Спустя минут десять подошла еще группа культиваторов под предводительством Алэно. И у каждого из пришедших было какое-то оружие на виду.
Почти одновременно с ними приблизились девушки из Небесной Музыки. Многие из них, включая их старейшину, одеты были очень откровенно. Рядом шумно сглотнул Конрадо, разглядывая девушек. И болезненно скривился, когда получил по голове от стоявшей рядом Вероники.
— Не позорь нас! — прошипела она.
Сильвио же почти не обратил внимание на эту забавную сцену. И даже толпа весьма соблазнительных девушек оставила его равнодушным — он был занят совсем другим: постоянно используя "пульс", пытался распознать силу участников, одновременно с этим запоминая "оттенки" силы, характерной для каждой секты.
Группа из секты Темного Света оказалась самой отличающейся в этом плане — их энергия отчетливо ощущалась чем-то злым где-то на подсознательном уровне.
Энергия Детей Камня неуловимым образом напоминала землю, камни. Гораздо сильнее, чем знакомые Сильвио культиваторы, специализировавшиеся на техниках земли.
Культиваторы из Длинного Меча, и Небесной Музыки наоборот, ощущались максимально нейтрально. В них было все понемногу...
Очнулся от своих исследований парень лишь тогда, когда первые участники соревнований начали подходить по одному к этой конструкции.
— Хильда, Темный Свет, — торжественно объявила невысокая, рыжеволосая девушка-культиватор, и прикоснулась к торчавшей ручке из непонятного материала. Почти сразу одна из колб взбурлила, и показалась тоненькая струйка синего пара возле одной из отметок на толстой трубе.
— Возраст — тридцать девять лет, — констатировал Кристобаль, и сделал отметку в свитке, который держал в руках. Тут же следующий участник подошел:
— Калеб, Дети Камня.
После того, как он положил руку, вырвалась струйка зеленого пара, сантиметров на пятнадцать выше.
— Возраст — сорок лет, — распорядитель отметил еще одного участника.
Через несколько участников:
— Пиа, Божественный Дух, — это одна из двух девушек, состоящих в "большой семерке", вышла для измерения возраста.
— Сорок три года, — констатировал Кристобаль, вновь отмечая в свитке.
Вперед, тяжело ступая, вышел массивный парень-культиватор:
— Дети Камня, Олли, — представился он, ложа руки на измеряющее устройство.
Но несколько секунд ничего не происходило. Люди начали переглядываться.
— ... Он сломался? — послышался тихий шепот откуда-то из задних рядов.
Внезапно с самого верха конструкции полыхнуло багрово-красной струей дыма.
— Больше пятидесяти. Не может участвовать, — проронил распорядитель, резким движением перечеркивая в свитке имя участника.
Шумно выдохнул старейшина из Детей Камня, и ожег злобным взглядом этого участника.
— Минус один, сразу, без борьбы, — послышался злорадный голос Нилды.
— Давайте продолжать? — миролюбиво предложил Кристобаль.
Пока старейшины переглядывались, невесомо ступая, вперед вышла закутанная в шелковую накидку девушка.
— Элуаза, Небесная Музыка.
Дождавшись новой фиолетовой струйки дыма из измерительной конструкции, распорядитель прокомментировал:
— Тридцать семь лет.
Еще один участник вышел из общей толпы. Высокомерно оглядев остальных, он как-то коварно ухмыльнулся, и положил руку на измерительную конструкцию.
-... Э-э-э... сорок девять лет, и десять месяцев, — что-то посчитав на пальцах, прокомментировал Кристобаль.
— Брунс, Темный Свет? Надо запомнить, — беззвучно пробормотал себе под нос Сильвио. Мало того, что он был самым старым, так и еще судя по ощущениям от пульса — сильнейшим среди всех участников. Постепенно, пока участники подходили и показывали свой возраст, Сильвио заметил интересную особенность — всем участвующим было больше тридцати пяти. При этом в его родной секте нормальными культиваторами считали только тех, кто успевал достичь каменного ранга до двадцати пяти лет. Почему тогда не было моложе участников? Ответ, наверняка, прост — чем больше возраст — тем больше опыт, а с ним и реальная сила в сражении.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Заметив, что количество участников, еще не прошедших оценку, стало совсем небольшим, парень тоже вышел вперед.
