Этот дурак ведь все пропивал...
- Сам дурак! - взвился Федор.
- Еще немного и выкупать было бы нечего, все спустил бы.
- Нечего! Да много ты знаешь, козел безрогий! Опекун нашелся.
- От осла упертого слышу!
- Понеслось, - фыркнул Гари. - Ага, а за осла ответишь... Ло, может ему каку микстурку споить, чтобы успокоился? Совершенно невменяемый же.
- Есть отличное средство - касторка, после применения даже вздохнуть побоится,- покладисто согласился доктор Ло, подумал и добавил: - Или вот у мистера Николаса очень удачное решение проблемы было - кувалдой в ухо. Надолго обеспечивает тишину.
Лейтенант полиции переводил внимательный взгляд с одного человека на другого, чему-то улыбнулся и поинтересовался.
- Ваша жена, мистер Ротрок, всегда так мужчинами командует?
- Как так? - Ник выглядел убедительно удивленным.
- Я слегка от вас отстал, не по должности мне, знаете ли, бегать и слышал, как она остановила, видимо, кинувшихся нам вслед артистов, - пояснил лейтенант. - Вот чисто армейский капрал. Я даже вздрогнул.
- Э-э-э, - Ник растерянно пожал плечами, а Гари поднял глаза к потолку, мол, Робин-то предупреждал...
- Эта баба чокнутая! - внес свою лепту Федор. - Ее надо кнутом выпороть и на хлеб и воду посадить!
- Я передам Ваши пожелания, уважаемый партнер, миссис Ротрок,- с готовностью кивнул профессор. - И даже кнут подобрать могу. Желаете?
-Не надо, - Федор несколько нервно оглянулся, махнул рукой и быстро ушел.
- Что с ним? - Цагель попытался сесть, но бдительный доктор пресек поползновение. - Раньше он таким не был.
- Это я виноват, - Ло развел руками. - Дал ему китайское средство от пьянства. А дозу не рассчитал. Пить-то он перестал, но слишком резко, а успокоительное у меня теперь брать не хочет. Боится.
- И с чего бы это ему бояться? - задал риторический вопрос Ник.
- Да упрямый он, как осёл! И всегда таким был.
- Козел, осел, мартышка и косолапый мишка - передвижной зверинец...
" Ребята, у нас небольшие проблемы, но мы вполне справимся сами."
Одновременно с сообщением в соседский шапито влетел Сашка.
- Там четыре амбала и старикан,- выпалил он. - Мистер Джонатан сказал, чтобы вы от палатки перекрыли им отход.
- Я остаюсь с пациентом, - заявил Ло. - Их всего-то четверо, чего переполох устраивать? - посмотрел вслед убегающим мужчинам и поднял глаза на лейтенанта полиции. - Сэр? Мы и, правда, справимся сами. Вы же такой мелочовкой не занимаетесь, подумаешь, драка в бродячем цирке.
- Право слово, - лейтенант потер подбородок, - у меня впечатление, что я опять стал констеблем... И хоть бегать вроде бы невместно, но... какие-то вы необычные циркачи. Так что, вперед!
- А вот этот интерес уже совсем ни к чему...- взгляд командира стал очень тревожным. - И что ж нам так на любознательных и умных везет?!
***
Марья успела стереть грим, попыталась примаскировать белое пятно, но потом махнула рукой и оставила все как есть. Сходила на предмет инспекции к маме Иду и К, где получила сюрприз в виде большой кастрюли бобового супа.
Накрыла стол в тени фургона и даже принялась резать свежий хлеб.
" К нам по-усетители, мрняв,- доложил биофаг, несший патрульно-постовую службу на крыше фургона и одновременно харчивший жирного голубя, отловленного там же. - Четыре го-уриллы, вооружены мррр га-узетками.
-Чем?!
-Труба двухдюймо-увая, завернута в газету, - уточнил "кот". - Ма-утериал трубы чугун, длина 500 мм, вес...
- Невс! А по наглой морде?!
-Мррр и пя-утый старик."
Не дожидаясь окончания выдачи информации, Джонатан, глянув на стол, констатировал:
- Хлеба мало, я схожу, - быстро вышел в проход между фургонов, но тут же вернулся. Изобразив легкое недоумение, озвучил доклад Невса, опустив, однако, подробности о длине труб и их весе.
" Дени, оставайтесь с Шон Ю и Стаси в палатке, - ушел приказ по мыслесвязи к молодежи. - Эни, займи чем-то Маринку."
Сестры только пару часов назад вдруг опять появились в цирке, чем-то сильно напуганные. Расспросы, однако, решили отложить на попозже, когда все гости, наконец, уберутся восвояси.
- Саш, беги за мистером Николасом, - и, осмотрев опустевший двор, обернулся к Марье. - А ты режь спокойно хлеб.
- Угу. "А ты, Мальвина, смейся своим самым противным смехом!"- прокомментировала женщина, посмотрела на недоумевающих мужчин и пояснила. - Сказка. Пиноккио. Встреча главгероев с главгадом, - и, хихикнув, добавила. – Русская версия.
- А-а-а, русская, я так и подумал,- кивнул аналитик. - Тьфу ты! Хлеб режь!
- Не могу, его у меня всего две буханки, пока эти приползут, может закончиться.
Брат Шон Ю с интересом наблюдал за разговором. Эти люди явно не волновались из-за визита непрошеных гостей, даже и вооруженных ломами, что прячут в свернутых газетах он прекрасно знал.
Марья уже порезала филигранно ровными ломтиками полбуханки, когда в проходе появился первый из заявленных мордоворотов. Мужик и, правда, был крупный, пониже Оле, но тяжелей килограмм на двадцать. В правом кулаке была зажата "газета".
- Нррняффф! - Невс свесился с фургона, зацепившись задними лапами за край крыши, а ударом передней попытался сбить с противника шляпу-котелок. Не достал и зло зашипел. Мужик замер, уставившись на темно-рыжую тварюгу с оскаленными клыками, рыжими глазами и прилипшими к морде перьями. Потом медленно поднял руку с ломиком и вдумчиво им перекрестился.
- Прэлестно, ну просто прэлестно, - прокомментировала Марья.
Мужик, косясь на кота, сдвинулся в сторону, пропуская во двор цирка седого мужчину. Седой был одет в костюм-тройку, на волосах красовался котелок, а опирался незваный гость на трость с массивным набалдашником. И все было бы верхом элегантности, если бы не парчовый жилет и толстая золотая цепочка от часов. Лицо седого выражало крайнюю степень брезгливости
-Ци-и-и-рк, - сказал, как плюнул.
- Вот гад! - неожиданный возглас одного из охранников заставил седого резко обернуться. - Извините, хозяин, только эта рыжая скотина мне сапоги пометила!
- Ой! Не кот, а наказание Божье какое-то! - всплеснула руками Марья. - Молодец, мальчик! - ушло по связи. - Ну никакого сладу с ним нет!
- Молчать! - рявкнул седой франт и угрожающе прорычал. - Я приехал за своей невестой Люсиль, и я ее заберу.
- А собственно, откуда знаете, что ваша невеста тут? - полюбопытствовала Марья, продолжая не глядя нарезать хлеб.
- Все бабы - болтливые сучки. Она
