белой чашке.
Девушка достала две первые попавшиеся стеклянные баночки с притертыми крышками. В одной были скрученные темные пахучие листочки черного чая. В другой яркие душистые корочки мандарина.
Дора прочитала этикетки, и поняла, что для утреннего чаепития они подходят как нельзя лучше.
Насыпала скорее в заварник, который, казалось, только того и ждал. И по кухне разнесся легкий цитрусовый аромат, приправленный теплой горчинкой черного чая.
Леон сглотнул в предвкушении, а Дора по-хозяйски налила ему в высокий бокал желтоватого стекла только что приготовленный напиток.
Пили они в молчании, каждый глядя в свою чашку.
И только изредка косясь глазом друг на друга. Но стоило только им неожиданно встретиться глазами, как оба скорее отводили их в сторону и делали вид, что ничего не было.
Глава 41
Дора поднялась в свою комнату и скорее сменила старые стоптанные домашние туфли на красные дорожные башмаки.
— Ого! — удивилась девушка и потрясенно уставилась на совершенно гладкую пятку.
Мозоли как не бывало.
— Так быстро прошла, удивительно! — Дора с недоверием потрогала гладкую розовую пяточку, хмыкнула и натянула чулочки.
Надела красные башмаки, притопнула в предвкушении ножкой и понеслась вниз, благо ничто уже не мешало.
— Леон, я готова! — крикнула она и завертела головой в поисках мага.
Чокнутый маг, который напоминал чокнутого все меньше и меньше, отозвался почти сразу:
— Минуту, леди, — и быстро сбежал вниз как заправский акробат, не держась за перила.
Его темные волосы взметнулись волной и упали локонами на широкие плечи, обтянутые все тем же камзолом цвета морской волны.
Этот тон шел магу несказанно, оттеняя яркие зеленые глаза и привлекая внимание к четко прорисованной линии обычно искривленных в ядовитой усмешке губ.
Но сейчас никакой ядовитой усмешки на его лице не наблюдалось.
Дора неожиданно смутилась и отвела глаза. Маг же сглотнул и остановился буквально в полуметре он нее:
— Прошу извинить, — пробормотал мужчина, ощутимо и засунул руку в карман камзола.
Вытащил небольшой кошелек темной кожи, весь исписанный рунами.
— Держите, — он протянул его Доре. Тут хватит на все.
Дора ахнула.
— Леон, простите…Одну минуту! Я сейчас, — и стремглав кинулась к себе.
— Ну что со мной творится, а? С пустыми руками собралась, — девушка начала копаться в саквояже, и откуда-то из глубины вытащила наконец небольшую красную сумочку.
И не то чтобы у Доры была в ней какая-то надобность. Карманы ведь в дорожном платье были глубокие и надежные. Да не устояла девичья душа. Тем более, что сумочка так подходила по цвету к башмакам! И Дора взяла. Правда, в тот раз ей пришлось обойтись без ужина.
Но сумочка того стоила. Да и вообще, что это за девушка, более того, лицензированный бытовой маг, без такого вот предмета туалета?
— Вот и пригодилась! — довольно подумала Дора, погладив мягкую красную кожу. Закинула сумочку на плечо — новая модель, между прочим! — и поспешила вниз.
— Все, я готова! — отдышавшись, сказала девушка и засунула кошелек в сумочку.
Леон только хмыкнул. Сумочка на него не произвела особого впечатления.
Наоборот, он весьма сомневался в ее надежности.
Зато не сомневался в надежности кошелька. Руны-то на нем заговоренные. И от кражи, и от потери.
Дора поправила волосы, скрутив наконец косу на затылке, и надела свою желтую шляпку. Вот шляпка эта маленькая была ей очень к лицу, правда, придавая вид несколько залихватский. Но зато сразу было видно — вот идет маг. Правда, перо зеленое Дора в этот раз прикреплять не стала. Раз она сейчас в домохозяйках, то нечего афишировать свою принадлежность к бытовым магам.
Стоило только ей подойти к входной двери, как та широко отворилась, даже не скрипнув.
Девушка улыбнулась:
— Что, выпускаешь меня?
Она погладила бронзовую ручку, которая вдруг мягкой змейкой обвила ее запястье, ластясь как котенок.
— Я скоро приду, обещаю, — прошептала Дора и змейка тотчас стала обычной дверной ручкой.
Девушка вышла из особняка и вдохнула полной грудью свежий утренний воздух. Вдохнула и зевнула. Все-таки такой ранний подъем был для нее непривычен. Дора была по натуре своей скорее совой, и в Академии весьма страдала от того, что приходилось вставать на занятия в семь утра.
В семь!
Ужас.
Особенно если она легла ближе к часу ночи. Ну, а как раньше-то? Раньше никак. Пока домашку сделаешь. Пока в лавке зеленщика отработаешь. Пока вернешься в общежитие. Лавка-то в самом центре Милева находилась. Доре повезло. Товар там был редкий. Дорогой. Ну, а раз в самом центре, то покупателей хватало, финансами не обиженных. Правда, до Академии приходилось добираться целых сорок минут в один конец. Пешком, к сожалению.
Для девушки, имевшей собственный выезд, это было мало того, что непривычно, так еще и тяжело. Ну не привыкла она к таким вот физическим нагрузкам.
— Ниче, Дорка, — бывало, говорила ей соседка по комнате. Лия, девушка из простого сословия, у которой совершенно неожиданно обнаружилась приличной силы магия. Странно, конечно. Обычно-то магия была визитной карточкой аристократии. Да и стала эта аристократия аристократией именно потому, что имела магию.
Поэтому Дора как-то сразу поняла, что не такого простого рода Лия. Наверняка внебрачная дочь какого-нибудь аристократа, не сумевшего сдержать себя в руках. Дора маму-то Лии видела. Красавица необыкновенная!
— Зато спать будешь как убитая
Права была Лия. Спала Дора именно как убитая.
Девушка улыбнулась и потянулась, глядя вокруг. А вокруг был заросший заброшенный сад. Старые ели чуть поводили ветвями, отряхая желтые иголки, будто прихорашиваясь.
Раскидистые яблони протягивали узловатые ветки с уже отцветшими цветами.
Вокруг же колосилась высокая зеленая трава, скрывавшая стволы чуть не до половины.
— Ничего, — прошептала Дора. Улыбка засияла на ее лице, — и до тебя руки дойдут.
Тут же поднялся легкий ветерок и