— Сильвио, Божественный Дух, — и прикоснулся рукой к устройству.
Ярко-желтая струйка дыма просочилась на короткое мгновение забила из середины конструкции.
— Двадцать восемь лет, — удивленно произнес распорядитель.
— Дожили! У Божественного Духа так плохо с кандидатами, что уже тащат любых сопляков для количества... — пробормотал кто-то из толпы уже прошедших тестирование культиваторов.
Сильвио же, с трудом удержавшись, чтобы не улыбнуться, прошел дальше. То, что он молод — вовсе не означает, что слаб. Зато его недооценка может неплохо помочь в бою. Конечно, только один раз, пока не поймут, что этого делать нельзя.
Еще несколько человек — и измерение возраста закончилось.
— Эти кандитаты проходят возрастной порог. Что касается ранга культивации, думаю, господа старейшины и сами проверили, так? — уточнил Кристобаль. Дождавшись утверждающих кивков, он продолжил:
— В таком случае, объявляю начало соревнований открытыми! Следуйте за мной.
Распорядитель пошел в центр плато. Пройдя метров двести, впереди стало видно место проведения соревнований. Оно представляло собой сразу две круглых арены, утопленных на пару десятков метров в скальной породе, располагавшихся в пятидесяти метрах друг от друга. Проще говоря, это были две глубокие и широкие ямы. Очевидно, это для того, чтобы параллельно могли сражаться сразу две пары противников. Само место между двумя аренами было достаточно широко, чтобы там находились все представители пяти сект. А еще там стоял стол, на котором находились три небольших разноцветных деревянных бочонка, и пять кучек каменных жетонов.
— Прошу участников взять себе по одному жетону. На них нанесено название вашей секты и порядковый номер, от одного до десяти. Номера ничего не значат — ни силу, ни старшинство. Поэтому не нужно спорить по этому поводу — бессмысленно. Кстати, от Детей Камня я один жетон убираю — у вас лишь девять участников.
Сильвио в общей толпе забрал свой жетон. Он представлял из себя четырехугольную плитку, с надписью "Божественный Дух", и номером четыре.
Дождавшись, пока все разберут свои жетоны, Кристобаль объявил:
— Проигрыш в каждом бою означает выход участника из соревнования. Никаких вторых шансов, как и в реальной жизни — если проиграл врагу, не жди пощады. От каждой секты прибыло по паре старейшин. Они могут присматривать за каждой ареной. Использование пилюль в бою запрещено. Артефакт можно использовать только один, если, конечно, он есть... Если использовали второй — вы проиграли автоматически, старейшины проследят за этим. Вряд ли вы сумеете обмануть сразу пятерых культиваторов алмазного ранга, следящих за каждым боем, так что не советую...
Далее, бой идет, пока один из культиваторов на арене не сдастся, или не умрет. Еще бой может остановить старейшина той секты, участник которой сражается, если признает проигрыш ученика своей секты. Вмешиваться в сам бой старейшинам строго запрещено — если такое случается, эта секта сразу признается проигравшей, соревнования для нее окончены. В общем, вот и все правила. Я так понимаю, можно начинать?
Дождавшись подтверждающих кивков от старейшин, распорядитель запустил руку в зеленый бочонок, и наощупь вытащил два жетона.
— Номер восемь, Небесная Музыка, против номера два, Дети Камня. Левая арена.
Из толпы вышла невысокая девушка, и широкоплечий парень. Вообще, если присмотреться, среди Детей Камня сложно было увидеть кого-то худощавого, изящного — напротив, все были очень развиты физически, вне зависимости от пола... Эти двое начали спускаться на дно одной из арен.
Сильвио предвкушающе придвинулся к этой стороне, рассчитывая внимательно смотреть бой. Обе секты использовали специфические техники. Будет любопытно посмотреть их применение в настоящем бою. Почти наверняка, кто-то из этих двух сект может встретится уже ему.
