— Вот и замечательно, делай, — не стал я ограничивать инициативу наивного чукотского юноши, не знакомого со старой армейской мудростью. — Через три дня проверю. Короче, работайте.
— А ты? — подала голос Мико, никак не отреагировавшая на разборки.
— А я пошёл, — пожал я плечами. — Не буду вам мешать, как и положено хорошему руководителю. Можно не хлопать и лифчиками не бросаться.
— Жаль, — столь же безэмоционально ответила японка, напомнив мне этим Обрескову. — А я только собралась…
Оставив остальных работать, я действительно ушёл из комнаты клуба. И не потому, что не умел читать чертежи или пользоваться АвтоКАДом, базовый курс входил в школьную программу, просто, если честно, мне было лень. Я не фанател от роботов, как другие, а заниматься механической работой мне претило. К тому же это могло подорвать авторитет начальника, которым я придавил студентов. Одно дело, когда босс не понимает тонкостей в готовом проекте, другое — когда он позорится его при разработке, так что я лучше посмотрю на готовый результат, тем более там Алёна и Мико, а девчонкам я доверял.
Поэтому, следуя извечному правилу солдата, что лучше переесть, чем недоспать, я направился в столовую. После применения алхимии метаболизм моего организма в значительной степени ускорился, и теперь ел я как не в себя. К счастью, и кормили нас на убой, в частности у одарённых не было ограничения по объёму питания, только по количеству посещений столовой. На месяц выдавалось сто двадцать талонов, по принципу — завтрак, обед, полдник и ужин, а там сколько съешь, всё твоё. Чем, собственно, я и пользовался без зазрения совести, и сегодняшний день не был исключением.
— З-здравствуйте, — послышался тихий голосок, когда я приканчивал третью порцию шикарного гуляша с картофельным пюре. — В-виктор Р-романович?
Я поднял голову и увидел маленькую девчушку в форме колледжа, стремительно покрасневшую под моим взглядом. Кроме миниатюрности и практически бордового лица, ничего особо примечательного у неё не было. Эдакая серая мышка, старающаяся быть максимально незаметной для окружающих. Вон даже сейчас девчушка уставилась в пол, словно и не она меня только что звала. И чтобы набраться смелости и подойти к кому-то вроде меня, ей явно понадобились все силы, что водились в хрупком тельце. Это требовало награды.
— Не бойся, я по пятницам девушек не ем, — я подмигнул малышке, — даже таких миленьких, как ты.
— С-сегодня п-понедельник, — мышка покраснела ещё сильней, хотя вроде уже было некуда, и, казалось, была готова провалиться сквозь землю от стыда.
— Точно, — я преувеличенно печально покачал головой. — Ну, тогда ничего не поделаешь, придётся тебя того… съесть. — И, видя, как девчонка шарахнулась от стола, добавил: — Да шучу я, глупышка. Чего хотела-то?
— В-вас приг-глашают к п-председателю студенческого с-совета, — под конец фразы мышка слова практически шептала.
— Ну вот видишь, это даже не больно, раз! И всё, — улыбнулся я, поймав себя на мысли, что хочется схватить эту невзрачную девчонку и потискать, как плюшевую игрушку, настолько миленькой она была. — Сейчас обед закончу и приду. Так и передай. Хотя погоди!
Студентка, уже направившаяся было к выходу, после моего окрика замерла на месте, приобретя полное сходство с джунгарским хомячком, попавшим под свет фар автомобиля. Маленьким серым комочком, понимающим, что происходит что-то опасное, но не имеющим сил сбежать и лишь с трепетом ожидающим приближения финала. К счастью для девушки, сегодня её ничего не грозило, я не собирался на неё кидаться и тащить в койку. У меня даже мыслей такой направленности не возникало при виде этой шмакодявки, хотя её явно должно быть больше восемнадцати.
— Зовут-то тебя как, чудо? — я постарался максимально ласково улыбнуться. — А то ты меня знаешь, а я тебя нет. Непорядок.
— М-мари… Маша Мышкина, секретарь с-студенческого совета, — пролепетала малявка и тут же кинулась прочь под взрыв моего хохота.
