— Слушаюсь.
Элен поспешно вывела Марка из тактического центра, пока Куин не надумала для пущей безопасности связать его.
Клонов разместили в трех грузовых отсеках, очищенных на скорую руку от всякого хлама: в двух — мальчиков и в одном — девочек. Нырнув следом за Ботари-Джезек в мальчиковый отсек, Марк осмотрелся. На полу три ряда спальных мешков — очевидно, с «Ариэля». В одном углу установлен переносной сортир, в другом — переносной душ. Наполовину тюрьма, наполовину лагерь беженцев, теснота… Марк шагал по проходу, сопровождаемый враждебными взглядами клонов.
«Проклятие: ведь я же освободил вас! Вы что, не знаете, что это я вас освободил?»
Конечно, все вышло не так, как он ожидал. Той страшной ночью, когда они сидели в осаде, дендарийцы не скупились на угрозы. А как еще они могли усмирить своих подопечных? Теперь некоторые клоны спали, другие постепенно приходили в себя после парализатора. Дендарийка медик ходила по отсеку, оказывая первую помощь и утешая перепуганных детей. Напряженная тишина. Скованность. Никакого ликования, никакой благодарности.
«Если они поверили нашим угрозам, почему же они не верят нашим обещаниям?»
Даже те мальчишки, которые только что с энтузиазмом помогали дендарийцам во время сражения, смотрели на Марка с явным недоверием.
Марк остановился рядом с белокурым мальчуганом и присел на корточки. Ботари-Джезек ждала, молча наблюдая за ними.
— Все это, — Марк неопределенно махнул рукой, — временно. Понимаешь? Все будет хорошо. Мы вас увезем отсюда.
Мальчик отодвинулся от него, закусил губу и с подозрением спросил:
— Ты — который?
«Живой», — чуть было не ответил Марк, но, поймав взгляд Элен, вовремя сдержался.
— Это не важно. Мы все равно вас отсюда вытащим.
«Вытащим ли?» У него больше не было никакой власти над дендарийцами, а уж тем более над барраярцами. А ведь Куин сказала, что теперь они направятся именно к барраярцам. Марку стало очень не по себе. Поднявшись, он направился в отсек к девочкам.
Оборудован отсек был так же — спальные мешки, туалет, душ, но, поскольку девочек было всего пятнадцать, здесь казалось просторнее. Дендарийка, раздававшая упаковки с едой, стояла спиной, но не узнать ее невозможно. Таура. Чтобы не казаться такой пугающе большой, Таура опустилась на пол и села по-турецки. Девочки смотрели на нее без страха, с нескрываемым любопытством. Из всех дендарийцев только Таура, даже в самые трудные моменты, ни разу не повышала на них голос. Теперь она напоминала сказочную героиню, которая пытается подружиться с дикими животными.
Причем весьма успешно. Заметив Марка, две девочки спрятались за спину Тауры и уставились на него, чувствуя себя в безопасности. Таура, нахмурившись, посмотрела на Ботари-Джезек. Элен быстро кивнула:
«Все в порядке. Он со мной».
— Н-не ожидал вас здесь увидеть, сержант, — пробормотал Марк.
— Я сама вызвалась присматривать за ними, — решительно ответила Таура. — Не хочу, чтобы к ним приставали.
— Это… может стать проблемой?
Пятнадцать красивых девственниц… Да, пожалуй.
«Пятнадцать. И один девственник», — прозвучал у него в голове чей-то насмешливый голосок.
— Теперь — нет, — сказала Элен.
— Хорошо, — еле слышно отозвался Марк.
И тут он увидел ту самую платиновую блондинку: девочка спала на боку, и розовая пижамка туго обтягивала ее не по годам пышное тело. Смутившись, Марк опустился на колени и укрыл ее одеялом до подбородка, невольно коснувшись шелковых волос. Он виновато взглянул на Тауру:
— Она уже получила синэргин?
— Да. Пусть теперь поспит. Когда проснется, ей станет лучше.
Марк взял поднос с едой и поставил его рядом с блондинкой — пусть поест, когда проснется. Дышала она медленно и ровно. Марк почувствовал чей-то взгляд: сзади на него злобно смотрела та, темноволосая. Он поспешно отвернулся.
Тем временем Элен, завершив инспекцию, вышла в коридор. Марк покорно поплелся следом. Заметив охранника, вооруженного парализатором, Элен остановилась.
— …с широким рассеянием, — донеслось до Марка. — Сначала стреляй, а задавать вопросы будем потом. Они все здоровые, так что, я надеюсь, скрытых пороков сердца можно не опасаться. Не думаю, чтобы они причинили много хлопот.
— За одним исключением, — вмешался Марк. — Там есть такая темноволосая девушка — стройная, смуглая, очень заметная… Похоже, ей как-то по-особому промыли мозги. Она… ну, не совсем в своем уме. Будьте с ней осторожны.
— Есть, сэр, — автоматически отозвался рядовой, но тут же, опомнившись, посмотрел на Ботари-Джезек. — Э-э…
— Сержант Таура подтверждает эту информацию, — сказала Элен. — И в любом случае ни одна из них не должна свободно бродить по кораблю. Они ничему не обучены. Их невежественность может оказаться еще опаснее, чем враждебность. Это не почетный караул. Будь начеку.
Элен быстро пошла вперед, Марк, стараясь не отставать, припустился за ней.
— Ну? — спросила она наконец, — наше обращение с клонами одобрено?
Марк не понял, есть ли в ее словах ирония.
— Лучшего для них сейчас никто не мог бы сделать. — И, не сдержавшись, выпалил: — Проклятие, это несправедливо!
Элен, не замедляя шага, вопросительно подняла брови:
— Что несправедливо?
— Я их спас… ну, то есть я хотел сказать, мы их спасли… то есть вы… а они на нас смотрят, как на злодеев. Словно мы изверги какие-то, похитители, чудовища! Даже не рады совсем!
— Может… придется удовлетвориться тем, что ты просто их спас. Требовать, чтобы они этому радовались, — это, возможно, чересчур… герой ты наш.
Теперь в ее голосе явно звучала ирония, но почему-то совсем лишенная презрения.
Казалось бы, гораздо естественнее была бы благодарность. Доверие. Признательность. Хоть что-то!
— Доверие? — тихо переспросила Элен.
— Да, доверие! По крайней мере хоть от некоторых! Неужели ни один из них не понимает, что мы говорим правду?
— Они довольно сильно травмированы. На твоем месте я многого бы не ждала — пока у них не появится возможность увидеть какие-то доказательства. — Элен замолчала, остановилась и повернулась к нему. — Но если ты когда-нибудь придумаешь… придумаешь, как добиться доверия от невежественного, травмированного, глупого ребенка-параноика, то скажи Майлзу. Ему бы очень хотелось это знать.
Марк тоже остановился.
— Это… вы это обо мне? — переспросил он.
Элен, глядя куда-то мимо него, с горечью улыбнулась.
— Вот ты и дома. — Она кивнула на дверь его каюты. — Оставайся там.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
