиме, но не стал от этого уродливее, лишь изменившись.
По Москве пролетел с ветерком, остановившись только у самой академии. Увы, но даже в основном городе второго кольца кофейни можно было посчитать по пальцам одной руки трёхпалого человека. Но у академии их было сразу три! Чертовски много.
Импорт кофе был относительно небольшим, за счёт его прихотливости и труднодоступности. Наши давно научились выращивать чай у себя, но вот вкус его был, честно говоря, не очень. Выращивали на юге, это позволяло обеспечивать нужды империи, хоть и не полностью. А вот элита могла заказывать себе спец. доставки напрямую из Индии и Бразилии.
Слышал, что кофейни на территории академии принадлежать Геннадию Ананьеву.
На парковке меня ждало разочарование. Все места были заняты, включая преподавательские. Хоть на автобусе добирайся, не иначе.
Бальзамом на душу пролился один факт, Анна Александровна опаздывала, и её место пустовало. Площадка была обтянута тонкой цепочкой, но когда нас останавливали такие трудности? Это же лучше, чем приглашение, примерно в два раза.
Я аккуратно поднял ограждения кинетической силой, загоняя машину в клетку. Вот ничего сложного, даже потренироваться в контроле успел, так было страшно уронить цепь на кузов своей малышки.
Покинул место преступления быстрым шагом, боясь быть застигнутым на месте.
С парочкой стаканов чуть горьковатого, но такого по-осеннему приятного напитка я поднялся по ступеням академии и наткнулся на жизнерадостную физиономию Алисы.
Вот же дьявольское отродье, не хватало только этой бестии. Девушка явно с заскоками, ну а кто в такой семье без них?
— Что ты сказал про мою семью?! — прошипела над ухом разъярённая фурия.
— Я что, сказал это в слух? — пробормотал я, осознавая очевидный факт. — И тебе доброе утро, Алиса.
— Потом поговорим! А сейчас меня попросили пригласить тебя в учительскую.
— А что ж сразу не император? Всего лишь его дочь… Никого другого не нашлось?
— Никто, кроме меня, в группе не хотел, — девушка обвинительно ткнула меня пальцем в грудь. — Они боятся!
— Наконец-то! — облегчённо выдохнул я.
— Что?! — поражённо уставилась на меня Алиса.
— Ну, я специально инициировал нападение на мой дом, чтобы убить целый род, — завелся я. — Который какого-то беса решил, что со мной можно обращаться как с куском дерьма…
— Вообще-то, они боятся после случая со студентом, которого ты вытащил на прорыв, — как-то странно посмотрела на меня Алиса.
— Всего-то?! — настала моя очередь удивляться. — А я хотел ввести это в практику.
— Кофе для меня? — решила сменить тему девушка.
— Нет, — отрезал я, принимаясь за второй стакан. — Веди.
Глава 21
Алиса привела меня к дверям учительской, где я под ее прожигающим взглядом вошёл внутрь. Девушка резко развернулась, отчего её волосы взметнулись тёмными язычками пламени.
Пожав плечами, я скрылся в учительской. Вот уж не думал, что рафинированные маги испугаются маленького урока. План обучения, который пока не до конца образовался в моей голове, стремительно обрастал новыми и новыми подробностями. Стоит посочувствовать студентам, дальше будет только сложнее.
И зачем меня позвали на собрание учителей? Может, решили проехаться по ночной истории, а они вообще знают что-то? Наверняка да.
Я неосознанно вернулся к воспоминаниям, прогоняя в мозгу всё увиденное. Сами собой сжались кулаки, буквально до хруста. Вот Ольга, вот лиса, ловко всех провела, всё-таки недооценили Романовых.
Господа профессора сгрудились за продолговатым столом, во главе которого сидел Дмитрий Андреевич, сложив руки в замок. Преподаватели тихонько переговаривались, а я, удостоившись короткого взгляда, занял свободное место.
