Читаем без скачивания Абсолютный враг - Андрей Ливадный

«Раптор», «Ворон» и «Апостол», сближались с «Разрушителями», тревожа их постоянными ракетными запусками, поддерживая у механоформ иллюзию эффективного противодействия.

Главный калибр фрегатов молчал.

Еще несколько секунд — и произойдет неизбежное столкновение с кристаллическим щитом, а затем, если человеческие корабли прорвутся через преграду, их встретят залпы плазмогенераторов.

Столкновение не произошло.

Фрегаты, озарившись пламенем корректирующих двигателей, вдруг начали сложный маневр уклонения. К этому моменту мнемоники артиллерийских палуб, работающие с картами распределения энергий, уже выделили из общих сигнатур вражеских кораблей подсистемы, управляющие кристаллами, дав точные целеуказания установкам электромагнитных гаусс-орудий.

Первым открыл огонь «Раптор».

Электромагнитные гаусс-орудия [46] носовой полусферы разряжались короткими очередями. Тонкие трассы и яркие вспышки попаданий обозначили заранее спланированную систему в работе артиллерийских комплексов: первый снаряд очереди представлял собой раскаленную металлическую болванку, внутри которой была заключена капсула с таугермином [47]. Соприкоснувшись с частицами кристаллического щита, снаряд разрушался; направленная полусферой взрывная волна, несущая фрагменты расплавленного металла, на доли секунд расчищала «окно», в которое успевали проскочить два следующих боеприпаса очереди, нацеленные на конкретную подсистему вражеского крейсера.

Кристаллические щиты исполинов мгновенно покрылись сотнями округлых прорех, по массе составляющих преграду частиц пробегали зримые кольцевые искажения, а спустя несколько секунд в броню «Разрушителей» ударили достигшие целей гаусс-снаряды: в ореоле ярчайших вспышек в космос вдруг начали извергаться тонны раскаленных от взрывных соударений мельчайших осколков обшивки, одна за другой выходили из строя электромагнитные установки, управляющие упорядоченными построениями кристаллов, и те вдруг начали хаотичное движение, рассеиваясь в пространстве, сбиваясь в плотные группы, закручиваясь замысловатыми спиралями…

Казалось, судьба вражеского флота предрешена. Потерявшие управляемость кристаллические щиты блокировали крейсерам противника все секторы обстрела, кристаллы, вышедшие из-под контроля, клубились вокруг «Разрушителей», не позволяя им маневрировать или применять бортовые системы вооружений, истребители механоформ, оставшись без поддержки, оказались один на один с системами противокосмической обороны «Воргейза», а «Раптор», «Ворон» и «Апостол», не получив серьезных повреждений, продолжили заранее выверенный атакующий бросок.

Войдя в зону кристаллических скоплений, они включили курсовые дефлекторы [48], сжигающие находящиеся по ходу движения частицы, и плавно изменили курс — теперь по противнику работали орудия боковых полусфер, очереди гаусс-снарядов стали длиннее: фрегаты буквально извергали огонь, нанося чудовищные повреждения трем «Разрушителям» и двум подтянувшимся к зоне столкновения кораблям прикрытия, собранным, в основном из модулей лазерных батарей.

Адмирал Мищенко, несмотря на бесноватые атаки вражеских истребителей, которые с потерями отражали зенитно-ракетные комплексы «Воргейза», чувствовал, что наступает перелом, фрегаты вот-вот завершат свой уничтожающий бросок…

Еще никогда Дмитрию Сергеевичу не приходилось столь жестоко заблуждаться в интуитивном предвидении развития ситуации.

Пять кораблей противника, не выдержав атаки фрегатов, внезапно начали расстыковку составляющих их сегментов.

Те модули, что оказались фактически разрушены огнем фрегатов, всего лишь отделились от стержневых конструкций, начав неуправляемый дрейф, но большая часть сегментов успешно задействовала собственные автономные двигатели, начиная перестроение.

Расположение объектов, отмеченных активными маркерами на мониторах тактической системы «Воргейза», стремительно менялось.

Восемнадцать «Сеятелей» (ровно половина сегментов, составлявших три «Разрушителя»), маневрируя под огнем, стремительно вышли из-под удара, образуя цепь. Расстыковавшиеся вслед за ними два корабля поддержки разделились еще на два десятка автономных объектов: модули лазерных батарей перестроились, образуя прикрытие, три сегмента, опознанные как «управляющие вычислительные центры», ушли вглубь построения, скрывшись за клубящимися, неуправляемыми облаками кристаллов, уцелевшие истребители Роя, прекратив атаку на «Воргейз», устремились назад, к зоне переформирования вражеского флота.

