— Бесишь меня, — вздыхает и вдруг, взбешенно кидает одежду на пол. И смотрит на нее пустым и долгим взглядом.
Я тоже веки опускаю и оцепенело смотрю на сваленную кучу.
Странно как-то.
— Голодная?
— Очень…
Голову поднимает, вперев глаза в меня. А я в нее.
— Иди на кухню, ставь чайник, — говорю мягко. — Я пойду что-нибудь надену и приду к тебе, хорошо?
— Ой, какой ты вежливый стал, прям не узнать, — насмехается она, а я молчу. — Разберусь, не переживай, Маркушенька!
Поворачивается и идет в сторону кухни, сложив руки на груди. А я поднимаюсь наверх.
Прохожу сразу в ванную и включаю воду в душевой кабинке. Раздеваюсь полностью. Залезаю под горячую струю и прикрываю глаза, опираясь лбом к стеклу.
Ощущение разбитости. Такое чувство, что успел выспаться, но в тоже время как-то пусто и не ясно. Не ясно, что происходит. Въедливая усталость вбивается в каждую клеточку.
Не настраиваю воду, лишь гель вспениваю и хорошенько трусь, приходя в себя.
Прикрываю глаза и Бум!
Бум, бум, бум!
По стеклянной дверце душевой кабинки остервенелый стук, отчего я знатно офигеваю.
Что за…?
Я поверю, что ко мне поднялся тот самый чертов гном, но точно не сама Лиза осмелится постучать, пока я моюсь.
По стенкам стекают капли и от пара кипятка все стекла запотели, поэтому ничего не видно.
Не уверен, но вдруг, что-то плохое произошло?
Сделав напор поменьше, приоткрываю дверцу, и наблюдаю, как тонкие пальчики тут же вцепляются в ее край и настойчиво отодвигают шире.
И я как на ладони.
Глазами сталкиваюсь с глазами той самой отважной птички. Абсолютно спокойной, к слову.
— Привет, — мямлит, покрываясь какими-то красными пятнами. — А ты не говорил, что в душ пойдешь…
Описать степень моего ох… удивления сложно. Я тупо пялюсь на нее и молчу. Даже моргать перестаю. Кажется, разучился.
Лиза же смущенно отводит глаза, одной рукой бесконечно поправляя волосы, а другой крепко вцепившись в дверцу. Рассматривает кафель в ванной. Потом — потолок. Затем, очерчивает взглядом кабинку, которая становится прозрачной, потому что пар постепенно исходит на нет. Потом, переводит глаза на мышцы грудной клетки, по которым стекает пена. Хорошо, хоть ниже не ведет, не замечая моей незамедлительной реакции на ее появление в таком интимном месте.
— Ты прочитал, что там написано? — кивает.
Я опускаю глаза. На грудной нарисованы полу-размытые сердечки, пронзенные стрелой.
Беззвучно хмыкаю. Мило.
А еще какая-то надпись, которая уже стекает темными разводами по коже. Не успел прочесть. Интересно, что там было, но особого значения не придаю.
Если честно, я по-прежнему в афиге и не моргаю уже… сколько минут? Давно, короче. Возможно, я побил всемирный рекорд.
Не отвечаю ей. Молчу. Вероятно, я еще и говорить разучился.
И двигаться.
Да и оглох слегка. Только ее голос слышу и все, и то, как-то размыто. Будто вакуум вокруг нас появился.
Может быть она догадывается, что я не прочитал. Понять ее эмоции от этого прямо сейчас не могу. Потому что жгучие порочные фантазии в моей голове не дают мне вообще что-либо разглядеть.
Я просто расширяю глаза чуть сильнее и продолжаю смотреть на Синичку. А она на меня.
При этом багрянец на ее коже расползается все дальше. Уже на шею перешел. Не знаю, аллергия, может, какая?
— Эээ… — хихикает. Не похожа на себя вообще. — А что мы будем есть? Давай закажем пиццу или… — сглатывает, — рано еще. Доставка не работает… приготовить омлет? Я не особо хорошо готовлю… — отворачивается и чувственно облизывает свои губы, отчего у меня вообще помутнение рассудка происходит.
Поворачивается обратно и проводит по мне долгим заинтересованным взглядом. По всем частям тела.
Мля, абсолютно по всем.
Где-то на середине закашливается, краснеет еще сильнее. Ей точно надо что-то от аллергии.
Блин, мне просто интересно, когда я уже начну моргать?
И почему я стою на месте? Никогда такого не было. Вот же добыча, сама в руки пришла, забирай. Я дебил или что? Как будто впервые в жизни девчонку увидел…
Парализовало меня по ходу.
Соберись, соберись, соберись.
Очнись!
Это же Синичка. Откровенно глядит на меня. В душе. То в постель ко мне залетела, то в душ. А я как муфлон, стою и смотрю.
Нормально, че.
Самое время сказать «Меее»
Глазами врезаемся. Молчим. Она продолжает держать дверь.
Ненормальная…
Нет, это я ненормальный.
Я же ее хочу. И вот она. Бери.
Бери же.
— Синичкина… — сиплю таким низким охрипшим голосом, будто и не я вовсе.
Будто спал затяжным сном часов тридцать беспрерывно.
Блин, я че смущаюсь типа?
Да ну… нет… Нет. Не может быть.
Никогда…
Это явно не норма.
— А… да, это я… — кивает глупо и улыбается. — Просто, мне нужно было убедиться, что ты не прочитал. Я пойду тогда?
Отступает на шаг. А я молчу.
Почему я молчу?
— Лиззи…
— Я пойду. Можно?
— Нет.
— Ааа, — опять кивает быстро, шумно втягивает воздух и резко захлопывает дверь кабинки прямо перед моим носом.
И меня резко оглушает звук душа.
И больше ничего.
И я опять прислоняюсь лбом к стеклу. Кипяток стекает, а я не чувствую.
Кажется, и без того сгораю.
Ладно. Я дебил.
Нет, больше я ее не отпущу.
Возьму все, что мне причитается.
Ее всю.
Щас выйду и хана ей!!!
Только моргать научусь…
Глава 35
Волшебная лопатка
— Ладно, ну что я оладьи не смогу приготовить? Сколько я тренировалась у Михайловой, опыт же есть, — разогреваю сковороду, трясущимися