Найти кабинет студенческого совета оказалось совсем не трудно, даже если раньше я никогда им не интересовался. Первый же встречный подсказал дорогу, и буквально через пять минут я стоял у дверей, недоумевая, что же могло понадобиться от меня главе местного самоуправления. Раньше мы никогда не пересекались. Сфера деятельности совета была строго ограничена дополнительной практикой студентов и общественными мероприятиями и не касалась ни учёбы, ни тем более команды богоборцев.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
А у меня с момента поступления времени на что-то другое просто не хватало. Единственным случаем, когда я ввязался во что-то, были пресловутые бои роботов. Но не мог же Куликов действительно кинуться жаловаться, он что, себя совсем не уважает? Или мог? Решив не забивать себе голову ненужными проблемами, я пару раз стукнул в полотно и открыл дверь.
— Здравст… — бодро начала было Маша Мышкина, но, увидев меня, вновь густо покраснела и сбилась. — З-здра… З-з-з…
— Так ты не мышка, а пчёлка? — я подмигнул пунцовой малышке. — Ну всё, всё, больше не буду. У себя ваш шеф?
— Д-да, — нашла в себе силы собраться Маша. — П-проходите, пожалуйста.
— Благодарю, — я улыбнулся и положил на стол девушки шоколадку, купленную по дороге в буфете. — Видишь, я мирный и не кусаюсь.
— Можно? — я распахнул дверь кабинета и зашёл. — Мне тут одна мышка на хвосте принесла, что меня ищут.
— Виктор? — из-за стола поднялась высокая, красивая девушка, выглядящая словно аристократка в энном поколении. — Конечно, проходи, присаживайся. Наконец у нас появилась возможность познакомиться. Чай, кофе?
— Чай, — я не беззастенчиво уселся в мягкое кресло возле кофейного столика, куда указывала председатель — Честно говоря, не представляю, чем мог заинтересовать саму королеву всея колледжа.
— Ах, вы об этом глупом прозвище, — немного зарделась Одинцова, скромно потупив глаза. — Я никогда не считала себя его достойной. А вы слишком скромны для героя самых горячих новостей этого семестра. Эпическое поступление, не менее героические тренировки, победоносная аттестация, где сыграли решающую роль, и так далее. Конечно, я не могла не заинтересоваться такой выдающейся личностью. К сожалению, раньше поговорить у нас не получалось, пришлось воспользоваться подвернувшейся возможностью, пусть и не самой приятной.
— А поточнее можно, насчёт неприятностей? — я не стал напрягаться, тем более что в этот момент в комнату вошла Маша с подносом. — У меня, конечно, есть мысли, но вдруг случайно что-то всё же нарушил.
— Значит, с Евсеевым это было неслучайно? — мягко улыбнулась Леда, и я даже залюбовался, благо было чем.
Председатель студенческого совета была действительно красавицей, причём эдакой классической русской. Огромные голубые глазищи, мягкий овал лица с милыми ямочками на щеках, чуть пухловатые губки, без пошлого ботокса, аккуратный маленький носик. И коса, естественно, как же без неё. Толстая, русая, как и положено доходящая до самых ягодиц. Тоже весьма аппетитных, даже в плену форменной юбки.
Остальные параметры не отставали. Плюс явно пошитый на заказ костюм, верно подобранные украшения, не броские, даже скорее скромные, но стоит вглядеться, понимаешь, что вон то простенькое колечко или серёжки стоят больше моего крузера. В общем, теперь мне стало понятно, почему её величают королевой. Я бы сам охотно стал её вассалом пару раз. А потом ещё раза три бы сверг с престола… я помотал головой, чувствуя, что меня куда-то не туда потянуло, и тут же рядом кто-то вскрикнул от боли.
Я увидел, как Маша трясёт обожжённой рукой, и тут же кинулся к ней, ловко поймав её за локоть. Девушка опрокинула на себя стакан чая, и теперь вся кисть сильно покраснела. Сама же мышка пищала от боли, а на глаза навернулись слёзы, но, видимо, от шока она даже не пыталась что-то сделать. Понимая, что толку от неё не будет, я повернулся к Одинцовой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Есть лёд или холодная вода? — действовать нужно было быстро. — До медпункта далековато. Сначала окажем первую помощь.