Над условной плоскостью эклиптики, выше угасающего активного щита, в течение минуты возникла цепь «Сеятелей», с фронтом в сто двадцать километров, над ними, образуя лесенку, уступами расположились автономные модули лазерных батарей, истребители еще не подтянулись, но управляющие сегменты уже координировали действия новой формации: в пространстве полыхнули два плазменных залпа, нацеленные в борт только приступившего к маневру боевого разворота «Раптору».

Первый удар сжег миллионы клубящихся в пространстве кристаллических частиц, освободив «Сеятелям» секторы обстрела, второй настиг фрегат Элианской эскадры: более сотни плазменных сгустков преодолели электромагнитные щиты, «Раптор» на несколько мгновений как будто объяло жидким пламенем. Между надстройками космического корабля ударили ветвистые, похожие на молнии разряды, внешний слой боевых отсеков из-за воздействия сверхвысоких температур и размягчения бронепокрытия корпуса подвергся взрывной декомпрессии. Вихрящиеся облака мгновенно кристаллизующегося газа, расплавленные и тут же отвердевшие брызги керамлита, обломки различных устройств, выброшенные в космос воздушными потоками, практически скрыли фрегат, лишь кое-где сквозь клубящуюся завесу можно было увидеть зеленоватое сияние автоматически включившихся суспензорных полей…

— Связь с Нечаевым! — Мищенко на глазах которого погиб фрегат, не поддался шоковому ощущению, он был обязан продолжать руководить эскадрой, и фраза, невольно вырвавшаяся у него, стала лишь отзвуком десятков мысленных приказов передаваемых адмиралом через имплант.

Выверенный, смоделированный, заранее оцифрованный план боя рушился, автоматика на мгновение вошла в ступор, продолжали работать лишь исполнительные подсистемы, не связанные с тактическими комплексами.

— Вторая, четвертая эскадрильи, выход из режима «Тень»!

«Стилетто» мгновенно проявили себя — машины, отключив фантом-генераторы, словно материализовались в пространстве, — следуя курсом атаки, они огибали «Раптор» отвлекая внимание противника от двух фрегатов, завершающих боевой разворот.

— «Воргейз» — маршевое ускорение, боевой курс на прикрытие фрегатов и атаку «Сеятелей»!

Флагман Элианской эскадры, вздрогнул от носа до кормы, вбирая импульсы основных и корректирующих двигателей.

— Нечаев на связи!

— Саша, докладывай! — Голос адмирала едва не сорвался.

— Внешний слой отсеков разрушен. Повреждено энергоснабжение. Уцелевшие огневые точки перешли в автономный режим!

— Экипаж?!

— Выясняю!

— Выйти из боя своими силами сможешь?

— Потерял тягу. Иду в режиме дрейфа.

— Все силы на борьбу за живучесть! Продержись!

Внешний слой отсеков фрегата был уничтожен, но корабль не прекращал сопротивления. Мнемоники, руководящие боевыми подсистемами, находились на уровне третьей палубы, не граничащей с обшивкой. Сейчас основной проблемой для офицеров «Раптора» стала цепная реакция мелких технических неполадок. Нельзя допустить, чтобы сорвалась лавина техногенной катастрофы, которая способна уничтожить корабль изнутри.

Мищенко цепким взглядом обежал голографические экраны, впитывая общую картину боя.

«Стилетто» двух эскадрилий уже вступили в бой в «Сеятелями», взламывая их построение, «Ворон» и «Апостол», завершив маневр, легли на новый боевой курс, два авианосца механоформ отошли на дистанцию в пять световых секунд, принимая на борт поврежденные истребители Роя. Пять базовых кораблей противника (три постановщика гиперсферных помех, координационно-вычислительный центр, и штурмовой носитель) в результате боевого маневрирования оказались на правом фланге эскадры. В данный момент их скрывали облака обломков и скопления уже не управляемых кристаллических частиц.

Ниже плоскости эклиптики двигалась третья эскадрилья «Стилетто», машины которой были сконфигурированы по схеме «штурмовик», — последний резерв адмирала.

«Воргейз», продолжая ускоряться на маршевой тяге, вел беглый огонь по истребителям механоформ, орудия главного калибра крейсера и поднятые над обшивкой тяжелые платформы плазмогенераторов были готовы нанести удар по новому построению вражеских модулей, как только флагман эскадры окажется на позиции между «Раптором» и противником, прикрыв дрейфующий среди обломков фрегат своей защитой.